Четыре всадника магопокалипсиса. Дилогия - Алексей Валерьевич Шмаков

Просто люди Романова, прибывшие с некромантами, не хотели нас туда пускать, пока не появились наши родные оперативники и не объяснили своим коллегам из столичного филиала, что не стоит вести себя с нами так опрометчиво.

Егор даже дал в морду командиру залётных. Но, как я понял, к нам это не имело никакого отношения. Какие-то у них свои счёты. Нам понравилось. Ленка усердно болела за Ефремова, а мы в это время потихоньку продвигались к кладбищу.

А уже на его территории в полной мере ощутили этот выброс.

К Гришке он точно не имел никакого отношения.

Здесь жутко воняло мертвичиной и гнилой картошкой. Не самое приятное сочетание, но в нём проскальзывали нежнейшие цветочные ароматы, а значит, у нас есть все шансы разобраться с тем, что здесь происходит.

Мы прошли практически в конец кладбища, где стоял величественный склеп, украшенный скульптурами каких-то монстров.

Довольно симпатичных.

Правда, вход в него сейчас закрывала какая-то непонятная, чёрная, маслянистая хренотень, которая трепетала, словно огонь, хотя больше всего была похожа на жидкость.

Именно от этой дряни и тянуло мертвечиной с тухлой картошкой.

Проход она закрывала не очень плотно, и имелись небольшие провалы, сантиметров по десять. От них уже пахло цветами.

Никаких сомнений, что нам нужно войти в этот склеп. К тому же возле него мы наткнулись на тех самых столичных некромантов: дедушка лет за восемьдесят и мужчина средних лет. Оба выглядели не лучшим образом.

Если волосы мужчины раньше и отличались цветом от стариковских, то сейчас они стали совершенно седыми.

Некроманты сидели внутри едва светящегося магического круга, начерченного прямо на земле. Сидели спиной друг к другу, прижавшись к деревянной трости, бессознательно бормоча какую-то мантру.

Вроде что-то защитное от злых духов. Или что-то в этом роде.

Мы с девчонками здесь совершенно не разбираемся. Это надо у Гришки спрашивать. Если он сам знает, конечно.

Ну а потом увидели, или, вернее сказать, ощутили внутри склепа нашего беглеца. Что он там делает и как попал — теперь предстоит выяснить. Чем мы сейчас и занимаемся.

— Бесполезно. Скорее всего, он нас даже не слышит, — склонив голову набок, сказала Мира. — Тут либо лезть внутрь склепа, наплевав на эту чёрную хрень, что висит на входе, либо ждать, пока Гришка сам не выйдет. А когда это будет — неизвестно.

— Предлагаю дождаться Егора. Он матёрый тёмный маг, наверняка знает, что это за штука такая и как с ней разобраться. Вроде драка уже закончилась. Не слышу ничего.

Мы немного прислушались, и действительно было тихо. Как на кладбище. А ещё жутко, холодно и есть захотелось. После похода в кафе-мороженое прошло уже довольно много времени. Вон и темнеть уже начинает. А это значит, уже ближе к восьми.

— Поддерживаю, дождаться Егора, — сказала Ленка. — Но просто так стоять и ждать — не дело. Вы попробуйте привести в чувства этих магов, а я сейчас создам разведчика. Посмотрим, сможет он пробраться внутрь вон через ту дырку снизу.

Рыжая указала на прореху сантиметров в тридцать. После чего присела, приложила руки к земле, и они засветились зелёным. Заклинание «Зарождение Жизни» в исполнении друида в энном поколении. Но смотреть, как она его выполнит, я не стал.

Мы с Мирой подошли к столичным магам и начали пытаться привести их в чувства самыми обычными методами. Побили по щекам, заткнули нос, а я старику крикнул на ухо, что он в поликлинику опаздывает. Не помогло. Крепко они в бессознанке.

— Придержи меня, чтобы не упала, — попросила Мира и, склонившись над магами, положила каждому руку на голову, после чего закрыла глаза.

Практически сразу потеряла равновесие и начала заваливаться прямо между некромантами.

Выругавшись, я бросился ловить её.

Успел.

Но сама Мира к этому моменту уже не реагировала ни на какие внешние раздражители. Глаза под веками очень быстро двигались, и из-под них вырывалось красноватое свечение.

— У вас там как? — спросила Ленка. Её саму я не видел, стоял спиной, но по голосу можно сказать, что пробраться мимо чёрной дряни не получилось.

— Мира сейчас приводит некромантов в чувства. Ушла в астрал, когда вернётся — не сказала.

— А у меня тут облом. Эта дрянь вытянула жизнь из моего малыша, даже не коснувшись его. И теперь я очень сильно хочу её изничтожить. Такой гадости вообще не должно быть в нашем мире.

— Только не этот ужасный клоун! — раздался полный ужаса крик прямо у меня под носом.

После чего младший из некромантов вскочил и собрался уже было бежать прочь, но увидел нас и замер, пытаясь понять, что здесь происходит.

Задача оказалась очень сложной.

Даже мы ещё не знали, что же здесь происходит. И именно для этого решили привести его в чувства.

После криков и Мира вернулась из астрала.

К моему удивлению, пришлось с неохотой её отпускать. Хотелось ещё немного подержать.

Странно, как-то слишком рано. Но да ладно. Потом с этим буду разбираться.

— Со вторым не получается. Старик слишком многое повидал за свою жизнь. Не смогла вот так, на скорую руку, докопаться до его страхов, — выдала Скворцова, глядя на хмурого некроманта, который явно собрался совершить глупость. Просто вокруг него начала появляться тёмная пелена. Верный знак того, что он собирается применить какое-то заклинание.

— Господин Толмачёв, не стоит усугублять. Перед вами наследник Благославненного.

А вот и Егор подоспел. Причём сейчас он выглядел настолько соответствующе окружающей нас обстановке, что я даже невольно залюбовался. Словно хозяин этого кладбища пришёл разбираться с глупцами, решившими нарушить его покой.

От Егора исходила такая же тёмная пелена, как от столичного некроманта, но, помимо неё, он ещё приставил пистолет к спине мужика. И этот аргумент оказался куда весомее.

Вообще впервые вижу, чтобы мой самый любимый оперативник использовал оружие. После встречи со своим закадычным коллегой он явно не в лучшем расположении духа.

— Не знал, что у Романова есть столь сильные тёмные маги. В таком случае, для чего они нас сюда выдернули? Могли и своих прислать. К тому же надо было делать это гораздо раньше. Гирос уже давно снял с себя все ограничения и копил силы.

Ответом Толмачёву послужило гулкое «Бваааааха», вырвавшееся из склепа и пронёсшееся по всему кладбищу.

Словно вздохнул чудовищный великан, который сейчас сожрёт нас всех и даже не заметит.

Вот только дыхание у такого великана никак не может так благоухать.

Внутри склепа творилось что-то очень хорошее.

— Погодите, — словно поняв все тайны бытия, заговорил сияющий Толмачёв. — Если этот мальчишка — наследник Благословенного,