Дарующая жизнь - Денис Чекалов

– Так уж и присоединилась?

– Хорошо, я убила их капитана и заняла его место. Это долгая история.

– Боюсь, сейчас нам не хватит времени, чтобы ее послушать…

Трое всадников приближались к нам от линии горизонта. Они двигались не прямо, а неровными зигзагами – там, где тропа извивалась в предательском болоте.

– Осторожнее, Майкл, – предупредила Франсуаз. – Земля здесь выглядит точно как степь, по которой мы проезжали. Немало путников погибли прямо здесь, так и не заметив границы болота.

Всадники приближались. Каждый из них держал в руках длинный лук, заряжаемый тремя волшебными стрелами. Когда они оказались достаточно близко, то стало ясно – перед нами не воины на лошадях, а кентавры.

– Дозорные, – пробормотала Франсуаз. – Люди-кони не доверяют своим соседям-волшебникам. Держат под боком целую армию.

Пограничники остановились. Никто из них не поднимал оружия, но было очевидно – они не побоятся прибегнуть к нему, если потребуется.

– Что нужно эльфам так далеко от их государства? – резко спросил один из стрелков.

– Это сложный вопрос, – любезно отвечал я. – Ответом на него может служить трактат «Место и роль эльфов в мировой истории», над которым я как раз работаю. Состоять он будет из шести томов; правда, я успел начать только первый и то набросал только пару строчек.

– Не пытайся запудривать нам зубы, – отрезал кентавр. – Как видишь, мы неприлично владеем твоим варварским наречием, эльф. Тебе не удастся обвести нас вокруг журавля в небе. Что ты здесь делаешь?

– Ограничься короткими предложениями, – посоветовал я. – В них ты делаешь меньше ошибок. Что же до цели, с которой мы приехали…

Девушка гордо произнесла:

– Я Франсуаз, демонесса пламени. Я здесь, чтобы потребовать свои права на Гиблую Крепость.

Лицо кентавра отразило искреннее удивление. Не будь его воля крепка, как сталь, он немедленно удобрил бы землю поблизости.

– Мы освободили Гиблую Крепость от шайки разбойников, – произнес он. – Она принадлежит нам. О каких правах можно говорить?

– Замок никому не принадлежал несколько столетий. В нем водились лишь драконы и кикиморы. Я захватила его, и теперь он мой.

– Выше головы не вытянешь и рыбку из пруда, – высокомерно отвечал человеко-конь. – Наш король не ведет дел с бандитами. И мы, его верные солдаты, тоже. Вешаем их – и весь разговор.

– Ты называешь разбойниками тех, кто служит Созидателям Храмов? – удивился я.

Я вынул из внутреннего кармана золотые часы, справился по ним, и начал заносить что-то в длинный свиток.

– Что это там ты делаешь? – заволновался кентавр.

– Записываю, мой милый оселдат, тот день и час, когда ваш король – твоими устами – объявил войну Созидателям Храмов, назвал их разбойниками и публично поклялся истребить всех до одного. Интересно, Френки, как долго продлится эта война?

– Эй, эй, постойте, – воскликнул стрелок. – Я вовсе не этого поимел на виду. Знаете, что? Лучше вам поговорить с комендантом крепости. Как говорится, не лезь поперек батьки в игольное ушко. Езжайте за мной.

* * *

– Ты же говорил, будто у эльфов с кентаврами договор о дружбе, – вполголоса произнесла Френки.

Три конских хвоста бодро взмахивали впереди нас.

– Как и со всеми другими королевствами. Но слова, застывшие на бумаге, мало что значат посреди болот, где силы зла властвуют безраздельно… К слову сказать, Френки – тебе не было жаль бросать крепость? Тем более, она расположена в таком живописном месте…

– Нет… Ты же знаешь правила. Демонесса может покинуть Преисподнюю и переселиться в Верхний Мир только после того, как заключит сделку с человеком. Вроде той, которую подписали мы. Но перед этим тебе дается немного времени, чтобы освоиться, узнать, что к чему и что почем.

– Глупо пытаться завладеть чьей-то душой, если сама не умеешь шнурки завязывать?

– Что-то вроде этого. Времени дается немного, а потом тебя возвращают домой, к ситцевым занавескам и пирожкам с тыквой. И ты начинаешь изнывать в ожидании, когда кто-нибудь захочет обменять свою душу на что-нибудь более полезное…

Девушка вздохнула – она искренне уверена, что быть рядом с ней, это уже предел мечтаний каждого человека.

Бедняжка, сколько же раз ей, наверное, приходилось убеждаться в обратном.

– Мы победили кикимор и драконов и вытеснили их на окраины болота. Мне становилось скучно, ведь я знала, что скоро мои каникулы наверху закончатся. К тому же в заливе Каракатиц бушевала война – настоящая, большая, не то что наши посиделки на болоте. Хотелось туда. Так что. когда Корбург и его брат попытались меня сместить, отрубив мне голову, это лишь все ускорило.

– Иными словами, когда ты покидала болота, здесь уже не оставалось почти никого живого?

– Ну… Они первыми начали воевать, Майкл. Я только помогла им закончить побыстрее.