Волчья стая - Вячеслав Кумин

Когда Волков очнулся, то почувствовал, что все тело окутала тупая боль. Не пошевелиться.

«И верно, на мне ведь семьдесят пять тонн», – подумал он.

Но тут вернулось обоняние и оно противоречило только что возникшей мысли. Пахло чем угодно только не кабиной «волка».

Георг с трудом разлепил сухие глаза и пусть мутное но зрение подтвердило что он не в раздавленной кабине робота. Он вообще лежал на кровати, над ним низкий потолок. Рядом чьи-то глухие голоса.

– Эй… кто здесь?

– Очнулся?! – обрадовался судя по голосу Сафон.

– Очнулся…

– Я рад!

– А уж как я рад… дайте воды…

К губам поднесли стакан и Георг сделал несколько глотков. Зрение значительно улучшилось и помимо Сафона Георг смог наблюдать доктора.

В то же время он почувствовал огорчение…

– Мы победили?

– Да! Ты победил! Я до сих пор в трансе!

– Сколько?..

– Семеро…

Георг прикрыл глаза. Если подумать, то потери не очень большие как можно было ожидать, но все равно жизни потеряны. По его вине.

– Конфедераты ушли?

– Да! Как только ты завалил «тарантула»… только зачем-то на себя, у них не осталось выбора. Что такое пять сотен солдат против тысяч местного населения, которые, узнав о победе, повылазили из всех своих щелей с оружием в руках?

– Что, даже роботов не забрали?

– Не-а!

– Значит вернутся…

– Пускай! Тут их к этому времени такая армия встретит, что мама не горюй!

– Верно…

– И потом, осознавая это, они вряд ли вернутся ради новой битвы, у конфедератов для этого просто нет сил. Если снимут роботов с другого участка фронта, то рискуют потерять стратегический объект. Скорее они прилетят только для того чтобы просить свои роботы назад.

– И мы их отдадим. Только не бесплатно.

– Вот и я о чем! – засмеялся Сафон.

– Но что со мной? – все же забеспокоился Волков. – Почему я не могу пошевелиться? Даже дышать и то трудно…

– Дык тебя так придавило, что почти все кости переломало. Мы твоего «волка» на кусочки разрезали пока тебя достали и то не чаяли живым найти. Ты бы только видел, как робот выглядел, когда его из-под «тарантула» вытащили. Лепешка лепешкой… стальной лом. Докторам повозиться с тобой пришлось изрядно, по кусочкам собирали и сращивали.

– Понятно. Много времени прошло?

– Весна уж началась…

– Ого…

– Вот тебе и ого. Ну ладно… Что-то доктор волком смотрит…

– Пациент быстро слабеет, ему нужен отдых, – заметил доктор вышедший на первый план.

– Ну ладно Волк, отдыхай, я еще приду.

Доктор поколдовал над аппаратурой, Георг закрыл глаза и тут же уснул.

Второе возвращение в реальность прошло чуть быстрее, хотя ему вновь на несколько мгновений показалось, что он в раздавленной кабине робота. А когда открыл глаза, то даже не поверил им, хотя очень этого хотел.

– Барбара?

Девушка, чуть улыбнувшись, подошла поближе.

– Привет…

– Привет. Барбара…

– Молчи… не говори ничего.

– Нет, я все же скажу… я многое переосмыслил. Мне не нужны звезды и далекие миры если рядом со мной рядом не будет тебя. Более того, я уже не хочу чтобы мы вообще туда летели. Раньше я думал, что хорошо там, где нас нет. Я ошибался… Во-первых, там не так уж и хорошо, а во-вторых, нужно делать так, чтобы было хорошо там, где мы есть, то есть дома. Ты вернешься ко мне?..

Барбара улыбнулась еще шире.

– Конечно… Только я тебя хочу кое с кем познакомить?

– С кем? – удивился Георг.

Барбары вышла из палаты на секунду. А вернулась уже с ребенком с руках.

– С Георгом-младшим.

Волков засмеялся. Теперь он понял, что это была за странная болезнь Барбары, во время которой ее никто не видел.