Скрытые чувства - Марина Эльденберт

— Кабинет с другой стороны приемной. Расскажите про чувства моего гостя.

Тема с Майей мне откровенно не нравилась, поэтому я облегченно выдохнула, когда Берговиц ее закрыл.

Подчиняясь моему желанию, дар скользнул дальше в поисках эмоций. Задание было одновременно и простым, и сложным, потому что Майю я видела, а вот о «госте» не знала совершенно ничего. Ни пол, ни внешность, ни возраст…

— Гостя? - нахмурилась я. - Которого из них?

Конечно, я понятия не имела как выглядит кабинет: он размером с конференц-зал или с кладовку, какой там интерьер. Но поверхностные эмоции, на которые я натолкнулась, настолько разнились, что без труда можно было определить: они принадлежат нескольким людям… Или ящерам.

— Опишите всех.

Это сейчас было одобрение или мне показалось? Его голос слегка потеплел?

Я сосредоточилась на своих целях, ухватилась за самые яркие и приятные чувства.

— Радость, смех, нетерпение… Нет, - поспешно исправилась, - скорее предвкушение.

Даже смотреть глубже не пришлось, я словно нырнула с головой в собственное детство, когда мы с Натом готовили какую-то пакость (по мнению родителей) или собирались в очередное приключение на край земли (то есть к границе семейной фермы). Эмоции были настолько озорные, искренние, детские, что я просто не смогла сдержать улыбку.

— Это ребенок, и он готовит шалость.

— Шалость, говорите?

— Наверняка. Посмотреть глубже?

— Нет, - отрезал ящер.

Я обернулась на Берговица и успела заметить сдвинутые брови.

— Переходите к следующему.

Второй гость неожиданно тоже оказался эмпатом. К тому же далеко не самым слабым. Выше шестого уровня. Это стало понятным по яркой ауре, и по тому, как чужая энергетика коснулась моей: меня тут же прощупали в ответ. Без лишней агрессии, но раскрываясь, показывая силу. Поверхностные чувства: настороженность. Но посмотреть глубже не смогу. Если надавить, то он может ударить по мне собственными эмоциями, и…

Я останусь без дара на несколько часов.

О чем и сообщила Берговицу.

— Это все? - нетерпеливо поинтересовался он. Я поняла, что еще немного и я смогу считывать оттенки его чувств по голосу.

— Нет, есть еще третий человек.

То, что я сказала глупость, поняла почти сразу. Последний гость был не человеком, а ящером. Потому что тоже умел закрываться, правда, не так потрясающе, как сам Берговиц. То есть недостаточно сильно, чтобы я не могла его прочитать.

На поверхности его ауры лежало спокойствие, сдержанное, холодное, но это все было корочкой. Потому что внутри… Внутри клокотала магма чувств, которая грозила вот-вот вырваться на свободу и излиться яростью. Желчью. Злобой.

Меня ударило этой энергией, сбило с ног, протащило вперед и затянуло в водоворот чужих чувств. Я нырнула в них с головой и поняла, что задыхаюсь, не могу сделать вдох из-за мерзкого привкуса. Из-за черноты, сгустившейся надо мной. До звона в ушах, до рези в горле ощущая силу испепеляющей ненависти.

Меня отрезвило прикосновение сильных рук, горячих ладоней, а потом резкий рывок, словно меня выдернули из-под воды.

Я вздохнула и закашлялась, словно неудачливый ныряльщик, который переоценил свои способности, и распахнула глаза, чтобы встретить злой, испепеляющий взгляд Берговица и осознать себя на полу его кабинета. Ладно бы просто на полу, так нет же, блузка лишилась верхних пуговиц и была распахнута, оголив грудь, прикрытую лишь кружевом бюстье. Ящер склонился надо мной, и судя по виду, собирался меня придушить. Хотя на миг под заслоном бездны мелькнуло нечто совершенно иное.

Стоило осознать двусмысленность ситуации, как у меня вспыхнули щеки.

— Вы…Что… Что вы делаете… Что случилось? - приподнявшись на локте, выдохнула я. Голос звучал так, словно я сорвала горло, в ушах звенело, но мысли понемногу прояснялись. Я стянула края блузки так, что ткань жалобно треснула.

— Вы у меня спрашиваете? Что вы тут устроили?!

— Устроила что?

— Сначала вы сползли с кресла, потом стали кашлять и задыхаться. Вы чем-то больны? Или у вас аллергия?

— Нет, - возмущенно мотнула я головой. Хотя возможно, существует аллергия на сильные чувства, особенно на убийственную злобу. - Это случилось после того, как я считала эмоции вашего гостя.

Я вспомнила все, и меня бросило в озноб. Такую искренность подделать невозможно, далеко не все люди и ящеры способны на такую силу чувств. Если бы у эмоций был цвет, эти были бы темнее черного. И они протянулись в сторону Берговица.

— Кто находится за этой стеной?! - выпалила я.

Он будто меня не слышал. Лицо ящера окаменело: если можно было закрыться от меня еще больше, он только что это сделал. Не нужно быть эмпатом, чтобы понять, что что-то не так. Всё! Совершенно всё шло не так, с тех пор как я перешагнула порог этого кабинета.

Что это за странный тест?! Что за проверки?!

Вряд ли он не догадывался о том, что я «увижу», такие как Берговиц держат близко не только друзей, но и врагов.

— Воды? - спросили меня.

— Не нужно.

Берговиц поднялся, одним плавным, хищным движением, и подал мне руку. Я бы с удовольствием поднялась сама, но не была уверена в собственных силах. Поэтому с трудом разогнув пальцы на многострадальной блузке, ухватилась за сильную ладонь. Оказавшись на ногах, покачнулась, но мужчина придержал меня за локоть, и кожу вновь обожгло. Даже сквозь ткань я почувствовала жар, исходивший от ящера. Тот самый жар, который привел меня в чувство, помог выкарабкаться из трясины чужой ненависти. Растекающийся по телу, согревающий, будоражащий.

Это длилось долю секунды, потом меня усадили обратно в кресло, но на предплечье словно след осталось воспоминание его прикосновения. Я поправила блузку и запахнула покрепче пиджак, особенно когда взгляд Берговица мазнул по мне. Меня слегка потряхивало от всего пережитого, и от волны раздражения, поднимающейся внутри. Искренне хотелось взять браслет со стола и убраться отсюда подальше.

От Берговица.

От этой работы.

От того, кто умеет так ненавидеть.

Не чувствовать всего этого.

Вот только ящер не спешил говорить: «Мы вам перезвоним». Он устроился с собственном кресле, и снова выглядел сдержанным и невозмутимым. Я бы даже сказала, задумчивым. Эта задумчивость раздражала просто невероятно, даже больше испорченной блузки и всей этой ситуации, в которую я попала из-за него.

— В видеоинтервью вы сказали, что воспитываете брата, - прервал напряженное молчание Берговиц.