Бой с тенью - Вячеслав Шалыгин

В сопровождении этих невеселых размышлений воин отмахал не меньше трех километров и, переводя дыхание, опустился на землю. Порыв ветра на секунду прорвал плотное одеяло низкой облачности, и в прореху выглянула полная луна. В ее серебристом свете в десятке метров впереди блеснул какой-то предмет. Дохлый тяжело встал и поплелся на загадочный отсвет. Чащоба неожиданно расступилась, и перед ним открылся знакомый берег. Более того, блеснувшим лунными бликами предметом оказался бампер его собственной машины. «Тунгус» хмыкнул и направился к автомобилю, но путь ему преградила темная сутулая фигура… …По ровному асфальту шоссе метались тени придорожных деревьев. Времени на организацию качественной засады было маловато, да и бойцов было только-только, но Шамиль рассчитывал на фактор внезапности. Прежде чем снова приблизиться к реке, дорога делала приличный крюк, и разница в скоростях наземного и водного транспорта не просто нивелировалась, а еще и давала пятиминутную фору последнему. Воины Шамиля успели занять выгодные позиции и даже найти подходящее поваленное дерево. Едва вдали показались первые отблески ярких ксеноновых фар, бойцы вытащили бревно на дорогу и снова скрылись в лесу. Машины Валерия остановились в расчетных точках и, хотя водители, быстро сообразив, в чем дело, начали сдавать назад, перекрестный огонь получился плотным и эффективным. Первая машина съехала в правый кювет, провалилась в канаву и уткнулась задним бампером в землю. Вторая проехала не больше десяти метров и, с тяжелым вздохом выпустив воздух из растерзанных пулями шин, осела на колесные диски…

Добивать было некого. Все пассажиры получили не по одному десятку грамм свинца и скончались еще до того, как воины Шамиля подошли к расстрелянным экипажам. Сам предводитель приблизился к машинам последним. Он сунул руку в услужливо поданный адъютантом мешок и за ухо вынул оттуда голову Гири.

– Я же говорил, Валерий, по частям надо было в мешок складывать предателя… - Он бросил голову лазутчика на капот первого джипа и заглянул в салон.

Как ни странно, Валерия в авто не было. Шамиль удивленно взглянул на одного из подручных и махнул рукой в сторону машины сопровождения.

– Нет его, - проверив обстановку внутри второго экипажа, доложил воин.

– Возвращаемся, - беспокойно оглядываясь по сторонам, приказал Шамиль. - Деньги возьмите! Чемодан! Нашли?

– Этот? - один из бойцов достал из салона второй машины чемодан с деньгами.

– Да, этот…

Его реплику прервала скороговорка - почти очередь - мощного пистолета. Стреляли откуда-то справа, из-за изрешеченного пулями корпуса второй машины. Ответить на вызов, кроме самого Шамиля, оказалось попросту некому. Все пули, выпущенные неизвестным стрелком, попали в цель. Причем, упав, никто из бойцов даже не шевелился. Это говорило о том, что противник чрезвычайно меток. Не тратя больше времени на размышления, Шамиль резво прыгнул влево, к противоположной обочине, и ринулся в спасительную чащобу ночного леса. Враг почему-то не стал стрелять ему в спину. Другого этот факт мог бы только порадовать, но Шамиль был слишком опытным воином. Он прекрасно понимал, что подобное затишье означает лишь то, что стрелок намерен убить последнего из врагов медленно и особенно жестоко.

Еще не добежав до берега, Шамиль понял, что проигрывает сражение по всем статьям. Между стволами деревьев играли отсветы красноватого пламени, а над землей, прижимаясь к влажной траве, стелился дым. Когда закончился подлесок и открылся берег, Шамиль остановился и, сжав кулаки, выругался на родном языке. Катер горел, как хорошо просмоленный факел. Бандит находился в состоянии крайнего возбуждения, но это не помешало ему почувствовать, что оставшиеся за спиной неприятности приблизились на предельно допустимое расстояние. Он резко обернулся и увидел, как почти точно по его следам из леса выходит совершенно незнакомый человек. Яркий костер на воде позволял рассмотреть его лицо в мельчайших подробностях, и Шамиль готов был поклясться, что это не Валерий. Впрочем, кто этот мститель, значения не имело. В одной руке мужчина держал пистолет, а в другой - заветный чемоданчик, и сомневаться в его недобрых намерениях не приходилось.

Шамиль бросился вдоль берега, примерно в ту сторону, где совсем недавно состоялась злополучная сделка, но загадочный стрелок, видимо, устал бегать за противником. Он бросил ношу, вынул из-за пояса еще один пистолет, затем поднял оба ствола на уровень плеч и синхронно нажал на спусковые крючки. Трюк был не только впечатляющим, но и вполне результативным. Пули сбили Шамиля с ног, продырявив ему оба бедра где-то поблизости от бедренных артерий. Бандит взвыл, в порыве отчаяния все же поднялся на быстро немеющие конечности и сделал еще несколько нетвердых шагов в глубь прибрежного ивняка. Тонкие, с узкими листиками ветви были плохой поддержкой. Шамиль цеплялся за них, как за стену, но они предательски изгибались и заставляли его проваливаться все глубже в заросли. Он чувствовал, что уже не может контролировать свои движения, что, кроме ног, немеет низ живота, руки, губы… Наконец, нижние конечности отказали полностью. Бандит упал вперед и вправо на что-то мягкое и в отличие от ивового кустарника не шуршащее.

– Ты?! - Шамиль схватился слабеющими пальцами за лацканы военной куртки и притянул лицо вставшего на пути человека к своему. - Ты?! Как?! Как ты можешь быть сразу и здесь, и там?!

– Ты чего, мужик?! - пытаясь отцепить руки раненого от своей одежды, испуганно спросил человек. - Я тут рыбу… Где там-то? Ты обкурился, что ли?

– Я проклят! - заходясь одновременно в хохоте и рыданиях, прорычал Шамиль. - Нет бога, кроме…

Оборвав фразу, он сжал зубы, страшно округлил глаза и вцепился холодными пальцами в горло человека…

Дохлому пришлось бы очень тяжко, будь Шамиль целым и невредимым. Бандит был на голову выше воина и на пару пудов тяжелее, но силы его были на исходе. К тому же умер он не от потери крови, стремительно вытекающей из ран, а от двух выстрелов в затылок. Дохлый с трудом выполз из-под обмякшего тела и попытался рассмотреть спасителя. В отблесках затухающего огня он четко видел лишь его сутулый силуэт.

– Я вас помню, - после короткой паузы заявил «тунгус». - Мы беседовали, вот только что, рядом с моей машиной. Я, правда, не помню, о чем, но беседовали. Так?

– Она чуть дальше, - сказал незнакомец. - Идите вдоль берега. Здесь вам делать больше нечего.

– А как я здесь оказался? - Дохлый удивленно оглянулся.

– Идите, - строго повторил человек. - И забудьте все, что сейчас видели.

– Такое разве забудешь? - воин покачал головой и, развернувшись «кругом», побрел сквозь кусты.

Он старался не думать о том, что незнакомец может выстрелить в спину. Впрочем, судя по всему, сомнения подобного рода загадочному человеку были неведомы. Если бы захотел, он мог застрелить Дохлого и в лоб. «Тунгус» бросил на незнакомца прощальный взгляд, и тут горящий катер выстрелил вверх особо ярким языком пламени. Дохлый невольно остановился, но правая рука человека начала сгибаться в локте, медленно поднимая оружие на уровень живота, и воин торопливо скрылся в кустах…