Лорд. Небесные дороги - Николай Степанов

– Как самочувствие?

– Все лучше и лучше. Ваша водичка творит чудеса. Не могли бы вы принести мне еще немного этого чуда? Давайте я пока подержу вашу кружку.

– Пожалуйста.

Леонид поменял свою полную емкость на ее пустую и поднялся. Сделал шаг к костру, а затем… упал. Не споткнулся о кочку, не поскользнулся на траве, а зацепился за собственный шест, мгновение назад стоявший возле дерева в полуметре от человека.

– С вами все в порядке? – забеспокоилась миледи.

– Ничего страшного, – ответил мужчина и продолжил мысленно: «…если не считать, что собственное оружие подставило мне подножку».

Он наполнил кружку, но не спешил возвращаться к собеседнице. Инцидент озадачил. С одной стороны, пришелец из-за Мембраны не ощущал никакой настороженности по отношению к дамочке, но…

«Зачем ей понадобилось отсылать Дикинио? Кружку мою забрала, до этого сумочку просила принести. Конечно, все можно объяснить обычными женскими штучками, если бы не сигнал от Дергана. Тут точно с ума сойдешь! Палка предупреждает меня об опасности? До чего ты докатился, Царьков? Хотя лучше быть живым параноиком, чем мертвым простачком».

– Зеверио, вы там не уснули?

– Пытаюсь налить отвар без травинок, но никак не получается. Может, из моей попьете?

Мужчина действительно старался зачерпнуть жидкость без листочков, но «чаинки» упорно проскакивали внутрь.

– Я и так уже половину вашего чая выпила, но мне все мало. Принесите вместе с травой, пожалуйста.

Леонид вернулся, обойдя собственный шест стороной, и присел к дамочке с другого боку.

– Ваш чай, Тариана.

– Благодарю.

Они снова поменялись кружками. Женщина отпила из своей, а Царьков сделал вид, что последовал ее примеру.

– А ведь я не просто так отослала Дикинио, мой спаситель.

Опять начались фокусы с платьем – лиф медленно пополз вниз.

– Мальчик может вернуться в любую минуту, – напомнил мужчина.

– Я успею отблагодарить своего героя. Иди ко мне.

«Может, я действительно неотразим, а может, здесь принято снимать стресс сексом, но почему мне кажется, что окажусь последним дураком, если сейчас поддамся ее чарам?»

– Пользоваться беспомощным состоянием спасенной дамы, наверное, подло. – Леонид нашел причину для отказа. – А благодарность… Достаточно обычного человеческого «спасибо».

– Зеверио, ты идиот? – неожиданно спросила она.

«А вот оскорблять не надо. Могу стать жестким и грубым».

– Конечно. Ведь только идиот поверит, что убийцы оставят в живых свидетельницу разбоя, когда та ускользает у них из рук. – Неожиданно для себя Царьков решил озвучить возникшие подозрения.

На пару секунд повисла гнетущая пауза, после чего:

– Что??? Да как ты смеешь?!

– Легко! У нас дуракам законы не писаны. О чем думаем, о том и говорим, – продолжил мужчина, наблюдая за Тарианой.

От той не скрылось его внимание, может, именно поэтому гнев резко угас.

– Ты… вы спасали меня только для того, чтобы оскорблять? – На глазах прелестницы появились слезы.

– Да ладно вам плакать. И чай на платье не стоило проливать. Успокойтесь, я не хотел вас обидеть. Один тип с острова Цруззов научил меня таким образом выводить из депрессии: человека нужно как следует разозлить, а потом успокоить. У меня получилось?

– А… о… э… Так это был розыгрыш?

– Конечно. Пейте свой чай, теперь уже для окончательного успокоения.

– А почему вы решили, что у меня депрессия? – Она залпом опустошила кружку.

– Обычная ситуация. Если человек просыпается и не помнит, где находится, его надо выручать. Кстати, это ничего, что вы выпили мой чай? Я его в вашу кружку перелил.

– Что???

Неожиданно Тариана бросилась к Царькову, пытаясь проткнуть его появившимся в руке кинжалом. Стало понятно, почему она так стремилась к близости. Ни заколоть, ни соблазнить на этот раз не удалось – ее руку перехватили, и через пару секунд дамочка лежала лицом в траве под восседавшим на ней Леонидом. Он связал злодейке руки за спиной.

– Решил сменить лошадку? – ехидно поинтересовался вернувшийся Варио.

– Она слишком настойчиво предлагала заняться сексом, все из платья выпрыгивала, а потом с ножом кинулась. Странная какая-то миледи.

– Убью! Всех вас уничтожу. Сволочи, гады! В кружке самый смертельный яд Кардома. Мне жить осталось пять минут. Как ты смел?! У-у-у, – в бессильной злобе завыла Тариана.

– Интересно получается. Ей, значит, меня травить можно, а когда я из сострадания отдаю свой напиток… Противоядие имеется?

– От этого яда нет спасения, – захлюпала она носом, мгновенно потеряв всю агрессивность.

– Что ж тебя не предупредили, что человек, которого ты собираешься отравить, может ощущать опасность?

– Только не от меня. Сделайте же что-нибудь! Я ведь умру!

– Что значит – не от тебя?

– Ой, мне плохо! Дар у меня такой. Все мне доверяют, что бы я ни задумала. Ну зачем, зачем ты…

– Нет, она еще спрашивает! Я же не пытаю, с каких демонов ты собралась меня убить?

– Да, я проиграла. Хоть перед смертью не издевайся.

На самом деле содержимое своего бокала он выплеснул, когда начал игру с разоблачением. Естественно, Тариана ничего не заметила, поскольку пребывала в некотором замешательстве. Сейчас ей тем более стало не до деталей происходящего вокруг, дамочка была уверена, что вот-вот умрет, и даже успела внушить себе первые симптомы отравления.

– А кто сказал, что ты умрешь? Есть у меня одно действенное средство.

Леонид вспомнил рассказ учительницы и решил проверить, насколько крепко древние легенды сидят в умах некоторых знатных дам.

– Какое еще средство?! Мне уже дышать тяжело!

– Проверенное, – проникновенно сообщил Царьков. – Мой поцелуй способен продлить жизнь на сутки.

– Это как? – От страха она плохо соображала и не могла понять, о чем ей говорят.

– Приблизительно вот как.

Царьков приподнял женщину на колени и приник к ее губам, а через пару секунд отпустил.

– И что? – спросила миледи, хлопая ресницами.

– Прислушайся к себе. Дыхание выровнялось? Боли исчезли?

– Вроде да… Но этого не может быть!

– Почему? Точно я, конечно, не знаю, но, похоже, все дело в слюне. Вроде как моя обладает целебными свойствами.

– Неужели такое бывает?!

– Я и сам раньше не знал, пока не выполнил просьбу умиравшей старушки.