Собирающая Стихии - Олег Авраменко

Я совершил глупейшую ошибку.

Речь идёт не о тех ошибках, которые я допустил прежде и о которых уже говорил. После я совершил ещё одну ошибку — самую досадную из всех.

Эмрис был силён, но и я не был слабаком. Я имел перед ним огромное преимущество — у меня на плечах была голова с мозгами, а не только вешалка для ушей. Пусть я и валял дурака — но это по молодости, а не по скудоумию. Эмрис же, хоть и владел Силой Порядка, был чересчур глуп, чтобы умело пользоваться ею. И ещё, как я убедился, он был довольно неуклюж. К тому же он не был настоящим адептом Порядка. Скорее, он был его рабом — почти таким же, как Агнцы, разве что был немного умнее и обладал чуть большей свободой воли.

В первый раз Эмрис застал меня и Софи врасплох. При нашей второй встрече я был начеку — и оказалось, что не так страшен чёрт, как его малюют. Сначала мы бились на равных, а с течением времени инициатива в поединке медленно, но неуклонно переходила ко мне. С помощью Грейндал я управлял Силой Порядка ничуть не хуже Эмриса и постепенно теснил его.

Поначалу Эмрис был уверен, что без труда одолеет меня. Позже его уверенность поколебалась, и он забеспокоился. Но подмогу вызывать не стал — я был нужен ему живым, а Агнцы умели только убивать.

В конце концов, когда ему стало слишком жарко, Эмрис всё-таки позвал Агнца. Но тот не вмешался в наше единоборство. По-видимому, это безмозглое создание не смогло определить, кто из нас враг. Мы оба оперировали Силой Порядка: Эмрис — при помощи своего Янь, а я — посредством Грейндал. Агнец не подчинился приказу Эмриса. Он не признал в нём своего бесспорного повелителя и остался пассивным наблюдателем поединка.

После этого чаша весов окончательно склонилась в мою пользу. Я дожал Эмриса, и мне оставалось нанести решающий удар. Смертельный удар… Вот тогда я и совершил ошибку.

Когда от победы меня отделял лишь один-единственный шаг, я замешкался. Я прекрасно понимал, что должен убить Эмриса. Брать его в плен не было смысла. Мне предстояло провести у Цитадели по меньшей мере несколько дней, пока не придёт Софи и не вернёт меня обратно, и я не мог рисковать, оставляя Эмриса в живых. Хоть он и не был таким крутым, как казался, он всё же находился в родной Стихии, а я просто физически не мог так долго держать его под постоянным присмотром.

Всё это я понимал. Моё замешательство длилось всего пару секунд, я открылся лишь на одно мгновение — но этого оказалось достаточно. Эмрис сумел воспользоваться своим единственным шансом и нанёс мне нокаутирующий удар.

Вот так я стал пленником Эмриса. Он сохранил мне жизнь — но сделал это не из милосердия, а только потому, что я был нужен ему для шантажа. И его шантаж удался…

* * *

Получив от Хозяйки слово, Эмрис отпустил меня, и тётя Бронвен доставила нас обоих в Безвременье. Помимо Хозяйки, там были также мама с папой, Софи, Дейдра, Кевин и Анхела, дядя Брендон и дядя Артур с тётей Даной.

Когда мы появились, Софи и мама одновременно бросились ко мне. Софи успела первой — вернее, мама уступила ей.

Мы обнялись, ничуть не стесняясь присутствия родственников.

— Софи… родная… — шептал я. — Прости, я виноват… Я хотел помочь тебе… Хотел как лучше, а получилось…

— Молчи, дурашка, — сказала она, зарывшись лицом на моём плече. — Главное, что ты жив. Ты со мной… Это самое главное. А остальное неважно.

Я прижался щекой к её мягким шелковистым волосам и встретился взглядом с мамой. Она смотрела на нас и улыбалась. Глаза её радостно сияли.

А отец мрачно смотрел на Эмриса.

Эмрис же упорно смотрел себе под ноги, не решаясь поднять взгляд.

— Вот мы и встретились, брат, — произнёс отец с металлом в голосе. — Молись, чтобы эта наша встреча оказалась последней. В следующий раз пощады не жди. Ты заслужил смерть ещё тридцать лет назад, когда убил нашего дядю, но тогда я пожалел тебя. Увы, ты не извлёк из этого урока. Ты дважды покушался на жизнь моего сына — теперь не рассчитывай на моё снисхождение. Сейчас ты под защитой Дейдры, но, когда выйдешь отсюда, то беги подальше, спрячься в самой глубокой норе, сиди в ней тихо, как мышь, и не рыпайся. Если я найду тебя, живым ты от меня не уйдёшь.