Сладкий запах крови - Сьюзан Маклеод

Кровь была горячая, соленая, густая — человеческая кровь, особенно крепкая из-за недавно впрыснутого яда. Когда до меня наконец дошла эта мысль, тут же появилась другая: вампир, приникший к шее этой женщины, был не Малик. Кровная дверь не открылась, то есть открылась, конечно, но не туда, куда я думала.

Я оторвалась от подставленной шеи и отпихнула незнакомку. Задрав голову, я поглядела на потолок, пытаясь погасить радостный грохот в груди. Хотелось еще. Казалось, я могла бы пить и пить до скончания веков. Стиснув кулаки, я посмотрела на недоеденный обед: это была Ханна Эшби, аристократичная бухгалтерша, доставившая мне серебряные приглашения, она же Корсетная Красотка, вампирская наркоманка из «Пиявки и падалицы».

Она полулежала на полу, и на лице у нее была уже другая улыбка, нормальная.

— Ну что ж, было не так восхитительно, как я надеялась, но ведь нужно учесть некоторые обстоятельства. — Она потрогала пальчиком кровоточащую припухлость на шее и надула губки. — Правда, я рассчитывала, что у нас не ограничится перекусом по-быстрому. Ты же сида, а я думала, они такие страстные!

Не обращая на нее внимания, я осмотрелась: каменный потолок, каменный пол, стальная дверь, толстый изумрудно-зеленый ковер и массивная дубовая мебель. Все это казалось до жути знакомым. Я оказалась в том же подземном бункере, просто в другой пещере. Шагнув к двери, я потрясла ее. Ничего не произошло. В голове взвился смерч из гнева, досады и страха. Мне захотелось завизжать, заплакать, что-нибудь разбить...

Пришлось усилием воли собраться с мыслями. Кровь утолила голод, глубокая рана на руке уже почти затянулась, кожу спаял вздутый красный шрам. Надо отсюда выбираться.

Я вытерла губы тыльной стороной кисти и вернулась к Ханне — та поднялась с пола и пересела на кровать.

— Послушай, давай обойдемся без послеобеденных любезностей. Может быть, ты мне объяснишь, что вы тут делаете?

— Тебе нужна помощь, а мне нравится помогать людям.

— Ну конечно, ты мне так помогла, что меня перехватила! — Я уперлась руками в бока. — Довожу до твоего сведения, что со мной этот номер не пройдет!

— Что ты, я тебя не перехватывала. — Она прижала ладошку к груди. — Почувствовала, что открывается кровная дверь, и предложила себя...

— Хватит, Ханна! — рявкнула я. — Я попробовала твою кровь только сейчас!

Улыбка стала хитрой.

— Пробовала-пробовала, самую капельку пробовала, но все равно считается. — Протянув руку, она провела пальцем по татуировке у меня на бедре. — Возможно, ты была не в этом теле, но это не более чем технические детали. Видимо, вы с ней так переплелись, что вас уже не разделить.

Я скрипнула зубами. Неужели жажда крови выпустила ее, Розу, мою альтер-вамп, из... в общем, оттуда, где она сидит, и открыла дверь Ханне? Может быть, в саду татуировка не подействовала, потому что Роза не была голодна? Все эти мелкие вопросы я загнала подальше в темный уголок сознания — отвечать было некогда.

Ладно, снявши голову, по волосам... гм, по крови не плачут.

— Еще раз. Что тебе нужно? — свирепо спросила я.

— Женевьева, я просто люблю помогать людям. И нахожу это делом весьма благодарным. — Она поднялась и плавным жестом обвела постель. На ней ничком лежал вампир — одна нога свисала с перины, как будто он в изнеможении рухнул на кровать как попало. — К примеру, я спасла эту бедную овечку. Его Госпожа одарила его Даром, а потом бросила погибать от голода. От этого он, бедняжечка, впал в неистовство.

— Ты должна стать примером самоотверженности и милосердия для всех нас.