Неугомонный эльф - Галина Львовна Романова

– Ты боишься темноты? – догадалась «охотница», делая первые шаги по коридору.

– Мы, эльфы, много чего боимся. Высоты, пещер… болезни…

– То есть вы боитесь заболеть и умереть?

– Не-а! Обычные недуги к нам не пристают – ну, простуда там, лихорадки, расстройство желудка, ревматизм и все такое прочее. Иногда они случаются, но наши целительницы научились справляться с любыми случаями. А еще есть болезнь, она не ко всем приходит, но уж если заболел, то конец один – смерть. У меня так мама заболела и умерла, когда я еще маленьким был.

– Понятно…

Тара сжала руку Карадора в ободряющем пожатии. Оказывается, он тоже сирота.

Ход, по которому они шли, нисколько не напоминал пещеру или подземелье. Это была просто узкая длинная щель в каменной стене. Под ногами был камень, с боков – камень, сверху – камень. Лишь кое-где его сменяли шпалеры – как любой порядочный тайный ход, он часто примыкал к чьим-либо покоям. Здесь, если поискать, можно было найти потайной рычаг, который приводил в действие скрытый механизм, открывавший глазок для наблюдения. В надежде, что один такой рычаг откроет не смотровой глазок, а целую дверь, Карадор то и дело принимался шарить руками по стенам.

Пару раз не нашлось ничего интересного – в смотровой глазок они увидели сначала ту же самую библиотеку, только с другого бока, а во второй раз наткнулись на супружескую спальню. Судя по тому, как резво отпрянул Карадор от глазка, хозяева замка были заняты кое-чем, не предназначенным для посторонних глаз. Зато с третьей попытки он прямо-таки прилип к глазку.

– Ну чего застыл? – Таре быстро надоело ждать.

– Вот жук! – прокомментировал Карадор. – А мне-то лапшу на уши вешал: «люблю», «страдаю»…

– Да чего там?

– Смотри сама.

Тара наклонилась к смотровому глазку. Очень близко от нее была постель, на которой, обнявшись, лежали двое мужчин. Один мирно спал, положив голову на плечо второго и улыбаясь во сне. Зато второй таращил красные глаза с вертикальными черточками зрачков во мрак. Это были Фрозинтар и Льор.

– Фу, – невольно скривилась девушка.

– Тихо!

Дернув за руку, Карадор увлек свою спутницу дальше по коридору.

– У Фроси знаешь какой чуткий слух, – заговорил он только за поворотом. – Учует и головы отвернет.

– Ну и что? Зато выбрались бы.

– Хорошая идея. Пошли назад!

Но сказать это было значительно легче, чем сделать. То ли они где-то пропустили поворот, то ли в этих коридорах была какая-то встроенная магия, только второй раз нужного смотрового глазка не нашли.

Устав бродить туда-сюда, Тара прислонилась к стене, случайно надавила на что-то локтем – и часть каменной кладки тотчас отъехала в сторону. Не ожидавшая этого девушка не удержалась на ногах и спиной вперед влетела в какую-то комнату, навзничь падая на ковер.

– Ура! – воскликнул Карадор, вываливаясь следом. Схватил Тару за руку и со всех ног бросился вперед, да с такой скоростью, что едва не разбил лбом двери.

Час спустя…

– Ну и где мы?

– Погоди-погоди, дай подумать. Значит, мы спустились по винтовой лестнице западного крыла и попали в круглый зал. Оттуда перешли в галерею и снова спустились на этаж. Потом мы прошли до конца коридора направо и должны были выйти на галерею первого этажа.

– Должны, – кивнула Тара. – Но это не она.

– Сам вижу, – вздохнул Карадор и зачем-то посмотрел по сторонам, хотя ничего интересного и нового тут не было.

Они стояли на пороге комнаты, к которой подходили уже дважды, с разных сторон. Один раз путешественники ввалились в нее из потайного хода, другой раз, сделав круг, вошли через правую дверь, а теперь – через левую.

– Одно хорошо, – философски заключил Карадор, – третьей двери тут нет, так что в третий раз мы сюда точно не попадем.

– А куда мы попадем?

– Ну… куда-нибудь. Пошли! Есть у меня одна идея.

– Опять?

Но Карадор уже бежал, волоча Тару за собой.

Они плутали в этом лабиринте уже второй час. Вроде и замок не производил впечатления громадного здания, а вот поди ж ты – заблудиться в нем оказалось проще простого. И ладно бы они бродили где-то по закоулкам – нет, всякий раз возвращались к одной и той же комнате! Таре она так надоела, что девушка для себя решила, что плюнет на все и останется там до утра, если еще раз переступит ее порог. И хоть трава не расти.

– Не понял!

Нос Карадора уперся в глухую стену.

– Что это?

– Тупик, – пожал плечами неугомонный эльф, но тут же с оптимизмом отмел эту идею: – Нет, это просто потайной ход. Нужно нажать на какой-то рычаг – и откроется дверь!

Он торопливо зашарил руками по стене. Тара присела на корточки рядом:

– Слушай, а все ваши замки такие запутанные?

– Не все. – Карадор исследовал всю стену и опустился на четвереньки, изучая плинтус. – Мой родной замок я знаю вдоль и поперек – я же там вырос. Хотя, надо признать, я и там пару раз ухитрился заблудиться. Задумался, понимаешь, и свернул не туда.

– В родном доме?

– А что? Со мной и не такое бывало!

Тара испустила вздох. Ей уже не так нужны были сокровища и новые впечатления – добраться бы до постели и уснуть. А еще ей очень хотелось в туалет, но даже намекнуть на это она стеснялась – с Карадора станет поднять ее на смех. Приходилось терпеть.

– Вставай-вставай! Живо! Раз-два!

Девушка встрепенулась и поняла, что все-таки задремала, сидя на полу. А сейчас ее пытаются привести в вертикальное положение.

– Ты нашел выход?

– Угу! Пошли скорее!

Все еще находясь в полудреме, «охотница» не сразу сориентировалась и опомнилась, только пробежав десяток шагов:

– Но мы бежим в обратную сторону!

– Ага! – Карадор перешел с трусцы на галоп. – Я понял, почему мы все время сворачиваем не туда. Мы ходим по кругу!

– И что?

– Надо просто никуда не сворачивать. Тогда мы…

– Опять врежемся в стену!

– Ничего подобного. – Карадор прибавил шагу, вылетев на крутую лестницу, и Тара, споткнувшись на ступеньках, приложилась к ним коленкой. – Прямой путь – самый верный. Давай-давай! Что ползешь как больная черепаха?

Тара стиснула зубы. Коленка болела немилосердно – наверное, она рассадила кожу, – но открыть рот девушка боялась, чтобы не закричать от боли. Пришлось представить, что они удирают от погони – если остановятся, их схватят и казнят. Надо спасать свою шкуру и…

Четыре лестничных пролета кончились так быстро, что она не успела додумать эту мысль. После темноты коридоров по глазам больно ударил свет, и она зажмурилась.