За гранью восприятия - Алексей Фомичев

«Выходит, не совсем кого угодно, – недовольно подумал Апиян, рассматривая панораму за окном. – Если кто-то там… на Земле-2 шастает без спроса. Лишь бы у Фламера все получилось… Это вроде его восьмое самостоятельное задание. Если выполнит – можно подумать о повышении. Выслуга позволяет…»

Такая забота о рядовом оперативнике была бы непонятна, если бы тот не приходился шеф-ордеру двоюродным внуком, то есть близким родственником. А проталкивать вверх родственника – дурной тон. Если, конечно, тот сам не заслужит повышения.

«Этот заслужит, – прикидывал Апиян. – Парень не промах, опытен, настойчив, сообразителен. Фамилию предков не посрамит. В его-то годы – начальник поисковой группы. Далеко пойдет… если не остановят».

Подумав о родственнике, Апиян невольно вспомнил еще об одной проблеме. О поисковых группах.

… После Ругийской катастрофы и последующими за ней проблемами с перехватами «контуров» остро встала проблема создания станций слежения. И противник не дремал, с помощью новой аппаратуры научился обнаруживать станции еще на первом этапе строительства. И аборигены не всегда миролюбиво смотрели на возникновение из ниоткуда странных сооружений, норовили пощупать пришельцев на предмет «как они в бою». И ладно бы луками, мечами и копьями. Пусть даже примитивными пушками и пищалями, способными скорее напугать, чем нанести вред. Но в новых мирах непрошеных гостей все чаще встречали автоматические пушки, ракеты, а то и первые, пока неуклюжие и большие, но от этого не менее опасные лазерные установки. С неба на станции летели тяжеленные бомбы. Иногда – с ядерными зарядами.

В таких условиях прежняя тактика не срабатывала, а зачастую и приводила к печальным результатам. Потеряв пятнадцать человек в стычках с аборигенами и диверсионными группами равитанцев и датлайцев, ГТП в срочном порядке выработало новую тактику действий.

Группа из четырех человек – два оперативника, два охранника – проникала в другой мир и действовала там автономно, держа связь с базой посредством периодически включаемого «контура». Они вели разведку, добывали информацию, вступали в непосредственную связь с аборигенами, а когда подходил срок – либо переходили «контур», либо передавали сведения.

Таким образом, противник не мог ни засечь «контур», ни обнаружить группу, а аборигены не замечали чужого проникновения.

Эта тактика прижилась и получила широкое распространение. Как часто бывает – сперва у изобретателей, а потом у всех воюющих сторон. Потому что разведка со всех сторон работала прилично.

Группы получили название поисковых, формировались только из самых опытных оперативников и бойцов специальных подразделений вроде бригады «Ашван» или специального отряда «Викорал».

Теперь станции создавали только в ключевых мирах, опорных в «пучке», а в других мирах ставили скрытый «контур», срабатывающий по необходимости.

Нововведения позволили полностью устранить риск прорыва отрядов противника и резко снизили вероятность обнаружения разведки аборигенами. Все шло замечательно. До тех пор, пока не был обнаружен спонтанно работающий «контур», да еще в дальнем, малоизученном «пучке» пространства.

«Кто же там действует? – недовольно нахмурил брови Апиян. – Неужели противник опередил и теперь готовит захват дальнего „пучка“? Или… или, как ходят слухи, это работа нового игрока на необъятном поле боя, где прежде пробовали силы только три стороны? Кто же он? Чего хочет?..»

– Чего они хотят? Получить своего человека из этого мира? Чтобы шпионил на них?

– Думаю, им позарез нужно узнать, каким образом я смог проникнуть в их «контур» и остаться живым. Это главное. Остальное потом.

– Занятно! – хмыкнул Марк и глянул на парней. – Нашли подопытного кролика…

Ему никто не ответил. Все обдумывали услышанное и спешно прикидывали, что теперь делать. И как вообще быть. Потому как старые планы рухнули, похоронив надежду на спокойную беззаботную жизнь где-нибудь на солнечном побережье юга Франции, или Португалии, или Кипра… Там, где все шоколадно и замечательно. Там, где нас пока не будет…

… Получив мое сообщение, парни немедленно организовали скрытое наблюдение за моим домом и двумя соседними, отмечая все подозрительные передвижения. А потом смогли незаметно выйти со мной на связь.

Еще толком не зная, что произошло, они страховались по максимуму и работали сразу по всем направлениям. Слежку за мной, правда, не выявили, но странные маневры неподалеку от улицы обнаружили.

А днем, основательно замотав потенциальные «хвосты» и многократно проведя их обрубание, мы встретились в старом, давно заброшенном бомбоубежище на окраине города. Здесь, глубоко под землей, в окружении железобетона, можно было спокойно поговорить. Без опасения быть засеченными сканером.

Подробно, не упуская ни одной мелочи, я пересказал разговор с Барилом, потом выдал результат моих умозаключений и наконец выложил некоторые догадки.

– … Но почему они не захватили тебя сразу? – словно размышляя вслух, произнес Сергей. – Информацию о возможных сообщниках вытянули бы с помощью химии. Все контакты, связи, вообще все.

Я пожал плечами. Логика пришельцев действительно трудно поддавалась объяснению.

– Может, опасаются, что на меня их химия не подействует… или хотят продемонстрировать добрые, искренние намерения. Мол, мы с тобой честны… Проверяют на вшивость, ищут подельников, проводят дополнительную разведку… Хрен знает! Их техника позволяет засечь меня на расстоянии нескольких сотен километров, думают, что я не сумею никуда убежать. А попробую – выдам связи. Вообще я тоже ломал голову, почему они оставили меня дома.

– Ты легко ушел из-под наблюдения, если оно, конечно, было. А о фокусе с подземельем их мудрые инопланетные головы не догадались?

– Может быть…

– Эх, мать! – вздохнул Толик. – А как хорошо все шло! Деньги переведены, золото тоже. Сразу три варианта открытия бизнеса. Потенциальные клиенты нашего клуба. Перспективы на будущее… И тут как назло!..

– А иначе и не бывает, – ответил Марк. – Так всегда. Пашешь в поте лица, деньгу зарабатываешь, мечта вот-вот сбудется… А тут из-за угла как шарахнет! И все твои труды коту под хвост.

Антон кивнул, обвел всех мрачным взглядом и спросил:

– Ну что, судьбу поругали, пар выпустили? Теперь давайте решать, что делать! Артур, ты говорил о своих задумках. Выкладывай. Иного выхода все равно нет. Идти работать в их лаборатории мухой-дрозофилой вряд ли кто хочет.

– Это точно, – невесело усмехнулся я и начал выкладывать свой план. Скорее не план, а наметки плана. Так, контуры.

– … Нам нужна информация. Что знают о мире пришельцы? Сколько у них здесь групп? Где еще работают Периметры? Какие планы относительно нашего мира? Только ли я у них на подозрении, или вас тоже засекли? Что может быть, если исчезнет первая группа?..

– А потом?

Я пожал плечами. Так далеко планирование не заходило. Не из-за легкомыслия или отсутствия привычки планировать все до конца. Просто невозможно предусмотреть реакцию чужой цивилизации на исчезновение своей разведки в ином мире. Попробуют они взорвать нашу планету, пошлют новую группу, забудут и временно оставят в покое?.. Никто не скажет.