Дикий дракон Сандеррина - Кира Измайлова

— А Кьярра любознательная, — сказал я зачем-то. — Правда, доводит бесконечными вопросами, считает человеческое тело неуклюжим, а одежду неудобной, но в целом…

— Способна адаптироваться, — кивнул Ванеррейн. — Я заметил. Это потому, что в ней нет страха.

— Хотите сказать, Фиора боялась людей?

— Да. Видимо, страх внушили ей родители. Говорю: не смог дознаться, в чем там было дело. Может быть, историю с отцом она выдумала, а на самом деле просто оказалась единственной выжившей…

— Или все было правдой, только она помыкалась одна и решила вернуться. И обнаружила пепелище, — предположил я. — Тут-то все предостережения и всплыли… Кьярре она тоже постаралась их передать.

— Ей это удалось, только она не выедала дочери мозги ежедневно на протяжении многих лет, а потому Кьярра… скажем так, со здоровым скепсисом относится к заветам Фиоры. Конечно, первое ее знакомство с людьми оказалось не из лучших, но затем…

— Второе, — поправил я. — Первыми были старики-козопасы, а с ними она уживалась вполне мирно.

— Вы правы.

Ванеррейн промолчал, снова сел на камень и вытянул ноги. Лицо его казалось усталым — не от долгой дороги, конечно, скорее, от тяжелых мыслей.

— Больше всего Фиору угнетала невозможность в любой момент отправиться, куда ей вздумается, — сказал он наконец. — Я не мог этого допустить, не у всех же на глазах! Сопровождал ее, когда выдавалась возможность, но обязанностей у меня очень много, и я не часто мог уделять Фиоре достаточно времени.

— Подозреваю, она еще и ревнивой оказалась…

— Не без того, — усмехнулся Ванеррейн.

Думаю, от женщин у него отбоя не было: темноволосый, смуглокожий, зеленоглазый, с весьма интересной внешностью, статный офицер — кавалер хоть куда! Он и не отбивался — те ребята с драконодрома, помнится, подружек меняли, как перчатки… Сдается мне, и Ванеррейн не был создан для жизни с одной-единственной, да еще не им самим выбранной, а буквально свалившейся ему на голову.

— Однажды Фиора просто исчезла, — сказал он.

— И вы ее не искали?

— Искал, разумеется. Первым делом проверил Багралор и окрестности, потом ее любимые охотничьи места — она словно испарилась. Ну а что мне пришлось выслушать от начальства, — усмехнулся Ванеррейн, — можете представить сами. Мы еще долго отрабатывали версию похищения, но она не подтвердилась. И тем не менее все эти годы я ждал… История с Фиорой не могла не аукнуться.

— Как же она сбросила печать? — поинтересовался я.

— Вы знаете способ, не так ли?

— Неужели ее поставили в таком месте, что Фиора смогла дотянуться?

— Нет, — недобро улыбнулся он. — Она соблазнила одного юного дракона. Он давно заглядывался на нее — как же, такая экзотика! Ну и вот…

— Он облизал ей спину… или где там была печать, даже не зная, что именно делает? — Меня невольно разобрал смех.

Ванеррейн кивнул, тоже сдерживая улыбку.

— Погодите. Что ей мешало поступить, как Кьярра, — нацедить собственной слюны, а потом изваляться в ней или в человеческом облике просто завести руку за спину? — спохватился я.

— Она знать не знала о таких хитростях. Думаю, все было проще: сперва она спуталась с этим мальчишкой. Наверно, хотела заставить меня ревновать. Ну а после… гм… предварительных ласк поняла, что печати больше нет, и была такова. Хорошо хоть, не из-под носа у него улетучилась!

— Хорошо, что она Кьярре рассказала об этом фокусе, иначе мы бы сейчас не разговаривали.

Он кивнул.

— Ну а далее… вы снова догадались верно, Рок. До меня дошли слухи о диком драконе недалеко от Таллады, и я немедленно отправил туда надежного чародея.

— Почему сами не полетели, если думали, что это может оказаться Фиора?

— Не мог, — лаконично ответил Ванеррейн, но потом пояснил: — Тогда об этом немедленно узнали бы по ту сторону границы. Зачем мне какой-то дикий дракон? Почему командующий лично отправляется проверять слухи? А вот надежный чародей-исследователь — то, что нужно. Ну а тайными путями я в те горы попасть не мог, никогда там не бывал.

— Все равно ведь что-то просочилось.

— А вот это — уже моя вина. — Губы его сжались в узкую полоску. — С высоты прожитых лет начинаешь с пренебрежением относиться к бабочкам-однодневкам вроде каких-то юных чародеек, недавно устроившихся на драконодром и… не скрою, весьма изобретательных и страстных.

— Тродда! — догадался я.

— Она самая… Позор мне — проглядеть шпионку у себя под носом! Да каким носом — в постели у себя, — фыркнул Ванеррейн.

— Это вас страсть ослепила, — подсказал я. — Поздняя любовь — такое дело…

— О чем вы, Рок, какая еще — поздняя? — засмеялся он. — По нашим меркам я еще только-только зрелости достиг! Просто непозволительно расслабился… Она ведь больше десяти лет была рядом, успел привыкнуть!

— Очевидно, о диком драконе она услышала от вас?

— Да. А что-то еще — в части. Многие помнят Фиору, ее странности, исчезновение, наконец. Я представил это как перевод туда, откуда не возвращаются, но многие ли поверили? Очевидно, противник давно уже копает в направлении тайных дорог — за столько лет хоть что-то да просочится, это неизбежно. И у кого-то сошлась головоломка…

— Или им просто захотелось поймать дикого дракона на опыты, — хмыкнул я. — Или, если Тродда вынюхала, что Фиора была вашей любовницей, то могла решить — ею выйдет вас шантажировать.

— К сожалению, этого мы уже не узнаем, — пробормотал он. — Мой чародей мертв, Тродду Кьярра превратила в прелесть какую дурочку без малейших проблесков колдовского таланта, а Сарго… от него одни ошметки остались. Мы еще потрясем их якобы заказчика из той глуши, но, сдается мне, он нужен был только для прикрытия. Впрочем, это к делу не относится.

— Ну почему же…

— А, если учесть, что идея заковать Кьярру именно так принадлежала Тродде, возможно, вы и правы.

— Откуда это известно, если она обеспамятела, а ваш чародей… и, подозреваю, весь его отряд мертвы?

— От местного кузнеца, которому заказали диковинное приспособление, — ответил Ваннерайн. — Не сомневаюсь, Тродда и его бы прикончила, только ему повезло: накануне охоты на дракона отправился к родичу в соседнюю деревушку, а на обратном пути спьяну упал в канаву и уснул. Так и проспал все веселье.

— Вот уж поистине сказочное везение, — искренне сказал я.

— Да. След пропажи затерялся, снова всплыл в Талладе… и исчез. Нет, ваш приятель Веговер ни при чем, — правильно оценил он выражение моего лица. — У нас свои осведомители.

— Долго искали? — спросил я не без злорадства.

— Еще бы. Хотя бы Тродда нашлась, и та в беспамятстве…

— Кто ее так обжег, кстати? Сарго?