Заклятые супруги. Золотая мгла - Марина Эльденберт

Еще пару месяцев назад я была бы рада прочесть такие слова. Не говоря уже о том, как когда-то давно была бы рада их услышать. Но сейчас, сцепив обнаженные руки, просто рассматривала браслет, золотящийся на запястье. Всего-то и нужно — подняться, дойти до своих комнат, поранить палец и поставить точку.

И все.

Мое имя на каждой улице, как флаги Энгерии перед Днем независимости. Винсент с Луизой в ужасе, матушка в трауре, а я в подземелье продолжаю сшибать паутинки своей уникальной силой, наследием Дюхайма.

— Прекрасный праздник. Искренне рад за Винсента.

Я нехотя подняла голову: Альберт стоял в двух шагах, но меня хватило только на то, чтобы вежливо кивнуть. Прекрасный праздник прошел мимо меня: фейерверк над парком запомнился смутным мельтешением в черном небе, горланящий слезливую серенаду виконт Торстен — гнусавостью. Жаль, его быстро увели, а что было дальше, я вообще не помню. Проснулась у себя в комнате, от того, что Кошмар тыкался холодным носом в лицо. Хорошо, что он меня разбудил, потому что иначе я бы проспала проводы молодоженов.

И не только.

Перед глазами до сих пор стояло равнодушное лицо мужа, с которым я попрощалась около часа назад, как могла бы прощаться с носильщиком на вокзале.

Улыбнулась в красивое лицо, сказала: «Счастливо докатиться» — и ушла.

— Романтическое похмелье?

Я хмыкнула. Если супруги разъезжаются порознь, логично предположить, что у них что-то не так.

— И обычное тоже.

Лорд Фрай достал из внутреннего кармана пиджака золотой портсигар, откинул крышку и протянул мне. Удивиться я не успела: там оказались круглые оранжевые капсулы.

— Не нужно запивать водой. Берите.

Я взяла: вряд ли он решит меня отравить, а даже если и решит, ничего страшного.

— Что это?

— Нейтрализатор мгновенного действия. — Пристальный взгляд задержался на конверте, потом скользнул по моему лицу. — Универсальный.

Портсигар захлопнулся с легким щелчком, и я увидела на крышке выпуклые витые инициалы: А.Ф.

Лорд Фрай убрал его во внутренний карман и, не дожидаясь приглашения, устроился рядом со мной на скамейке. Странно, но голова и впрямь прояснилась. Мысли выстроились стройными шеренгами, кровь забурлила. Я смотрела на Альберта, но видела другое лицо. Лицо мужчины, который уже на полпути в Лигенбург, а вскоре покинет Энгерию. Лицо, которое отчаянно хотелось стереть из памяти.

Я подалась к лорду Фраю и коснулась губами губ — теплых, сильных, под ответным напором которых совсем не кружилась голова, даже обман закрытых глаз не спасал.

Не чувствуя ни малейшей неловкости, отстранилась, убрала упавшую на лицо прядь.

— Сейчас из меня не самая приятная собеседница.

— Поэтому я хочу пригласить вас к себе… скажем, в следующий четверг. К двум. Знаете, где находится Управление королевской службы безопасности?

Улыбка и жесткий взгляд. Настолько жесткий и хищный, что поперек горла встал ком. Вдоль позвоночника пробежал неприятный холодок.

— Поговорим о ваших семейных тайнах, леди Тереза.

Я облизнула мигом пересохшие губы, вздернула подбородок.

— У меня нет тайн.

Тонкие брови едва уловимо изогнулись.

— Зато у вашего мужа их предостаточно. Что в вашем доме делал связной Комитета? И зачем он приводил Сайлуса Монтгомери? Целителя, лишенного лицензии за незаконные магические операции.

— Комитета?

— Комитет, управление АКБВ. Проще говоря, вэлейской разведки.

Альберт взял мое запястье, провел пальцами вдоль браслета, до непристойности нежно.

— Не спешите от него избавиться, он еще может послужить Энгерии.

Я резко отняла руку.

— Вы издеваетесь?

— Сейчас нет.

Я вспомнила мужчину с часами, на которого мне указал Эрик. Кончики пальцев на миг пересохли, точно под ними была газетная вырезка. Тоненькая, иссохшая бумага.

«С прискорбием сообщаем о безвременной кончине миссис Илоны Фрай».

И о весьма своевременной — последних зачатков наивности леди Терезы Биго.

Альберт использовал ее, чтобы оттолкнуть меня. Или правильнее будет сказать, чтобы подтолкнуть в объятия Анри?

— Убирайтесь, — хрипло сказала я. — Вон!

Лорд Фрай поднялся, и я вскочила следом. Не могла позволить ему смотреть на себя сверху вниз.

— У меня на столе отчет о судьбе некроманта, который расследовал смерть вашего отца.

Сердце ухнуло вниз.

— Вон из моего дома, — тихо повторила я. — В смерти отца не обнаружили ничего странного.

— Жду вас в четверг, Тереза, — негромко напомнил Альберт и улыбнулся.

Холодно. Хищно.

Как пиранья.