Держитесь, маги, я иду! - Валентина Елисеева

Лежа ночью в собственной мягкой постели, Аврора вспоминала ночевку в каменном лабиринте и горячее тело короля под своей щекой. Воспоминания о Рэйсе будили в ней тоску и смутное безотчетное желание быть с ним рядом, смотреть, как загораются теплым нежным светом его глаза при взгляде на нее, снова слышать его жаркий шепот «Рора, Ророчка», как при их случайном поцелуе в пещере. Она беспокойно перевернулась на другой бок, но лицо Рэйса упорно стояло перед ее внутренним взором. Рора вспомнила, как он побледнел от ее слов «Я ненавижу тебя!», и ей хотелось немедленно утешить его и все объяснить.

«Впрочем, он и так уже все понял, я же освободила его и вместе с ним против этих гадов дралась», — убеждала себя магиня.

Перевернувшись на живот и посмотрев в окно на рассыпанные по небу звезды, Аврора решила, что завтра же отправится во дворец. Во-первых, надо было узнать, что монарх решил по поводу детей «жрецов», во-вторых, очень хотелось хоть одним глазком посмотреть на Рэйса и убедиться в том, что саму себя она понимает теперь правильно и горячая симпатия к нему ей не мерещится, а существует на самом деле.

Утром зимнего дня, попросив отца предупредить преподавателей института, что сегодня она чуть задержится, Аврора сначала полетела в главный столичный лекарский дом, куда вчера доставила Марту. Спасенной девушке здоровье уже поправили, беременности, к счастью, не обнаружили, и сегодня ее должны были выписать. Марта чувствовала себя хорошо, решительно замуровав в дальнем уголке памяти прошедшие недели, у этой крестьянской девушки действительно была потрясающая сила воли. Аврора размышляла о том, чем можно сейчас помочь Марте: возвратиться в родное село, где о ее «позоре» все уже знали, девушка не могла, жить в доме магов не хотела тем более, как Рора ее ни уговаривала остаться у них.

— Что я у вас делать-то буду, мисс? Я всю жизнь в пекарне у хозяюшки работала, только и умею, что пирожки да булки печь, на кой я вам? У вас умелая кухарка имеется, что все-все приготовить может, а сотня пирогов ежедневно одной семье не нужна, — отговаривалась Марта.

Мисс Таис уже все передумала, но ничего толкового ей в голову так и не пришло. Зайдя в палату к девушке, Аврора увидела, как та, сидя на кровати и водя пальцем по листку бумаги, старательно разбирает по слогам какое-то послание. Роре девушка обрадовалась, как родной, и поспешно протянула ей записку.

— Доброго утречка, мисс! Я ужо два раза прочитала — прочтите теперь вы мне. Правда, что ль, сам новый король-батюшка мне написал?

Аврора посмотрела на знакомый до боли почерк и прочитала, что Марту приглашают прийти сегодня в королевский дворец в любое удобное ей время. Под запиской стояла витиеватая размашистая подпись Рэйса.

— Да, монарх действительно приглашает вас на беседу.

— Ой, мисс, вы согласны со мной пойти, а? Отродясь я во дворцах не бывала — заробею, слова молвить там не смогу!

— Конечно, вместе пойдем, мне и самой по делу туда надо.

У стен дворца Марта и в самом деле затряслась от страха и повисла на руке у Роры. Уверенно таща девушку на буксире, Аврора поздоровалась со стражниками и уточнила у дворецкого, свободен ли король, мол, аудиенция им официально назначена.

— Неужто вам официально назначено? Вы же по жизни сами приходите, когда хотите и куда хотите, — добродушно усмехнулся пожилой человек.

Аврора лукаво улыбнулась и призналась, что приглашение и в этот раз есть только у ее приятельницы, а она только курьером по доставке приглашенных подрабатывает, поскольку у тех от королевского величия ноги подгибаются.

Обеих проводили в малую гостиную, в которой их ожидал его величество. Других придворных в комнате не было. Монарх поднялся из кресла при виде девушек и церемонно их поприветствовал.

«Эх, опять его лицо будто мраморная искусная маска — ничего не прочтешь. Ни мыслей, ни чувств не проглядывает», — расстроилась Аврора.

— Госпожа Марта, — меж тем начал говорить король, — я приношу свои искренние глубочайшие извинения за то несчастье, что произошло с вами по причине моего недосмотра и недогадливости. Я плохо выполнял свои обязанности правителя, и из-за этого вы пострадали. К сожалению, вы единственная среди спасенных из пещеры, кто способен услышать меня и кому еще можно чем-то помочь. Я позволил себе приобрести на ваше имя небольшую пекарню в центре столицы: на первом этаже есть все необходимое оборудование, а на втором — жилые помещения. Еще вам выделены денежные средства на обустройство. Примите, пожалуйста, от королевского дома эту компенсацию. Еще раз простите вашего короля.

Рэйс протянул девушке документы на пекарню и мешочек с деньгами.

— Ой, спасибо, король-батюшка, — потрясенно выдохнула Марта и покачнулась. Аврора быстро придержала ее под локоток. — Нешто взаправду столицу своими ватрушками да пончиками кормить буду? Всю жизнь мечтала свою печь заиметь! Век благодарна буду!

Пока Марта низко кланялась королю и разворачивала свиток, высматривая адрес своей пекарни, Аврора смотрела на грустное и виноватое лицо Рэйса и чувствовала, как в груди поднимается жар. «Как я могла сомневаться в своей любви к нему? — недоумевала она. — Это же самый лучший и прекрасный мужчина на свете, мне никто другой и не нужен!»

Марта сосредоточенно запыхтела, продираясь сквозь множество слов в официальной бумаге, и Аврора прочитала ей название улицы, объяснив, что от дворца это недалеко.

— Я провожу тебя, Марта, — предложила магиня.

— Что вы, мисс, я и сама дойду, чай не совсем темная! Коль заплутаю — у людей дорогу спрошу, язык не отсохнет. А у вас еще дела туточки имеются. — Марта еще раз поклонилась и поспешила на выход, прижимая к груди бесценные дары.

Перепоручив девушку лакею и прикрыв дверь, Рэйс отошел к окну. Аврора неловко переступила с ноги на ногу.

«С каких это пор я стала такой стеснительной, робкой и нерешительной девицей? Действительно, любовь — жуткая штука! Напрочь лишает ума и сообразительности, зато с лихвой добавляет смущения и неуверенности!» — повозмущалась Аврора и сказала:

— Это вы хорошо придумали с пекарней-то. А я так и не сообразила ничего разумного.

Рэйс повернулся и внимательно посмотрел на нее.

— Мы опять перешли на «вы»? — тихо спросил он. — А догадаться, как поддержать эту девушку, было нетрудно: человек с такими натруженными мозолистыми руками никогда не сможет жить на подаренные деньги, а чем она всю жизнь занималась — охрана сообщила, ее с малых лет родственники помощницей в пекарню отдали, точнее — продали. Да и любимая работа для нее сейчас лучшее средство оставить в прошлом все произошедшее. Скажи, ты на самом деле ненавидишь меня теперь?

— Нет! — воскликнула Аврора. — Совсем-совсем нет! Тогда я пыталась убедить преступников в том, что не стану тебе помогать, если меня развяжут. И все! Я не могу ненавидеть тебя, наоборот…

Аврора запнулась и с ужасом почувствовала, что краснеет.

«Опять я как спелый помидор! Это кошмар, спасите! За что, боги?»