Сон разума - Андрей Ливадный

Андрей кивнул, потому что все его карты внезапно оказались смешаны, – он рассчитывал встретить во главе храмовников уроженца Первого Мира, преемника тех офицеров Земного альянса, чьи корабли срывались на вертикаль гиперсферы во время космических сражений Первой галактической войны, а получилось, что, спровоцировав встречу, он сам сунул голову в пасть седого, битого жизнью зверя, пережившего свою эпоху, но не утратившего смертельной хватки и образа мышления той далекой поры.

У него оставался лишь один шанс выбраться отсюда – принять брошенный вызов.

– Зачем вы убили профессора, адмирал? – напрямую спросил он.

Надыров пристально посмотрел на него, а затем ухмылка тронула краешек его губ.

– Держишь удар? Молодец. Я думал, ты открестишься от него.

– И все же? – Андрей выдержал его взгляд. – Мы действительно не были близки, но профессор…

– Он был предателем, – оборвал его Надыров. – Трусливым, алчным и глупым. – Адмирал тяжело встал и прошелся по пространству, ограниченному креслами. – Эти старухи, что ползали по древним постройкам, искали чуждые знания, уничтоженные моими людьми… – Надыров говорил хрипло, с придыхом. – Я долго наблюдал за ними, потому что после полувека прозябания в этом мире понял, что совершил ошибку, уповая лишь на свой технический потенциал. – Он с откровенной досадой указал на камин, дрова в котором уже прогорели, а угли начали подергиваться прахом золы, проглядывая из-под пепла, как множество злобных глаз затаившихся там тварей. – Видишь? Это только малая часть бед. Обычно я не сетую на скверное отопление, отсутствие электричества, но, Фрайг меня раздери, под старость мерзнут кости и в определенный момент начинаешь испытывать моральную усталость от тщетных попыток оживить хоть один компьютер, зло берет, когда под рукой полно импульсного оружия, но нет возможности применить его в деле, а низкочастотные генераторы на твоих глазах постепенно превращаются в покрытый окислами хлам… – Надыров вернулся к креслу и сел, откинувшись на его спинку.

Сердце Кречетова билось глухо и неровно, но разум работал четко, не сообразуясь со стрессовыми ощущениями. Смертельные обстоятельства вкупе с аномальной реальностью в течение полугода не позволяли лейтенанту расслабиться – он многое постиг за этот отрезок времени, а постоянный психологический прессинг со стороны чуждого мира действительно научил его рассудок держать информационные удары, проводя мгновенный анализ стесняющих обстоятельств…

Вырвать нить разговора у Надырова, поймать того на алогизме, заставить его нервничать…

– Адмирал, я успел вкусить «прелестей» этого мира, – нарушил он наступившую паузу. – Я убивал ваших людей и видел сущности, отлетающие от бьющихся в агонии тел. – Он пошел на осознанную дерзость. – Не надо внушать мне мысль о беспомощности Храма.

Надыров пронзительно посмотрел на Кречетова.

– Ты жив, пока я не разочаровался в тебе, понятно?! – подавшись вперед, с угрозой произнес он. – Будешь пытаться вести двойную игру, как твой дядя, – сдохнешь раньше, чем успеешь осмыслить это…

Андрей пожал плечами.

– Я шел не за информацией, – с упрямым безразличием ответил он. – Мне нужен был корабль. Вы взяли меня – так радуйтесь. Ползать на коленях не стану, но зачем делать из меня идиота?

– Хочешь знать, как вышло с профессором? – сощурился Надыров.

– Раз уж я здесь – почему бы нет? – угрюмо ответил Андрей. – Я видел его записи и хорошо понимаю, что те «полоумные старухи» не передали ему ничего, кроме общих сведений да туманных картинок. От этого не умирают…

Надыров долго молчал, словно в его душе шла внутренняя борьба, потом хмуро посмотрел на Кречетова и произнес:

– Ты умнее, чем я ожидал. Это радует… – с непонятным, леденящим душу удовлетворением усмехнулся он. – Что ж… – Надыров кивнул, будто разговаривал сам с собой. – Бессмысленно отрицать, я многое уничтожил… но за столько лет только слепец не постигнет элементарных явлений и закономерностей этого пространства. – Он вскинул на Андрея тяжелый пронзительный взгляд. – Я знал, что рано или поздно наверху, – он сделал неопределенный жест, – найдется умник, который откроет дорогу сюда. Поэтому я ждал, терпеливо отслеживал, как эти предатели рода людского кочуют по запретным местам.

Последняя фраза адмирала вызвала в душе Андрея недоуменный вопрос, но он промолчал, оставив его при себе.

– Когда твой дядя сделал свое открытие, я сразу же узнал об этом. Старухи не ведали, что их постоянно держат под наблюдением мои люди, и потому безупречно исполнили отведенную им роль – осуществить первый контакт, не оттолкнув и не напугав пробившегося сюда человека. – Надыров говорил медленно, взвешенно. – Конечно, профессор испытал шок, осознав, что в недрах аномалии есть населенный мир, но постепенно он свыкся с мыслью об этом, не подозревая, кто на самом деле правит планетой.

– Вы использовали его вслепую? – глухо спросил Андрей.

– Поначалу… – мрачно кивнул адмирал. – Старухи передали достаточно сведений, чтобы у твоего дяди появилась возможность подумать над конструкцией корабля, способного не только погрузиться в эти пучины, но и выбраться назад. К этому его подталкивало здоровое желание приобрести неоспоримые доказательства своей теории, превратить уравнения в практическое, бесспорное открытие, которое вознесло бы его на вершины славы и успеха. Меня вполне устраивал такой расклад – зная предполагаемое место посадки, я бы овладел кораблем в любом случае.

Надыров замолчал, видимо, вновь переживая какие-то неприятные для себя события. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил вновь.

– Срыв произошел внезапно… – тем же глухим голосом продолжил адмирал. – Эти чертовы ведьмы передали ему информацию о Храме, и он попросту испугался лететь сюда. Твой дядя метался между страхом и амбициями, не зная, что ему делать – рискнуть или оставить все как есть, удовольствовавшись достигнутым. Мне пришлось самому идти на контакт… – досадливо поморщился Надыров, словно воспоминания ассоциировались у него с чем-то гадостным. – Я вылетел в район древнего капища, в то время как мои люди получили приказ захватить либо уничтожить этих зарвавшихся мерзавок…

– Не понимаю… – Воспользовавшись паузой, Андрей рискнул продемонстрировать полную неосведомленность. – Я видел эти каменные столбы, но что в них толку?

Надыров подозрительно посмотрел на него, но потом все же ответил:

– Через них проходит линия напряжения аномалии, связанная с Землей. – Он продолжал пронзительно смотреть на Кречетова. – Что, боишься спросить, почему я до сих пор нахожусь тут? – Он криво усмехнулся. – Это знание ничего не стоит без источника энергии. Нужен низкочастотный генератор, а без него аномалия проводит лишь энергетические импульсы. Старухи использовали тепло, формируя фантомный образ, который подхватывала линия напряжения и проецировала на том конце вертикали, я продвинулся дальше в своих прежних попытках вырваться отсюда – вертикаль проводит не только тепловую энергию, но и световые волны, а также спокойно захватывает сущности…