Западня - Алекс Орлов

Он стал выходить первым, но стоило ему сделать шаг из галереи, как к его шлему приставили ствол автомата.

– Стой, медленно опускай пушку… – сказал голос.-

Ты кто такой?

– Я с вами, – ответил Джек, поняв что перед ним один из солдат атакующей команды.

– Врешь, сукин сын, я тебя не знаю.

– Ты меня не знаешь, но действуем мы вместе. Наши люди начали эту заваруху, потом высадились вы, а теперь мы только помогаем вам, и все. У нас такой приказ.

На лице бойца отразилось недоумение. Он, конечно, мог не разбираясь пристрелить незнакомца, однако здесь, в подвалах, каждый человек был на счету. А то, что он не принадлежал к роте охраны, было очевидно.

– Ладно, сейчас выясним, – сказал боец. Не опуская автомата, он связался по рации с кем-то из своих. – Говорит тридцать седьмой. Я тут поймал какого-то парня – явно не охранник, говорит, что их группа нас поддерживает…

Джек не узнал, какой приговор ему вынес командир атакующей команды – Барнаби, точно змея, выполз из-за угла и практически в упор всадил в тридцать седьмого три пули из «SFAT».

Тот отлетел к стене и, ударившись, выронил автомат и рацию. Затем медленно завалился на бок.

– Я уж думал, ты уснул, – сказал Джек, глядя на убитого. В его бронежилете остались три рваные дырки.

– Я контролировал ситуацию, – возразил Барнаби и поднял с пола рацию. Она все еще была включена на прием.

– У кого чемоданчик?! У кого чемоданчик – ответьте?! – зазвучал в эфире чей-то требовательный голос.

– Докладываю ноль первому, я – четырнадцатый! Чемоданчик у меня! Со мной восьмой и тринадцатый! Совершаем отход по плану!

– Ни хрена у них не получится, тринадцать – несчастливое число, – сказал Барнаби.

В это мгновение по коридорам прокатилось эхо автоматных очередей. Из рации послышался треск, а затем восьмой прокричал, что чемоданчик неожиданно отбили охранники.

– Какие охранники – они все перебиты! – возразили ему.

– Это резерв! К ним подошел резерв – я в помещении двадцать шесть-двенадцать!

На этом передачи восьмого прекратились, больше он не отзывался.

– Ты слышал? – сказал Барнаби. – Резерв пришел – теперь они перекроют выход.

– Значит, нужно поспешить, пока они этого не сделали. Прячь рацию и пойдем скорее.

И они двинулись в обратный путь, перешагивая через тела и с осторожностью выглядывая из-за каждого угла.

– Интересно, Сутулый еще жив, как думаешь? – спросил Барнаби, когда они встали за углом, готовясь выйти в следующий коридор.

– За него я переживаю меньше всего, – сказал Джек.

– Я тоже.

Напарники уже собрались идти дальше, когда впереди зазвучали выстрелы. Затем послышался топот множества ног и крики подгонявших охрану командиров.

– Резерв! – свистящим шепотом произнес Барнаби.

– Бежим! – скомандовал Джек, и они что было духу помчались обратно к галереям.

– Там кто-то есть! – закричали сзади, и в тот же миг, когда Джек с Барнаби шмыгнули за угол, пущенная им вдогонку граната разорвалась, ударившись в пол. Ее осколки защелкали по стенам и потолку, погасив один из светильников.

– Скорее! Не успеваем! – прохрипел Джек и, прежде чем прыгнуть за очередной угол, развернулся и выстрелил короткой очередью из гранатомета – как раз в появившихся преследователей.

Что с ними было, он не видел – заскочил за угол и встал рядом с Барнаби, который держал наготове «SFAT».

В эфире снова начались переговоры:

– Мы в третьем коридоре! Чемоданчик удалось отбить, как поняли, ноль первый? Мы нуждаемся в помощи, я – сорок четвертый и со мной сорок второй.

Прием…

Последние слова сорок четвертый произнес едва слышно. Наверное, был ранен.

– Ну и где этот третий коридор? – спросил Барнаби.

– Ты у меня спрашиваешь? – удивился Джек. Подкладка его шлема уже пропиталась потом. Похоже, он погорячился, прицепив к автомату гранатомет, – таскать такую тяжесть было не под силу.