Ричард Длинные Руки - король-консорт - Гай Юлий Орловский

Он поинтересовался:

– Вы не будете против, если к нашей беседе присоединится мой лорд-канцлер?

– Нисколько, – ответил я. – Мы уже все обговорили, а лорд-канцлер лишь подтвердит и зафиксирует.

Он чуть улыбнулся, подтверждая, что я все понял правильно, и благодаря меня за понимание и шаг навстречу.

Через пару минут появился сэр Херлуф и сказал негромко:

– Ваше Величество, Джордж Эверетт, лорд-канцлер.

Я улыбнулся ему и сказал беспечным тоном:

– Вы тоже можете присутствовать, сэр Херлуф, если Его Величество позволит.

Король зыркнул на меня, проверяя, искренне ли сказал или для приличия, кивнул и сказал с неуверенностью:

– Да, сэр Херлуф, если Его Величество король Ричард не против…

В кабинет вошел и остановился в почтительном ожидании крупный сановник, на груди толстая золотая цепь с массивной бляхой, одежда королевских цветов, лицо сильно обрюзглое, глаза прячутся под толстыми нависшими веками.

– Садитесь, – сказал король, – все садитесь. Мы с Его Величеством королем Ричардом обсуждаем в легком разговоре положение в нашем регионе…

Лорд-канцлер посмотрел на меня с явным подозрением.

– Его Величество? – спросил он. – В наше время даже барон передвигается с немалой свитой…

Наступила неловкая пауза, я обворожительно улыбнулся.

– Все верно, дорогой лорд Эверетт. Но зачем королям подражать баронам? К тому же, вы не поверите, но опасная жизнь короля становится менее опасной, когда вот так в дороге…

Он спросил в упор:

– Вы король?.. А как же королева Ротильда?

– Все дело в том, – пояснил я, – что я передвигаюсь быстрее, чем новости. Сообщаю к вашей радости, что я, стремясь к спокойной и мирной жизни, объединил в единое королевство земли трех бывших королевств: Эбберта, Скарляндии и Варт Генца, дабы строить доброе, чистое и как бы вечное на благо народов и под покровительством Церкви. Королевство названо мною Великой Улагорнией, в столицы определен Ричардвилль… что делать, такой был глас народа, что мы против него?.. В общем, это и все новости.

Особой радости на его лице не отразилось, но тревогу лорд-канцлер сумел не выказать слишком уж явно, что хорошо, не придется успокаивать и заверять в мирных намерениях.

– А что насчет, – спросил он осторожно, – грозного Мунтвига?

Я отмахнулся.

– Где-то забился в нору, а искать некогда. Многое только выглядит грозным. А когда познакомишься поближе… если рискнуть приблизиться и всмотреться, чаще всего увидим дутое величие. К счастью, мы с Его Величеством не такие, у нас все наружу, сердца на рукавах, вы видите чистоту моих мирных намерений, а я уверен в ваших добрых и благостных отношениях к миру и… Мезине, как надежному соседу.

Лорд-канцлер покосился на короля, но тот молчал, предоставив ему дальше вести разговор, и тот произнес с некоторой нерешительностью.

– Да, Ваше… Величество. Полагаю, вы безусловно правы. И какие ваши планы теперь… после вашего благополучного возвращения с этой ужасающей войны?

Я сказал с надлежащей долей смущения:

– В первую очередь, я прибыл извиниться… да что там извиниться, принести свои искреннейшие извинения!.. Что я и сделал перед Его Величеством, а вас прошу засвидетельствовать мои слова.

Он вскинул брови, снова покосился на короля и даже его личного секретаря, но Херлуф молчит, а король лишь кивнул.

– Но, – произнес лорд-канцлер в нерешительности, – как же… Ваше Величество…

– С женой? – спросил я с тяжким вздохом. – Вы же знаете нрав дикой Ротильды! В мое отсутствие закусила удила… Напрасно я велел ей сидеть тихо и ждать меня.

Они все трое слушают настороженно, внимательно, но я видел, как постепенно начинают оттаивать, мое раскаяние и смущение неверными действиями моей жены очевидны. Женщины не должны позволять себе так много в нашем мужском мире, и я, как представитель мужского рода, стараюсь дать понять, что действия жены не одобряю.

– Гм, – произнес лорд-канцлер чуть живее и покосился на молчащего короля, – Ваше Величество очевидно правы. Моя жена – только жена. Занята детьми и вышивкой. И то я не уверен, что это ей под силу.

– Вот-вот, – сказал я. – Королева Ротильда только считает, что умеет править! Ну какая из женщины правительница?.. Сразу же наломала дров. Я пришел в ужас, когда увидел, что она за мое отсутствие натворила…

Он сказал живо, уже без запинки выговаривая мой новый титул:

– Ваше Величество?

Я вздохнул.

– Она не смела вторгаться в Грандепт!.. Это не женское дело. Несмотря на песни и баллады, но мы, мужчины, куда более тонкие создания, согласны?

Он опасливо подумал, но не понял, куда клоню, на всякий случай кивнул.

– Да, Ваше Величество…

– И мы бы такое не допустили, – сказал я с досадой. – Но женщины – существа грубые и неделикатные, хотя и распускают о себе слухи как о нежных и возвышенных. Я ее, между нами говоря, чуть не убил за такое!.. Как она посмела? Грандепту исторически начертано быть другом Мезины, как Мезине – другом Грандепта!.. У нас и так все связано и переплетено, а не только общая граница!..

– Да-да, Ваше Величество, – подтвердил он с готовностью. – И что вы намерены делать?

Я тяжело вздохнул, помолчал, хмуря лоб, а потом заговорил медленно и с трудом, словно тащил на гору скатившийся от неуклюжего Сизифа камень:

– К сожалению, я отсутствовал слишком долго, а Ротильда построила, как я понимаю, без вашего разрешения порт и склады для товаров.

Я посмотрел на него с вопросом в глазах, он зыркнул на короля. Тот нехотя промямлил:

– Ну, вообще-то, я дал разрешение… но уже потом, как вы понимаете… Ее Величество королева Ротильда ввела войска, а у нас наметился некоторый разброд…

– Часть лордов, – спросил я, – приветствовали строительство порта? Простите, если вопрос не совсем деликатный, я вовсе не хочу наступить на мозоль, но тут все свои. Я имею в виду, политики…