Янтарное сердце Амити - Рона Аск

— Не завишу я от тебя! — почувствовала я, как вспыхнули мои щёки.

— О, конечно. Как же я сразу об этом не догадался? — съязвил он. — Хватит с разминкой. Десять кругов, и начинаем.

К сожалению, декан был прав — я от него зависела, но признавать это было как-то… В общем, закатив глаза, я проглотила своё раздражение и побежала десять кругов, размышляя, какую же тренировку он для меня придумал. А учитывая то, что площадка была совсем немаленькая, то после десятого круга делать уже ничего не хотелось. Всё-таки большую часть своей жизни я провела в роли фармага за прилавком или же лабораторным столом, ну уж точно не за нарезанием кругов по спортивной площадке или где-нибудь в лесу. Но декану было глубоко плевать на мою усталость, только я закончила пробежку, он тут же подозвал меня к себе, поднял ладонь и… попросил ударить.

— Зачем? — недоверчиво поинтересовалась я.

— Флоренс, — хмыкнул декан. — Быть в отряде Мечей — это не только умение контролировать свою магию, но и тело. К тому же ты выбрала огонь, а многие его приёмы подразумевают тесный контакт.

— А может, я не хочу этот тесный контакт.

— Скажешь это тому, кто попытается тебя убить. И, Флоренс, — не позволил мне декан вставить ещё одно возражение, а его взгляд стал суровым, — я не заставляю тебя становиться мастером боевых искусств, а всего лишь хочу обучить нескольким приёмам, которые помогут тебе лучше контролировать твою силу и хоть как-то за себя постоять. Насколько мы знаем, Амити обходилась без постороннего вмешательства, и один из вариантов, что она могла как-то накапливать магию. Если дело в этом, то нам стоит улучшить твою выносливость, чтобы ты дольше удерживала в себе поглощённые заклинания. А сильный дух — это не только усердные магические тренировки, но и здоровое, развитое тело. К тому же тебе не стоит каждый раз ждать, когда кто-нибудь решит высвободить свою магию, лучше перехватывать заклинания до того, как они сформировались. Так безопаснее и надёжнее. Поэтому прекращай тянуть кота за хвост и бей.

Ну вот, как здесь можно возразить? Тем более, когда краем сознания всё-таки принимаешь тот факт, что зависишь от этого человека. Спорить с ним — это всё равно, что самому себе на ногу наступать. Да и здравая логика была в его словах, вот только кого-то бить… это, конечно, для меня в новинку. Я привыкла помогать людям, но никак их не лупить. Хотя некоторым клиентам это бы не помешало.

Обречённо вздохнув, я стиснула руку в кулак и после недолгих колебаний, всё-таки замахнулась и ударила. Шлёп! Мой маленький кулачок встретился с большой ладонью декана, что выглядело несколько забавно.

«Муравей пытается укусить дракона», — вспомнились мне слова Крауса. Я чудом смогла сдержать ироничную ухмылку, а декан тем временем потребовал:

— Ещё раз.

Ну, я и повторила. Ещё раз. Потом…

— Ещё.

И ещё… Не знаю, сколько раз я так ударила, но в один момент декан вдруг поймал мой кулак, стиснув длинные, изящные пальцы. Я опешила от такого события и попыталась освободиться, но сколько бы ни дёргалась, декан держал крепко.

— Бьёшь, как девчонка, — усмехнулся декан, наблюдая за моими потугами, когда я уже начала злиться, отчаянно стараясь разжать его пальцы.

Но и это тоже оказалось бесполезным. Сколько же силищи в этом человеке?

— Я… и… есть… девчонка! — выдавила я очевидный факт, в очередной раз пытаясь освободиться.

А декан вновь усмехнулся, явно потешаясь над моим нелёгким положением, и… разжал ладонь. К несчастью, я совсем не была к этому готова и внезапная свобода застала меня врасплох. Потеряв равновесие, я взмахнула руками и позорно шлёпнулась на задницу.

— Равновесие тоже так себе… — пробормотал он, оценивая меня взглядом сверху вниз, и обреченно вздохнул.

— Флэмвель, да ты совсем обалдел?! — яростно воскликнула я и тут же вскочила на ноги, отряхивая себя от грязи, при этом пыхтя, точно Котя в приступе кошачьей ярости.

— А злость, Флоренс — удел слабых, — философски заметил декан. — Запомни это и научись себя сдерживать, чтобы впредь тобой двигала логика, а не эмоции. Особенно в момент, когда противник гораздо тебя сильнее. В таких случаях отвечать силой неразумно, стоит воспользоваться хитростью. Например, — поучительно поднял указательный палец декан, — в нашей ситуации ты могла напугать противника, чтобы он сам тебя выпустил, а не пытаться разжать его кулак.

И улыбнулся:

— В будущем думай, Флоренс, думай, а сейчас успокойся, и мы начнем занятие. Я жду, — убрал он руки за спину и с еле заметной улыбкой принял вид полного ожидания.

«Так это было даже не занятие, а проверка?» — обиженно подумала я, продолжая яростно отряхиваться, скорее для вида, чем на самом деле избавляясь от грязи. И все еще злясь на декана за его выходку, не удержалась и пробормотала:

— Если злость — это удел слабых, то гордыня — признак высокомерия…

— Ты что-то сказала, Флоренс?

— Ничего, — буркнула уже громче, перестав отряхиваться, и смиренно вздохнула.

— Успокоилась? — сладко улыбнулся декан.

— Успокоилась.

— Прекрасно, — он перестал держать руки за спиной. — Тогда внимательно слушай и запоминай…

Глава 46

Под конец тренировки мне казалось, что я вот-вот копыта отброшу. Вот, видит белладонна! За всю свою жизнь я ещё никогда и ничего подобного не переживала. Мало того что декан учил меня правильно бить, и я часа два размахивала кулаками как мельница (на самом деле всё было не так и куда организованнее, но по ощущениям… кхм…), так я ещё училась во время удара перехватывать заклинания и в определённый момент их высвобождать. Надо ли говорить, что у меня ничего не получалось и несколько раз я чуть не угодила огненным шаром декану в лицо, так и не удержав заклинание достаточно долго. Декан еле успел уклониться, а потом всё требовал от меня, требовал и требовал сконцентрироваться. Под конец этой экзекуции мне уже хотелось не просто послать его куда подальше, а покарать на месте, вот только сил на кару не осталось.

Лёгкие, казалось, хотели втянуть воздух всего мира, а колени уже подкашивались, когда довольный моими мучениями декан всё-таки соизволил прекратить наше занятие и позволил мне пойти к себе, заведомо назначив новую тренировку через день. На этом же месте. И вот. Голодная, злая и уставшая, я вернулась к себе в комнату, где никого не оказалось. Ни Несс, ни Коти не было. И какой бы сильной ни была моя усталость, желудок требовал своё. Я всё-таки сменила спортивную одежду и отправилась в буфет, надеясь, что он ещё не закрылся, и мне перепадёт что-нибудь перекусить.

К счастью, я оказалась не одна такая — поздняя птичка. Несколько учеников пропустили ужин и теперь навёртывали упущенное в буфете. А я, почуяв аромат еды, ощутила, как голод стянул желудок, и поспешила в сторону небольшой очереди из трёх человек. Только я взяла поднос, чтобы набрать на него тарелок, как вдруг…