Демон-самозванец - Артем Каменистый

— А ведь и правда. Простите, глупость сморозил.

— Больше ничего у меня не нашли?

— Пока нет, но я, сами знаете, ненастоящий доктор, вам бы к кому другому…

— Зато вы говорите только то, в чем полностью уверены, и не ошибаетесь. Нибр, прошу о том, что вы узнали, помалкивать. Никому ни слова.

— Конечно, Леон, никто не узнает.

— Вообще не говорите, что я здесь был.

— Но люди видели.

— Вот. — Я протянул кошелек. — Это деньги на похороны. Знаете Мюльса?

— Пулеметчика?

— Да. Найдите его тело во рву и сожгите. Это его просьба на случай смерти. Кто будет спрашивать насчет меня, говорите, что приходил договариваться насчет кремации.

— Не надо денег, устрою все и так.

— Берите, вряд ли вы теперь меня когда-нибудь увидите, а деньги вам лишними не будут.

— Не увижу вас? Леон, вы что задумали?

— Если здесь нет лечения, надо его поискать.

— Боюсь, вы зря потратите время. Есть много болезней, с которыми мы ничего не можем поделать. Их становится все меньше и меньше, может, и от вашей средство нашли, только где? Никто о таком не слышал, а я ведь у всех интересуюсь.

— Я все же попытаюсь найти.

— Удачи вам, Леон. И знаете, я почему-то верю, что это не конец. Такой уж вы, наверное, человек, невозможно поверить, что это конец, глядя на вас.

— Это не конец, Нибр, далеко не конец. Просто придется кое-что поменять в своей жизни…

— Только себя не меняйте. Вы хороший человек, получше многих. Так что если есть на небесах тот, в кого верят блезы, то он не должен оставить вас без помощи.

* * *

Думал ли я, что когда-нибудь обзаведусь неизлечимой болячкой? Глупый вопрос… Нет, я, конечно, понимал, что риск заполучить тот же СПИД или банальный герпес достаточно велик, но в этих случаях, как правило, хватает несложных мер предосторожности в личной жизни. К тому же, даже подцепив ВИЧ-инфекцию, ты не получаешь заодно и смертный приговор. Современная медицина способна поддерживать твою жизнь десятилетиями, а там, глядишь, откроют новые лекарства или еще что-нибудь придумают. В общем, не сказать, что я проводил свои дни в тени от топора палача.

Не думал, а все же допрыгался… Мой цветущий организм неотвратимо уничтожает какая-то здешняя бацилла, и никто не знает, как с ней бороться. Собственно, разнообразные болезни тут резвятся вовсю, врачи сражаются только против симптомов. У пациента обезвоживание? Пусть пьет ведрами. Запор? Ведро слабительного. Нет эффекта? Ну тогда поставьте ему клизму такого же литража. Не помогло и помер? Вечная память.

А вот и капельницу изобрели, теперь можно заливать следующему страдальцу внутривенно, глядишь, и выкарабкается. Жар такой, что кровь сворачивается? Обложим его мокрыми тряпками, а не поможет, так устроим ванну со льдом.

Помер от пневмонии? Заводите следующего.

Неудивительно, что при таких методах угодить в лапы к врачу здесь означало почти что верную смерть. Собственно, без приличной доли везения уйти от эскулапов на своих двоих, а не в деревянном ящике не получится.

Не сказать, что в привычной мне медицине с симптомами вообще не борются. Но дело в том, что даже при самых передовых методах это не панацея. Во многих случаях шансы на излечение есть лишь в одном случае — когда бьют по первопричине болезни.

Антибиотики — вот что бьет по невидимым врагам. Самый простой пенициллин здесь неизвестен. Здешние микробы знать не знают, что существуют подобные средства их геноцида и первое применение будет той еще бомбой. Аннигилирует все местное, у бацилл-аборигенов нет защитных механизмов против подобных лекарств. Это наши за десятилетия борьбы выработали устойчивость, здесь же никто не сможет оказать сопротивление.

Но есть маленькая проблема. В аптеках пенициллин не продают, как уже сказал, здесь он неизвестен. Если сильно нужен, изволь сделать самостоятельно. Каким образом? Знаю, что нужна какая-то плесень, но понятия не имею, водится ли она в этом мире, а если и водится, то как ее выращивать? А выделение и очистка препарата? В лучшем, крайне маловероятном случае на создание антибиотика у меня уйдут долгие годы.

Два месяца, и это в лучшем случае. Нет у меня долгих лет в запасе.

Думай, Леон, думай…

А что тут думать? Я пока что вижу ровно один вариант — надо срочно вернуться назад, домой. Даже если забросит под ту же стену, после чего расшибусь в лепешку об асфальт, риск приемлем. Куда лучше, чем медленно загибаться от неизвестной науке заразы.

Дома меня вылечат, обязательно вылечат…

Возникает очередной вопрос: как туда попасть? Вопрос пока что без ответа. И есть в лагере один человек, который, возможно, что-то знает. Правда, он не спешит делиться информацией, но я ведь умею быть достаточно настойчивым. К тому же он начал мне понемногу доверять, а это слабость.

Прав был безымянный полковник, доверять даже себе нельзя.