Сын чародея с гитарой - Алан Дин Фостер

– Ослеп! Я ослеп! Что с моими сканерами? Куда делись драйверы?

Будьте вы прокляты, гадкие хакеры! Отмена, перезапуск, выключение.

Отмена, перезапуск… выключение…

Ящик содрогнулся в последний раз, затем ножки подкосились, и он покатился вниз. Сквилл осторожно подошел, легонько пнул умолкший механизм, оглянулся на Банкана. И человек, и выдр тяжело дышали.

– Кажись, сдохло.

Банкан кивнул и посмотрел наверх. Там нарастала суматоха.

– Мовара! Как дела?

Какаду взмыл к потолку и испуганно закричал:

– Они идут! Темные! Приготовьтесь! Будьте начеку!

До Банкана дотронулась чья-то рука, и он заставил себя не отпрянуть от ее ужасного хозяина.

– Не забудь обещание, – тихо произнес Цилм.

– Мне еще не приходилось убивать. – Банкан убрал меч в ножны и передвинул дуару на живот. – Сквилл, Ниина!

Они встали в тесный кружок, голова к голове, и тихо запели – пока в порядке репетиции. Над ними кружил и кудахтал Мовара. Цилм, предоставленный самому себе, вырывал из неподвижного ящика внутренности и разбрасывал по крипте.

– Кто посмел? – донесся сверху яростный вопль.

– Они погубили оракула!

Второй кричавший, судя по тону, был больше испуган, чем разъярен.

Наверху, на краю шахты, собирались монахи. Банкана ободрило, что они вооружены не тайными волшебными снастями, а обыкновенными мечами и ножами.

– Приготовьтесь, – шепотом велел он спутникам. Выдры прижались к нему.

– Убить их! Убить их!

Этот клич сначала звучал тихо, но постепенно набирал силу.

Самый высокий заяц подошел к лестнице, откинул капюшон. Пылали глаза, вздрагивали уши. Драу в ярости рассматривал незваных гостей.

– Вас ожидает мучительное расчленение, и я никому не уступлю удовольствие изменить ваши гены!

Если бы взгляды могли убивать, пришельцы не прожили бы и секунды.

На Банкана угроза произвела слабое впечатление, так как он не понял ничего, кроме посула расчленить их.

– Заклинаю властью Всеобъемлющего Слайсинга могуществом Гаплоидного Растворения. Заклинаю плодовитостью моего народа и дикими вывертами наших ДНК. Взываю к Великому Магистру Селективного Размножения и молю покарать сих чудовищ, сих осквернителей!

Драу вскинул лапы к потолку и затянул новое заклинание, тотчас подхваченное его сподвижниками.

Под лестницей образовался темный мерцающий сгусток. Из его сердцевины исходило тихое вибрирующее рычание.

– Спокойно! – предостерег Банкан спутников. Его пальцы напряженно замерли на струнах.

В кроваво-красном дыму кто-то шевелился. Дым таял, и вскоре прорисовался некто мохнатый, ростом вдвое меньше Снугенхатта.

Широченные сутулые плечи прикрывал кожаный жилет с металлическими шипами. Такие же шипы, точно колючая проволока, проходили по позвоночнику и покрытому короткой шерстью хвосту. Уши были изорваны, из-под верхней губы торчали длинные резцы. Одна лапа волочила по полу огромную деревянную палицу.

– Морковки! – прорычало чудище.

– Нет, нет! – Драу был вынужден прервать заклинание и указать на диверсантов. – Атаковать, схватить, обездвижить!

Обладатель богатырской фигуры неуверенно заморгал.

– Морковки?

– Морковка будет потом, – желчно отрезал Драу. – Растерзать их!

Глаза с тяжелыми веками сфокусировались на неподвижном трио.

Заяц-мутант поднял палицу обеими лапами, скакнул вперед и замахнулся.

Банкан, не переставая играть, отскочил вправо, выдры метнулись в противоположную сторону. Палица обрушилась на пол в том месте, где они только что стояли.

– Эй, уродина, я здесь!

Сквилл строил рожи из-под уцелевшего стола. Палица снова взмыла и под чудовищное кряканье ее владельца превратила стол в щепки. Но выдр уже был таков.

Драу беспомощно ломал руки.

– Нет! Не так! Аккуратнее!

Но эта просьба, очевидно, была слишком сложна для туповатого палача, и он остановился, чтобы недоуменно вытаращиться на своего повелителя.

– Растерзать аккуратно?

Заминка позволила отряду перегруппироваться. Выдры чуть-чуть запыхались, но это не помешало им петь легко и слаженно:

Трибуны – в угаре. Арена – в дыму.

Из дыма выходит рожденный в кошмаре.

И все как один рукоплещут ему,

С восторгом глядят на ужасную харю.

Посмотрим еще, улыбнется кому

Фортуна, когда бестиарий в ударе!

Чудовище окуталось серебристым туманом. Дубина застыла над длинными ушами, заяц оглушительно чихнул (очевидно, колдовской туман был едок) и, несмотря на отчаянный галдеж Темных, съежился. Уменьшились резцы, сократились ноги, туловище и голова стали крошечными. Только уши оставались прежними.

Монстр неудержимо мельчал и вскоре превратился в миниатюрного грызуна, не больше Мовары. Непропорционально большие уши расстелились на полу. «Допрыгался, заинька», – с улыбкой подумал Банкан.

И все же, невзирая на перемены, косой пытался выполнить приказ.

– Растерзать! – пискнул он и обрушил миниатюрную дубину на лапу Сквилла.

Выдр ойкнул и отскочил.

– Ах ты, чертов маленький… Вот привяжу веревочку к ушам, будешь клепаным йо-йо!

– Довольно!

Разъяренный Драу раскинул лапы. Его сподвижники попятились.

– Банкугель, ты слышишь? – спросила Ниина.

Банкан уловил далекий шум сражения. И улыбнулся. Они отвлекли со стены главные силы Темных, и, похоже, Веррагарру с отрядом удалось пробиться через ворота. Если они в монастыре, то победа – вопрос времени.

– Все кончено! – крикнул он удрученному зайцу. – Драу, ты проиграл.

Даже если расправишься с нами, наши друзья все равно очистят монастырь.

– Хотя ты можешь этого не бояться, – весело добавила Ниина. – Твою грязную душонку нипочем добела не отмоешь.

Заяц исторг мученический полустон-полурык:

– Вы погубили оракула. Разрушили даритель священных знаний. Вы хоть понимаете, что натворили?

– Еще как понимаем. – Банкан пнул выпотрошенный ящик, тот громыхнул. – И понимаем, что тебе больше не калечить ни в чем не повинный народ.

– Может, и так, но, хоть даритель знаний мертв, сами знания останутся с нами. – Драу простер лапы, указывая в глубь крипты. – Мы добудем замену всему погубленному, дай только срок. – Он посмотрел на монахов. – Братья, мы начнем заново.

Темные зашептались. Они больше не пятились – ждали, что предпримет духовный лидер. Драу перевел взгляд на Банкана и его друзей.