Чернокнижник - Анастасия Андрианова

– Тиль, смотри, какая прелесть! – воскликнула она, указывая на сов.

– Тебе по вкусу эти безделки? – спросила хозяйка. Алида тут же прикусила язык: она-то думала, старушка ещё стоит снаружи и не слышит её.

– Простите, – смутилась она. – Я думала, вы ещё не вошли.

– Что же тут такого? – развела руками женщина. – Ты сделала комплимент моему старому дому. Спасибо. Это издельцы. Наши люди издревле мастерили их. Самые красивые – родом из прошлых веков. Видишь, вот эти, цветные. Они были сделаны ещё тогда, когда наша земля могла вскормить настоящих колдунов.

Тиль без лишних церемоний сел сразу за стол и сложил перед собой руки, как прилежный сын, который ожидает обеда.

Старушка достала с полки самовар и водрузила его на стол. Потом заглянула в печь и вытащила оттуда дымящийся чугунок. Женщина разломила большой каравай на несколько пышных ломтей с ноздрястым мякишем и разлила похлёбку по глубоким глиняным мискам.

Алида поспешила придвинуть миску к себе и выбрала с тарелки самый большой ломоть хлеба. Она быстро зачерпнула густое варево ложкой, запихнула, фыркая и обжигаясь, в рот, и скривилась: еда была щедро поперченной, но совсем не солёной.

– Мы солим потом, – пояснила женщина и подвинула Алиде круглую деревянную ёмкость с едко пахнущими слипшимися чёрными крупинками.

– Это… соль? – удивилась травница.

– На севере свои обычаи, мне отец рассказывал, – встрял Тиль. Он зачерпнул щедрую щепоть чёрной соли и присыпал похлёбку сверху. – Попробуй. Так действительно вкуснее.

Алида с сомнением сыпанула щепотку себе в миску и попробовала ложечку. Варево стало отдавать странным кисловатым ароматом, но, к её удивлению, на самом деле стало намного вкуснее. Она вытаращила глаза и набросилась на еду. Хозяйка дома заулыбалась.

– Ихвар, – сказала она. – Меня зовут Ихвар. Представляться, не накормив гостя, невежливо.

Алида, набив полный рот, стала жевать быстрее, судорожно размышляя, каким именем представиться старухе: назвать настоящее, придумать новое… или то, каким её называет Тиль, подойдёт?

– Я – Тиль Фабалт, – опередил её юноша. – А это Клари, моя подруга. Мы с ней путешествуем. Есть у нас одно дельце в этих краях…

– Вы сначала поешьте, а потом будете про ваше дело, – посоветовала Ихвар. – Ясно, что просто так сюда никто не приходит.

Старуха задержала взгляд на Алиде, и ей снова показалось, что Ихвар знает о ней гораздо больше, чем она успела о себе рассказать. Алиде было жутко неуютно под этим взглядом. Она стала нарочно громко стучать ложкой по миске, вылавливая из похлёбки кусочек мяса, чтобы угостить Мурмяуза.

– Так вы говорите, здесь обучались колдуны? – поинтересовался Тиль.

– Много веков, – кивнула Ихвар. – До тех самых пор, пока мощь Земли не иссякла. Но и потом приходили отчаянные: каждый думал, что он особенный, что для него-то север сохранил толику чародейства. Даже королевский придворный приезжал к нам лет девятнадцать назад. Говорят, тогда у него получилось что-то… Только я думаю, что с тех пор королевского придворного не стало.

– Почему? – тихо спросила Алида.

Ихвар поправила шаль на своих плечах и стала растапливать самовар.

– Наши края меняют людей, девочка. Даже ты отсюда не вернёшься прежней.

Алида едва слышно охнула. На дне миски ещё плавало немного бульона с крупой, но ей больше не хотелось есть. Она отодвинула посуду и вытерла рот рукавом. Тиль с готовностью подскочил и убрал пустые тарелки со стола. Ихвар показала ему, где достать чашки и заварку, и он засуетился, расставляя новую посуду на столе.

Смолисто запахло дымящимися шишками. Алида поняла, что окончательно запуталась в своих чувствах. С одной стороны, уютный дом, вкусная еда и тепло заставляли её разомлеть, забыть о трудностях и страхах. Но зловещий череп над входом, странные взгляды и речи старухи Ихвар держали в напряжении.

Мурмяуз, в отличие от хозяйки, ни о чём не волновался. Он бесцеремонно запрыгнул на печную скамью и зарылся в подушки, выставив наружу лишь розовый нос и толстые белые щёки.

– Я ведь знаю, зачем ты пришла, девочка, – проговорила вдруг Ихвар. Алида едва не выронила чашку с горячим чаем. – Точнее, за кем. Тебя позвал наш новый хозяин.

Алида нахмурилась.

– Никто меня не звал! Вы ошиблись. Я сама пришла сюда, чтобы найти друга.

– На север не приходят сами. Север зовёт. Мёртвые Земли зовут, – вздохнула Ихвар. Она так невозмутимо потягивала свой чай, что Алида задумалась: а не сумасшедшая ли она? Говорит какие-то странные вещи… Пожалуй, есть от чего сойти с ума: живёт одна на болотах, в компании лишь мёртвой оленьей головы!

– Это правда, – вмешался Тиль. – Мы ищем одного типа. Может, вы видели его? Он длинный, рыжий, конопатый и странный. Такой, знаете, с каким дел никаких не пожелаете вести. Ненадёжный, в общем.

Алида метнула на него гневный взгляд. Тиль развёл руками.

– Был тут один, – согласилась Ихвар. – Совсем мальчик, не старше вас. Только не рыжий – темноволосый и темноглазый, но кожа у него краплёная, что есть, то есть.

Алида разочарованно опустила плечи. Это не Рич. Темноволосым и темноглазым его точно нельзя назвать.

– Только он не простой, – продолжила вдруг старуха. – То хозяин новый. Как в прежние времена. Пастырь болот. Он силой напитался, хоть отжимай, и до нового подъёма ему всего лишь шаг остался.

Алида недоверчиво посмотрела на Ихвар. Это звучит уже интереснее.

– Как это – пастырь болот? – спросила она.

– Как в страшной балладе? – поморщился Тиль.

– Верно, – кивнула хозяйка. – Как в балладе о Ледяных Волхвах. Многие столетия назад эти места уже назывались Мёртвыми, но на самом деле кишели существами. Моуры, стригои, болотники – нежить, которая притягивала человеческих ведьм и колдунов, а ещё Других. Многие зелья наливались силой именно здесь, и тёмные чары крепли вблизи гнездовий нежити, питались дыханием смерти. А болотная нежить, милые мои, нуждается в крепких руках. Если дать моурам распоясаться, болота появятся не только здесь, а разрастутся по всему Королевству, как язвы по больному телу. Это с виду они – серебряные красавицы, а на самом деле – жестокие твари. Стригои тоже не лучше, но их больше боятся из-за неприглядной внешности. Тут-то и нужны пастыри, девочка. Волхвы и Чернокнижники, сильные колдуны, которые смогут совладать с нежитью и с тёмными силами, которые пропитывают здешний воздух.

Ихвар перевела дух, потеребила старческие, узловатые пальцы и со вздохом продолжила:

– Недавно мир переменился – снова стал таким, каким был раньше, столетия назад. И болота призвали нового пастыря, потому что оставлять их без хозяина нельзя. Признаться честно, я думала, что хозяином станет кто-то постарше, ведь здесь нужна недюжинная сила духа, да и жизненный опыт тоже. Но к нам пришёл мальчик. Объявил себя Чернокнижником. Я, конечно, спорить не стала. Может, кто сильнее потом придёт. Только чем дольше моуры без присмотра, тем больше дел могут наворотить. Поэтому я сказала ему, что нужно скорее набрать силу. Перейти на последнюю ступень. Он согласился.