Мы - будем! Выбор - Иар Эльтеррус

– Нет, конечно, но…

– Будет новая жизнь, иная, – улыбнулся Командор.

– Вот именно, что иная, – недовольно буркнул граф, возвращаясь к своему креслу и опускаясь в него.

– Для меня и новое воплощение толком невозможно, – вздохнул Илар. – Все равно когда-нибудь вспомню прежнее. Так сказал Владыка Хаоса, а ему можно верить.

– Владыка Хаоса?! – вскочил Дарв. – Так он тоже существует?! Мара мне говорила, но я посчитал это ее фантазиями, хотя и читал раньше о Владыке в книге Стеверена…

– Да, существует. И по его утверждению, именно благодаря мне он свободен.

– Я знаю цену освобождения Владыки… – мертвенно побледнел граф. – Значит, тот страшный артефакт был у вас?

– Да, а теперь он у вашего генетического конструкта, именно его она и похитила.

– Благие Защитники… – простонал Дарв, схватившись за голову. – Так ваш Аарн Дварх и был тем самым кошмаром вселенной, из-за которого заточили Владыку?! Я-то посчитал его всего лишь очень сильным артефактом…

– Во-первых, – усмехнулся Илар, – Владыка заточил себя сам, на его уровне владения силой чувство ответственности становится настолько большим, что иначе он поступить просто не мог. А во-вторых – артефакт уже безопасен. Он сейчас связан с моей душой намертво. Также мои потомки могут хранить его. Из этого, кстати, следует, что в геноме вашего конструкта присутствуют мои гены. Позвольте поинтересоваться: каким образом? Да и ее сходство с Иллинель поражает.

– Все очень просто… – проворчал граф и коротко рассказал о проекте своих предков.

Затем он вспомнил, что является потомком кого-то из близких Командору в далеком прошлом людей и спросил, кого именно.

– Вы уверены, что хотите это знать? – в глазах Илара появилась тоска.

– Уверен! – отрезал Дарв.

– Хорошо. Вашего далекого предка звали Иретом. Вспомните имена Благих, и вы сразу поймете, кого я имею в виду.

– Вы хотите сказать, что я – потомок одного из… Благих Защитников?!. – задохнулся от такой новости граф.

– Да, – понимающе усмехнулся Командор. – Ведь когда-то они были самыми обычными людьми и вполне могли иметь детей. Ну, не совсем обычными, очень талантливыми магами. И моими учениками.

– Мара говорила об этом, но поверить я так и не смог…

– Это ваше дело – верить или нет. Я ничего и никому доказывать не намерен. Хотя и до сих пор не понимаю, за что последователи этих четверых объявили меня Проклятым. Не доходит до меня.

– Если все было так, как вы говорите, то и я не понимаю, – вздохнул Дарв, подходя к бару и наливая себе виски. Чтобы немного успокоиться, ему необходимо было срочно выпить. – Будете?

– Почему нет? – пожал плечами Илар, снова вынув руку из наручника и взяв протянутый стакан. – Черное тиумское?

– Оно самое, – неохотно проворчал граф, залпом выпив полстакана. – Гадость, конечно, несусветная, но мне почему-то нравится. Хорошо успокаивает.

– Я во время приступов вообще чистый спирт литрами в себя заливаю, – усмехнулся Командор, тоже выпив.

– Приступов?

– Любое серьезное вероятностное воздействие дается мне ценой многочасовых болевых приступов. Порой вплоть до двенадцатого уровня. Спирт помогает выносить боль.

Дарв попытался представить себе такое, и его передернуло. До сих пор не думал, что кто-то способен вынести двенадцатый уровень и остаться при этом в живых. Его бы и восьмой уровень прикончил мгновенно: болевой шок, и – поминай, как звали. Граф сочувственно покосился на Командора. Интересно, кто и за что его так страшно наказал? А в том, что это наказание, он не сомневался. Видимо, кто-то из Сфер, там хватает сильных сущностей.

– Кстати, есть одно подтверждение тому, что вы потомок Ирета, – задумчиво сказал Илар. – Способность вашей семьи к манипулированию временем. Благодаря особой структуре мозга. Ирет обладал этой способностью в куда большей степени, чем вы. Однако…

Он нахмурился.

– Что? – приподнял брови Дарв.

– Не пожелал воспользоваться ею, чтобы спастись… Позволил себя убить. Раньше я не понимал, почему, и сокрушался, теперь понимаю. Очень хорошо понимаю. Но простите, объяснить так, чтобы вы поняли, не сумею. До таких вещей каждый должен доходить сам… Душой их надо осознавать, а не разумом.

– Я в такие материи вообще предпочитаю не соваться, – недовольно скривился граф. – Есть куда более важное. Для меня, по крайней мере. Вообще-то, изначально я хотел поговорить с вами совсем о другом. Долгие годы я пытаюсь понять, зачем вы все это затеяли. Для чего нужен ваш орден? Чего вы добивались? Какова цель?

– Постараюсь рассказать, – вздохнул Командор. – Но это будет нелегко. Многие понятия слишком необычны.

– Мою память вы ведь считали? – поинтересовался Дарв.

– Извините уж, считал.

– Вот и хорошо, не придется объяснять свои мотивы.

– Не придется, – подтвердил Илар. – Я вас очень хорошо понимаю. Был бы на вашем месте, имея тот ограниченный объем информации, что имели вы, поступил бы так же. Вы, как ни странно, повторяете мой путь. Именно так я и действовал, когда шел к власти еще до создания Темной империи. Но вы начали прозревать раньше, чем я, мне на это понадобилось значительно больше времени. Впрочем, дело, наверное, в Аарн Дварх. Он на долгие столетия превратил меня в бездушную машину. Я просто забыл, что такое эмоции. Руководствовался исключительно логикой и целесообразностью. А из этого обычно такой кошмар вырастает, что…

– Знаю, – граф поежился. – Однажды я застрелил ученого, придумавшего, как лишить человека чувств, сделать именно разумной машиной. Видел результаты его экспериментов. После этого в ужасе уничтожил не только его самого, но и все материалы его исследований. Другого выхода я тогда не видел. Да и сейчас не вижу.

– Все верно, – поморщился Командор. – Таких «ученых» надо останавливать любой ценой. Они обычно оправдывают себя «научным любопытством» и прочей дребеденью, забывая об ответственности за свои деяния.

– О да, большинство ученых мужей предпочтительно держать под жестким контролем… Но вернемся к интересующим меня вопросам.

– Хорошо, – взгляд Командора сделался задумчивым. – Извините, но начну издалека, иначе не объяснить.

– Внимательно вас слушаю, – поудобнее устроился граф, предварительно налив обоим еще виски.

– Прежде всего, для понимания моих мотивов важна теория конкурентных и неконкурентных цивилизаций.

– А это здесь при чем?

– Очень даже при чем, – заверил Илар. – Как вы знаете, мне больше двадцати тысяч лет. Я ходил по сотням вселенных, видел бесчисленное число миров, был свидетелем расцвета и падения множества цивилизаций. Мало того, долго копался в социологическом архиве давно ушедшего в Сферы народа. А этот народ миллионами лет наблюдал за развитием других в нескольких вселенных. И из собственных впечатлений, и из древнего архива я вынес один довольно неприятный для представителя нашего типа цивилизаций вывод.