Три мудреца в одном тазу - Александр Рудазов

- Люк-люк асть’ха лоо-то аппа’ус и зазим оррть’хната[67]! - презрительно заявил Запа.

Хорошо, что Гена не понимал юберийского.

Первый серьезный удар нанес Запа - кулак, усеянный свинцовыми шишечками, впечатался в подбородок Гены. Телохранитель отшатнулся, брызнула кровь. Но в следующий миг назад отлетел уже Запа - с разбитой переносицей. Сокрушающий удар русского бойца превратил и без того изуродованный нос в нечто совсем непотребное.

- У! О! Ы! - добавил хук слева Гена.

Еще несколько минут бойцы колошматили друг друга. Кровь щедро орошала песок, на коже начали появляться синяки и кровоподтеки. Но вот Гена размахнулся особенно сильно и нанес свой коронный удар в челюсть - Запа потерял четыре зуба и грохнулся на песок.

- Нокдаун! - гулко пробасил телохранитель, сплевывая кровавую слюну. - Раз!… Два!… Три!… Четыре!… Пять!…

- Тальке!!! Тальке стуль’яя!!! - орали трибуны.

- Добей его, добей, придурок! - надрывался Чертанов, переводя крики зрителей и рефери. По местным правилам лежачего бойца вполне можно было добить, пока он не поднялся.

Но Гена не понимал этих криков и не слышал тонущего в общем хоре Чертанова. На счете «пять» Запа медленно поднялся на ноги, пошатываясь и хрипло дыша. Он сжал кулаки и с ревом понесся на Гену.

Тот только усмехнулся. Разозлившийся боец - легкая мишень. Юбериец не успел нанести ни одного удара - его встретил мощнейший джэб[68]правой. Запа раскрыл рот, глотая воздух, и упал навзничь.

- Раз!… - снова начал считать Гена. - Два!… Три!… Четыре!… Пять!… Шесть!… Семь!… Восемь!… Девять!… Нокаут!

- Ген’лай!!! Ген’лай!!! Ген’лай!!! - скандировали трибуны, приветствуя нового чемпиона.

Телохранитель поднял руки, криво усмехаясь окровавленным ртом. Ему повезло - все зубы остались в целости.

В него метали монеты, украшения и яркие птичьи перья. Трое младших Наместников Игры уже бегали, собирая все это добро - награда от зрителей принадлежит победителю (за вычетом небольшой доли для амфитеатра).

- Геныч - молодец, чемпион! - захохотал Колобков, встречая усталого телохранителя. - Настоящий боксер! Все, отдыхай!

- Поздравляю, Петр’лай, - подошел криво улыбающийся Наместник Города. - Видят боги, твой кулачный боец куда лучше моего. Подожди немного времени, сейчас сюда доставят борца. Вот, возьми свой выигрыш за первый тур.

В пухлую ладонь Колобкова опустилась одна моцарена. Петр Иванович скривился - он успел забыть, какую незначительную ставку сделал. Тяжелый кошель всякого добра, поднесенный Гене, только усилил его расстройство.

- Поражение - всегда грустно, - склонил голову Наместник Города. - Но я уверен, мой добрый друг - ты позволишь мне отыграться. Не увеличить ли нам ставки? Съешь ли ты одну виноградину, съешь ли целый виноградник - грех один и тот же…

- Молодец, хорошо сказал! - одобрил Колобков. - Серега, ты пока не переводи. Валерыч, победишь его борца?

- Я тоже тяжеловес, шеф, - хмыкнул Валера. - И черный пояс по дзюдо. Слажу как-нибудь.

- Серега, теперь переводи. Скажи мэру, что я ставлю большую канистру золота - все, что выручил за жемчуг.

- Петр Иваныч…

- Серега, заткнись и переводи. Понадобится твое мнение - спрошу.

Чертанов мрачно перевел. Наместник Города обрадованно закивал и махнул рукой - на противоположном конце арены уже раздевался его чемпион.

Валера медленно снял все, кроме трусов - борьба, в отличие от кулачного боя, проходила в набедренных повязках. Две миловидные рабыни неспешно начали натирать его благовонными маслами, громко и беззастенчиво обсуждая достоинства «белого силача». Чертанов, единственный из землян понимающий их слова, смущенно покряхтывал и думал - переводить ли это Валере или не стоит?

- Спасибо, - отстранил от себя девушек дзюдоист, разминая кисти. - Шеф, а что тут за правила-то?

- Простые, - ответила вместо него Стефания. - Позволяются любые приемы, кроме ударов кулаком или ногой. Надо прижать противника лопатками к земле и удержать, пока вода из чашки выльется на землю… ну, это секунды две. Просто сделай это и победишь.

- А, ну вроде как в борьбе нанайских мальчиков, - задумался Валера. - Ладно, сейчас я им покажу, что такое черный пояс…

Аркаим Вуххвайтайбо ан Кааццариву, противник Валеры, прибыл прямиком из Ваннвайга. Как и большинство ваннвайгов, он отличался ширококостным сложением, чуть приплюснутым носом и очень темной кожей - гораздо темнее, чем у юберийцев или мбумбу. И, как и Стурм’лай Запа, он уже давно носил титул чемпиона Наранно. Только не в кулачном бое, а в борцовском искусстве.

- Сумимасэн, - наклонил голову Валера.

- Аллгин хустуаррива[69], - недоуменно посмотрел на него Аркаим.

- Ну вот и поздоровались, - удовлетворенно кивнул Валера, бросаясь на него.

Аркаим встретил Валеру умелым захватом за ногу, но получил в ответ локтем в грудь и молниеносный удушающий прием. Еще один захват, подножка и бросок - Валера упал, но тут же поднялся.

- Вадзаари… - пробормотал он, пригибаясь и с силой ударяя Аркаима головой в грудь - это правилами не возбранялось.

Ваннвайг упал на бок, перекатился, подскочил, как мячик, и обхватил Валеру в могучих объятиях. Тот провел подсечку и вновь швырнул противника наземь. Уже валяясь на песке, Аркаим схватил телохранителя за голень и дернул. Валера упал.

Теперь оба борца лежали на боку. Они не давали друг другу подняться, их руки и ноги переплелись, и они с силой давили, стремясь перевернуть друг друга на спину. Валера покраснел от натуги, глаза вылезли из орбит, а на спине выступила кровь - раскрылась не до конца зажившая рана. Но и Аркаим выглядел не лучшим образом - он оказался несколько более рыхлым, чем пришелец с Земли, и все больше слабел.

Наконец Валера пересилил. Он перекатил Аркаима на спину и вдавил его лопатками в песок. Наместник Игры неторопливо перевернул вверх дном килик с водой, и жидкость устремилась к земле. Шлепок, вверх подлетают комочки мокрого песка, и Наместник кивает - победа за Валерой.

- Иппон!… - выдохнул тот, поднимаясь на ноги.

- Валерыч, вернемся домой, похлопочу, чтоб тебя президентским кимоно наградили, - заявил Колобков. - Не посрамил честь страны перед иностранцами!

- Тогда уж полное дзюдоги[70], - застенчиво попросил Валера.

- Это как получится. Серега, крикни мэру, чтоб тащил мой выигрыш!

Чертанов послушно крикнул. Но тот уже и сам торопливо шел к победителю, а за ним рабыни волокли огромный кувшин, заполненный моцаренами и лаисами[71].