Янтарь - Елена Синякова

— Главное, чтобы потом никто своей челюстью не подавился, если они разбудят Мию или малыша, — отозвалась спокойно Звезда, на что я снова хихикнула, но в этот раз уже нервно, надеясь, что до такого дело не дойдет, ибо воочию смогла лицезреть силищу этого синеглазого красавчика.

— Бояться надо не злого Севера, а не выспавшуюся маму Зои, — зевнула Тайга, сладко потянувшись на своем месте и закидывая обе руки за голову, снова закрывая глаза, — Она уже проснулась, так что засыпайте. Еще очень рано. А скоро станет тихо, это я вам гарантирую!

И правда стало тихо буквально в считанные минуты, за которые я снова погрузилась в глубокий и блаженный сон, согретая теплотой огня, под его уютный треск и ровное сладкое дыхание моих сестренок рядом.

Но кажется спала очень недолго, снова проснувшись под знакомые голоса, но уже где-то так близко, что искренне хотелось найти что-нибудь потяжелее и поубойнее, чтобы утихомирить наших «вылеченных» в доску мужей!

Правда в этот раз они к счастью не пели!

Они храпели так, что у меня сводило зубы от этих басов, со всех четырех сторон вокруг кровати!

Не пришлось даже долго соображать, что наши мужья пришли в спальню, но обнаружив, что все спальные места уже заняты под завязку, не долго думая устроились по медвежьи прямо на полу длинными мускулистыми штабелями, продолжив свою «арию» на новый лад и уже в глубоко спящем состоянии!

Собственно на этом наш недолгий, но сладкий сон закончился и началось очень раннее утро в доме Грома, который как оказалось был построен на старый лад, без какой-либо отопительной системы, бойлера и батарей, но зато с огромным камином в каждой комнате для обогрева!

Широко зевая и потирая глаза, мы со Златой и Ладой спустились на первый этаж, завидуя прыти и бодрости Тайги и Звезды, которые спали как и мы несколько часов, зато выглядели прямо скажем огурчиками, увидев на диванах спящих отцов.

Всех, за исключением Карата, который испарился, не оставив даже записки, чтобы мы не волновались!

— Папа говорил, что он никогда не спит, — тихо отозвалась Лада, но просветленно улыбнулась, добавив, — Но теперь далеко никуда не уйдет, не оставит Гранита!

Уже к вечеру мы вернулись в наш родной большой дом, к малышам, за которыми тщательно, хоть и неумело присматривал целый отряд Гризли, оставленный стараниями мудрого и доброго Сумрака.

Звезда делилась своей кровью с Мией еще пару раз, довольная тем, что смогла помочь и что теперь наша отважная крошка выглядела значительно лучше и бодрее, даже не смотря на то, что по-прежнему едва могла шевелиться из-за многочисленных швов.

Как говориться, дома и стены помогают!

А если учитывать, что рядом была вся наша семья, выполняя каждое желание еще до того, как Мия его озвучивала, у сестренки просто не было шансов не поправиться!

День малыш Гранит проводил со своими новыми братьями и сестричками — Бурыми и Гризли, которые радостно галдели в два десятка голосочков, и так же дружно кряхтели или натужно плакали, старательно поддерживая друг друга в любом начинании, отчего новоиспеченные дедушки буквально цвели и пахли, веря в то, что когда малыши вырастут. то все четыре рода буду между собой обязательно дружить и помогать, как одна большая семья.

Как это было заведено у нас!

А еще вернулись в свои родные спальни, где не нужно было сдерживаться и где я пыталась шутливо сбежать от своего вечно голодного во всех смыслах мужа, когда тот пробасил, многозначительно выгибая свои резкие брови:

— Витаминчики уже взбесились от воздержания!

Со смехом двинувшись к дверям в попытке бегства, я чувствовала, как моя кровь начинает нагреваться от желания и совершенно невероятного ощущения собственной необходимости и тепла, которое всегда исходило от моего большого басистого Солнца с глазами цвета янтаря, радостно взвизгнув, когда он настиг меня в два шага, обхватывая своими горячими сильными руками и тут же прижимая спиной к двери, пока я смеясь в его губы, которые зря времени не теряли:

— Витаминчики держались всего одну ночь!

— Оообобочень длинную долгую ночь, — проурчал Янтарь. сдергивая с меня остатки одежды, чему я активно помогала, потом обвивая его руками за мощную шею и заглядывая в глаза с обожанием и трепетом, которое не испытывала никогда до встречи с ним.

— Ночь, которую ты феерично прохрапел так, что до сих пор не понимаю, как выдержала крыша в доме Грома! — рассмеялась я, на что мой Бер весело хмыкнул, чуть дернув своим могучим плечом:

— Это Нефрит храпел!

Мой веселый хохот утонул в его поцелуе таком нежном и глубоком, что я почти потеряла суть нашего разговора, выдыхая в его губы с последними остатками мыслей:

— Ты ведь знаешь, что я тоже чувствую ложь…

— А что ты еще чувствуешь, Клубничка? — низкий мурлыкающий голос Янтаря был слаще меда и моим личным сортом наркотика, от которого напрочь пропадали все мысли из головы, оставляя только кусающее возбуждение в каждой клеточке восторженно ожидающего тела, и еще одно чувство такое огромное и горячее, щемящее и нежное, что я не сразу смогла бы дать ему определение, прошептав в ответ:

— Что я очень сильно люблю тебя!..