Гладиатор Гора - Джон Норман

Другим видом транспортного средства для рабов на Горе является повозка-клетка, которая в зависимости от прочности решеток может использоваться как для мужчин, так и для женщин.

Фургон, в котором меня везли, сочетал в себе повозку-клетку и обычную повозку для рабов. Этот переоборудованный фургон предназначался для перевозки боевых рабов-гладиаторов. Тяжелый фургон с высокими бортами был крыт коричневым брезентом. Внутри находилась клетка с крепкими решетками. В клетке были сделаны отделения с кольцами, в которых рабы приковывались за шею, руки и ноги. Таким образом, наши движения были ограничены. Но эта дополнительная безопасность вполне естественна. Мы все-таки мужчины и боевые рабы-гладиаторы.

Я дернулся в кандалах. Они крепко держали меня. От горианских хозяев трудно убежать.

— Как ты думаешь, опасность нападения существует? — спросил Барус у Кеннета.

— Не знаю, — ответил тот.

Фургон снова тронулся в путь. Я услышал звон цепей рядом. Один из моих товарищей пытался освободиться. Но он был абсолютно беспомощен. Мы оба — только горианские рабы, крепко скованные нашими хозяевами.

— Посмотри направо, — спустя какое-то время сказал Барус.

— Вижу, — ответил Кеннет.

— И слева тоже, — проговорил Барус.

— Да, — согласился Кеннет.

Я не понял их разговора, как и мои товарищи.

— Посмотри на небо, — внезапно воскликнул Барус.

— Вижу! — сказал Кеннет. Фургон остановился.

Я услышал, как кто-то выпрыгнул из него. Затем он же потрогал замок на задней стене повозки. Послышался звук вставляемого ключа.

— Выпрыгивай из фургона, — велел Барус рабу, сидящему в одном ряду со мной.

Через минуту я почувствовал, что ключ открывает замок на ножных кандалах, затем понял, что наручники, сковывающие руки, сняты. Цепь с шеи тоже была отстегнута и звякнула о стену клетки.

— Из фургона! — приказал Барус.

— Быстрее! — крикнул Кеннет. — Он вернется с другими через секунду!

Барус почти вытащил меня из стойла и толкнул к краю повозки. На мне все еще был капюшон и наручники.

— Из фургона! — крикнул Барус следующему рабу. Я ударился о решетку на краю повозки, опустился на пол и осторожно проскользнул сквозь маленькие решетчатые ворота. Они специально сделаны так, чтобы впускать и выпускать только одного человека. Наконец я почувствовал под босыми ногами дорожную пыль. К моему изумлению, я понял, что Кеннет вставляет ключ в мои наручники.

— Он возвращается с другими! — сказал надсмотрщик.

— Из фургона! — командовал Барус следующему рабу.

Наручники сняли с моих рук и бросили через решетку в фургон.

— Сними капюшон сам! — велел Кеннет. Он уже отпирал замок наручников другого раба.

Нащупав пряжку, я сбросил с себя капюшон. Свежий воздух показался мне холодным и чудесным.

— Снимай капюшон, — обратился Кеннет к другому рабу.

— Они будут здесь через минуту или еще раньше! — крикнул Кеннет.

— Из фургона! — приказал Барус последнему рабу.

Я обернулся назад и посмотрел направо. Довольно далеко поднималось два столба дыма. Я также увидел в небе то, что сначала принял за стаю птиц.

— Они возвращаются! — сказал Кеннет.

Тогда я понял, что это не простые птицы, а тарны и верхом на них сидят вооруженные люди.

— Что происходит? — закричал один из рабов.

Кеннет показал на небо.

— Тарнсмены! — объяснил он.

— Люди из Ара? — спросил раб.

— Да, если не хуже, — ответил Кеннет. Он освободил последнего человека и приказал ему снять капюшон.

Я наблюдал, как приближаются тарнсмены. Сейчас они находились в нескольких пасангах от нас, на высоте четыреста — пятьсот футов.

— Как вы думаете, что они сделают с вами? — спросил Кеннет.

Мы стояли неуверенные, растерянные.

— Вы думаете, вы очаровательные женщины, обнаженные и соблазнительные, которых они просто закуют в цепи и заберут в свой лагерь, чтобы там надеть ошейники?

Мы смотрели на него.

— Бегите! — скомандовал Кеннет, — врассыпную!

Потрясенные, мы бросились в разные стороны. Один раз я оглянулся и увидел, как Кеннет и Барус тоже бегут прочь от повозки. Больше я не оглядывался, пока не нашел укрытие в густых зарослях кустов на берегу маленького ручья. Я увидел, как загорелся фургон.

Тарнсмены кружили над ним минуту-другую. Они не преследовали нас, а направились в сторону двух столбов дыма в отдалении. Я заметил, как тарларион, запряженный в повозку, а теперь отпущенный на волю, спотыкаясь, двинулся прочь.

Я тяжело дышал. Сердце колотилось. Руками я нащупал тяжелый ошейник, плотно облегавший мою шею.