Метро 2033. Право на жизнь - Денис Шабалов

– А что он еще говорил, старик-то? – первым разбил мертвую тишину Сашка.

– Сказал – редко кто отсюда выходит. Будто бы туннель – это лента Мебиуса. И Непутевый он потому, что пути здесь нет…

Сашка помолчал некоторое время, обдумывая что-то.

– Как думаешь – правда?

Данил пожал плечами:

– А кто знает?.. Увидим…

Он вновь оглянулся, подсветив фонариком, – ощущение взгляда в спину стало вдруг пугающе реальным, будто взгляд этот обрел материальное воплощение. Луч, однако же, уперся все в ту же плотную, чернильную тьму.

– Ничего не ощущаете? – спросил он. – Будто наблюдает кто… Гадостное какое-то чувство.

– Да я не знаю, как ты там последним идешь, – отозвался тут же друг. – Нервы у тебя стальные, что ли?.. Меня только то и спасает, что шаги твои сзади слышу. Как от колонны отошли – так затылок и сверлит, – он поежился. – Леха, ты там как впереди?

Шрек буркнул что-то обнадеживающее, показывая, что уж его-то такой ерундой, как взгляд в спину, не испугать.

– Опять мы в какую-то аномалию вляпались, – тоскливо протянул Санька. – Везет нам на них…

Ему никто не ответил, и он, поворчав еще немного для порядка, затих.

Теперь в тишине туннеля раздавался только стук каблуков по асфальтовому покрытию, шуршание комбинезонов да изредка лязг металлических частей снаряжения. Фонари светили только вперед, оставляя стены во тьме, и Данилу с некоторого времени – опять это проклятое чувство, как и тогда, в подвале детсада! – начало казаться, что на самом деле они шагают на одном месте, а навстречу, словно лента транспортера, движется одна лишь дорога с белой полосой посредине. Когда это началось, он не помнил, – время в здесь словно замерло на одном месте, не давая точного представления, сколько они уже шагают – но чувство это постепенно становилось все сильнее и сильнее, пока, наконец, не нахлынуло скачком, пугая до ужаса своей правдоподобностью. Чтобы избавиться от наваждения, сталкер резко перевел луч на стену справа… и мог бы поклясться, что она в то же мгновение дернулась и побежала назад с той же скоростью, что и дорога! Данил, мгновенно вспотев от страха, сморгнул, протер глаза и уперся в стену напряженным взглядом.

«Да нет… показалось…» – он облегченно вздохнул, и ледяной комок в груди начал постепенно растворяться.

– Привидится же…

– Что такое? – тут же отозвался Семеныч.

– Показалось, будто мы идем, а вперед не движемся, – натужно усмехнулся Данил, но даже сам он расслышал в своем голосе нотки страха.

Профессор помолчал немного и ответил:

– А я шаги какие-то минут десять уже слышу. То впереди, то позади… То вообще слева откуда-то раздаются, а ведь там стена… Вот! Слышите?!

Данил прислушался, стараясь ступать тише, но ничего особенного не услыхал. Зато увидел вдруг, как впереди, вдалеке, сквозь окружающую тьму блеснул огонек и послышался невнятный говор, будто переговаривались несколько человек. Видимо, это услышал не он один. Шрек тут же дернул фонариком вперед, но чернильная тьма внезапно уплотнилась, словно втягивая в себя свет, и луч бессильно растворился в нескольких шагах впереди. Сталкеры остановились, напряженно всматриваясь и шаря стволами по сторонам. Данил видел, как подрагивает рука стоящего перед ним Сашки, да и остальным тоже было не по себе – Семеныч, обычно спокойный, сейчас как-то неловко и суетливо вертел головой во все стороны, а Кубович что-то шептал, и когда Добрынин прислушался, то явственно различил слова молитвы.

Говор вдали повторился и вроде бы даже послышались отдельные слова…

– Про туннель говорят, – подтвердил Кубович. – Тоже непутевым его назвали. Я точно услыхал. Может – наши?

– А где они раньше были? Нас бросили и ушли? Шрек, шумни.

Леха поднял ствол пулемета вверх и саданул короткой очередью в потолок. Голоса тут же утихли и послышались размеренные, неторопливо удаляющиеся шаги.

– Бегом! – скомандовал Данил, и Шрек со скоростью торпеды тут же сорвался с места.

– Стойте! Эй! Стойте! – заорал на бегу Сашка, но звук тут же потонул в окружающей тьме, как в вате.

Бежали они минут десять, но нагнать никого так и не смогли. Создавалось впечатление, что те, кого они преследовали, свернули в какой-то боковой переход, незамеченный в спешке сталкерами. Поняв бесполезность дальнейшей погони, Данил вновь велел перейти на шаг. И тут же фонарь Лехи, который по-прежнему двигался впереди, выхватил из тьмы стоящую на правой полосе цистерну. А за ней виднелся угол ураловского кунга с намалеванной на нем белой краской цифрой «7».

– Караван! – вырвалось у Лехи. – Наш!

Он шагнул было вперед, но Данил, сделав два гигантских скачка, цапнул его за рюкзак.

– На месте! – яростно прошипел он, настороженно глядя на возникшую перед ними невесть каким образом колонну. – Сидеть всем! Рассредоточиться! Держать периметр!

– Мы строили, строили – и наконец построили… – послышалось сзади растерянное бормотание Счетчика.

Шрек, сообразив, что проштрафился, стоял уже на одном колене, уперев ствол пулемета в сторону застывшего каравана. Из-за его плеча выглядывал хлопающий глазами китаец. Сашка держал тыл, а Кубович с Профессором усиленно секли по сторонам. Данил огляделся, убеждаясь, что вверенное ему подразделение расположилось грамотно, и встретился глазами с Семенычем.

«Как?» – указав глазами на караван, знаками спросил тот.

Данил в ответ пожал плечами.

«Вы – на месте», – так же жестами ответил он. Ткнул вилкой пальцев себе в глаза, указал в сторону каравана – «глядите в оба».

Семеныч кивнул.

Данил, осторожно стянув со спины винтовку, двинулся вперед, обходя колонну по дуге. С каждым шагом он все больше и больше убеждался, что караван этот, без сомнения, их. Что стоили хотя бы цифры, обозначающие номера кунгов, или знакомые очертания бэтэра и КШМ, стоящих в голове. А заглянув в кунг с единицей, он и вовсе утратил последние надежды на то, что это какое-то дикое, невозможное сходство и не более того – на полу возле выхода лежали распотрошенные баулы. Их баулы. И лежали они именно так, как сталкеры оставили их примерно с час назад. И здесь же валялся брошенный за ненадобностью плюшевый медведь.

Растерянно почесывая затылок, Данил вернулся назад.

– Ну и как это понимать? – встретил его вопросом в лоб Семеныч.

Добрынин развел руками.

– Разве только тем, что мы по кольцу идем, – пробормотал он.

– Мы б уклон в сторону почувствовали, – возразил Ли. – А тут, глянь, – полоса прямая, как стрела.

– Могли и не почувствовать. Из мрака выходит и во мрак возвращается, – возразил ему Профессор. – Никакой перспективы… Проверить надо.

– Как же проверишь?

Вместо ответа Профессор стащил со спины рюкзак, порылся внутри, вытащил две большие бобины с толстой нитью и продемонстрировал своим спутникам: