Под чужим именем - Владимир Сухинин

Сначала Артем не понимал, почему начальник охраны каравана так рассердился. Но по мере того как Агамон говорил, он бледнел и улыбка сползала сего лица. Он опустил голову и задумался. Хорошего, конечно, было мало. Но шанс выбраться с его помощью у них был. Видимо, ему не придется спать эти три дня и три ночи.

Его раздумья прервал топот копыт. Обоз догоняли. Артем напрягся и подготовил заклинание обузы.

— Стой! — услышал он повелительный окрик. — Где мессир маг?

Все трое переглянулись. Артем откинул занавесь и выглянул наружу. За ними прискакал тот же всадник, что читал его диплом.

— Мессир! — даже как-то обрадованно закричал он и подскакал к самому возу. — Меня послала за вами наша госпожа. Ее мужу плохо. Вы могли бы его полечить? За платой дело не станет.

— А что с ним? — спросил Артем.

— Он ранен.

— Хорошо, я посмотрю, что можно сделать. Подождите меня.

— Мессир, садитесь ко мне на коня, мы доскачем быстро.

Артем вылез из воза. Улыбнулся испуганному купцу и хмурому Жульду.

— Я скоро, — успокаивающе произнес он. — Не беспокойтесь.

Замок напоминал большой хутор, огороженный тыном и невысокой стеной. Внутри были постройки и господский дом в два этажа. По стенам ходили часовые. Во дворе бродили гуси, куры и свиньи. Собаки, завидев Артема, лениво побрехали и успокоились.

Конт лежал укрытый шкурой медведя на кровати и тихо стонал. Лицо владетеля земель было скрыто бинтами из белой грубой ткани.

Артем внимательно осмотрел раны, приподняв края бинтов. Маг-зомби изрядно покусал его лицо. Даже почти оторвал кончик носа, который челядь аккуратно пришила нитками.

— Я могу помочь, — сказал он воину, который привез его в замок. — Полного выздоровления не будет, потому что я не магистр. Но вашему господину полегчает, и раны заживут быстрее. У вас кто-нибудь разбирается в лекарствах?

— Конюх, ваше магичество. Он лечит и лошадей и воинов, это он зашил раны господину.

В комнату стремительно вошла женщина лет сорока, несколько полноватая, с простым крестьянским лицом. Волосы у женщины были собраны в пучок на затылке. Она решительно приблизилась.

— Господин маг, помогите моему мужу, и я вас отблагодарю. — Голос у нее оказался неприятно резким.

— Его что, покусали собаки? — сделав вид, что ничего не знает, спросил Артем.

— Медведь, — быстро ответила женщина, и воин удивленно посмотрел на нее.

— Хорошо, что жив остался, — покачал головой Артем. — Прежде чем приступлю к лечению, риньера, я хочу принести извинения вашему сыну, с которым мы поспорили. И за лечение попрошу о следующем. Вы даете нам спокойно проехать по вашим землям. Вы гарантируете, что на нас никто не нападет и не будут стрелять из кустов. Я, со своей стороны, не буду придавать значения перекрытию дороги и забуду этот инцидент.

— Я сделаю все, что вы просите, мессир. Но моя власть распространяется только на наши земли. За других контов я ручаться не буду.

— Спасибо и на этом, — поблагодарил Артем. — Для меня этого достаточно, госпожа, — поклонился он.

Артем повернулся к конту. Наложил на себя благословение, создал заклинание малого исцеления и наложил на конта. Осторожно снял бинты, достал зелье исцеления и омыл им израненное лицо конта. Достал вторую бутылочку и стал вливать по глотку в рот раненому. Когда эликсир закончился, конта было не узнать. Раны затянулись, и на их месте образовались красные бугристые шрамы. Лицо было обезображено, но конт жил и мог открыть глаза. Он пришел в себя и огляделся. Увидел стоявшего у кровати Артема, жену. Потом посмотрел снова на Артема.

— Ты кто? — спросил он и попытался встать.

— Проезжий маг, лекарь, риньер. Лежите, вам нельзя вставать. Ваше состояние требует покоя дня на три-четыре…

Конт не дослушал и откинул шкуру, собираясь встать.

— Винтор! — решительно остановила его жена. — Лежи и не вставай. Ты хочешь оставить меня вдовой?

Конт скривился, кинул неприязненный взгляд на Артема, но прекратил попытки встать и закрыл глаза. Слуга тут же снова накрыл его шкурой.

Видимо, жена имела над ним власть, раз он послушался ее беспрекословно. Артем это отметил и, потирая вспотевшие руки — он почему-то разволновался, — произнес:

— Больному нужен покой, я оставлю вам эликсир, смачивайте ему раны по одному разу в день в течение трех дней. Вставать три дня не рекомендую.

Жена конта озабоченно оглядела лицо мужа.

— Он таким и останется? — спросила она, показывая на шрамы.

Артем развел руками:

— Что поделать, риньера. Я не всесилен. Тут нужен магистр магии.

Но женщина лишь отмахнулась и с какой-то еле прикрытой язвительностью в голосе произнесла:

— Ничего страшного, шрамы украшают мужчину.

Артем понял, что это она произнесла для мужа. Чтобы тот услышал.

— Идемте, мессир, я расплачусь с вами.

Они прошли в соседнюю комнату. Женщина прикрыла дверь и спросила:

— Мессир, вы правда считаете, что среди моих слуг есть одержимые?

Артем пожал плечами:

— Я не знаю, риньера.

— Но вы говорили, что от воинов мужа пахнет одержимостью… Это что, просто слова?

— Риньера, нам надо было проехать. Ваши воины вели себя нагло. Что я должен был подумать? Что конт поставил себя выше короля? — Артем посмотрел женщине в глаза, которые сузились до щелок.

Она поджала губы и отвернулась. Подошла к комоду, открыла его и достала кошель. Отсчитала монеты и, повернувшись, подала Артему.

— Здесь два золотых барета серебром. Обычная плата лекарю. Хочу сказать вам, мессир, вы смелый юноша. По нашим землям можете ехать спокойно. — Она усмехнулась. — Но на землях других контов поостерегитесь. Такое здесь не прощают.

Она позвонила в колокольчик, который стоял на комоде. Дверь отворилась, и в комнату вошла девушка. Девушка поклонилась и, опустив голову, ожидала приказаний.

— Проводи мессира к выходу из замка, — равнодушно приказала риньера.

Девушка вновь поклонилась. Когда она подняла лицо на Артема, он вздрогнул, но справился с собой. Правую сторону лица девушки покрывали шрамы от ожогов.

— Следуйте за мной, мессир, — тихо произнесла она.

По дороге им попалась еще одна девушка с обезображенным лицом. Она посторонилась, пропуская их, и опустила голову. «Неспроста все это», — подумал Артем.

От ворот замка ему предстояло идти пешком. Воспользовавшись его услугами, а затем выпроводив за ворота, ему показали, что он стоит в глазах господ. Артем поправил рубаху за ремнем и пошел. Шел он не спеша, размышляя, как теперь быть. Он не верил риньере. Что-то звериное было в ней, это чувствовалось по ее взгляду, по ее тону и по тому страху, который она внушала своим слугам. В ней было мало аристократичного и чувствовалась разбойничья жилка. Их не оставят в покое. Он даже был уверен, что она считала его обреченным и что обоз из Темнолесья не выйдет. Да, он явно перестарался и полез не в свое дело. Торопливость и неосмотрительность — вот его беды. И что-то надо было делать. Ясно одно: открыто на них нападать не будут, но из засад будут расстреливать из луков. Один он не справится. Кроме того, у других контов тоже могут быть замковые маги.