Принцип мира - Валерий Гуминский

Машина сделала излишне резкий вираж, меня едва не отбросило под кресло. Ударился локтем о какую-то железку, сжал зубы. Но поездка наша завершилась. Мы остановились. Захлопали двери. Похитители покинули машину. Глухо зазвучали голоса на улице. Потом задняя дверь поднялась вверх и меня с нахальной бесцеремонностью выдернули за ноги наружу. Поставили вертикально и пару раз хлестнули по щекам.

- Очнулся, голубь? — зло спросил человек, бивший меня. Темные пятна на щеках подозрительно похожи на размазанную кровь. — Давай, двигай ногами. И не вздумай геройствовать.

Пока шел, поддерживаемый с двух сторон, успел посмотреть, куда мы приехали. Оказалось, какой-то двор, окруженный старыми домами барачного типа. Сразу вспомнились рабочие слободки, где таких зданий было полно. Хм, отлично. Я еще хорошо помню план застройки таких районов, и в случае побега могу поводить за нос преследователей и незаметно исчезнуть. Ладно, подожду встречи с заказчиком. Кто такой смелый?

Мы зашли в полутемный подъезд и по лестнице с разваленными перилами и скрипучими ступенями поднялись на второй этаж, подсвеченный тусклой, засиженной мухами, лампочкой. Остановились перед дверью, оббитой невзрачным желтым дерматином. Один из похитителей кулаком два раза стукнул по ней, и после короткой паузы еще дважды.

Дверь распахнулась. Тень на лице человека, открывшего ее, не давала возможности понять, кто это может быть. Между тем, незнакомец даже ничего не сказал, повернулся спиной и потопал через коридор в комнату, где горел свет. Бритая голова, мешковатая рубаха, сидящая на тощем теле, свободные штаны и тапочки на босу ногу — никакой информации. Какой-то бродяга.

- Шевели мослами, — меня пихнули в спину.

Мы прошли в комнату. Я слегка прищурился, приноравливаясь к излишне резкому свету от единственной лампочки, свисающей с потолка на голом проводе. И узнал человека с азиатской внешностью. Чернота его слегка поблекла, но он остался все таким же, когда я последний раз его видел в пещере.

Рахдай пристально поглядел на меня и нетерпеливым жестом руки показал, что меня можно отпустить.

- Посадите его на стул, ноги свяжите снова, — снова знакомый голос. Наконец-то я могу обернуться и посмотреть, кто это мог быть. Да уже догадался.

- Здорово, Пахом, — я искривил губы в улыбке, ощущая запекшуюся на них кровь. — Давненько не виделись.

- Да не так уж и давно, — Пахом, мой бывший сотник по егерскому отряду, тяжело прошагал к окну, подергал и так плотно задернутую штору, с грохотом пододвинул к себе стул и сел.

Шаман оставался на ногах и с нескрываемым торжеством смотрел на меня, словно удав на желанную добычу.

- Ты что вдруг с этим уродом связался? — я плюхнулся на стул. Мои ноги сразу же притянули веревкой. — Князь приказал?

- Помолчи, Волоцкий, — поморщился Пахом. — Сам виноват, что рогом уперся. Отдал бы свою добычу — никто за тобой не бегал бы.

- А шамана зачем откопали?

- Не твое дело, демон! — прошипел Рахдай и повел носом из стороны в сторону. — Нож при нем?

- Нет там ничего, — похититель с разбитым и опухшим носом шагнул вперед и выложил на стол мои перстни и симулякр. Нет, этого парня я не знал, как и другого, нахохлившегося здоровяка в простой темной куртке и в кожаных штанах грубой выделки.

Рахдай с нескрываемым разочарованием покопался в перстнях, даже понюхал их, попробовал камни на зуб, а потом полюбовался игрой магических артефактов на свету. Ручку повертел в пальцах и отложил в сторону. Я перевел дух. Рахдай, как шаман, был очень силен в своем мастерстве, если можно назвать магию этим словом. Он обязан учуять эманации магических токов от предметов. Персти фонят, как пить дать, и этого не скрыть. Но почему он не признал в симулякре вожделенный предмет? Неужели Ясни блокировал аурное поле кинжала? Отключился, проще говоря, от внешнего мира?

«Молчи, ничего не думай обо мне, — прошелестел едва уловимый голос. — Я задурил им головы. Перстни и кинжал твой враг не сможет сопоставить друг с другом. Как только появится возможность — начинай действовать».

Ясни меня чувствует! Он же говорил, что наши аурные поля взаимодействуют на расстоянии пяти-шести локтей. А это расстояние до четырех метров, примерно. До стола и того меньше. Я воспрял духом. Вот только как мне достать симулякр, привязанному к стулу?

- Это все? — спросил он моих надзирателей. — Машину осмотрели?

- Осмотрели, — ответил Пахом. — У парня с собой нет ножа. Наверное, он находится в гостиничном номере.

- Странно, — Рахдай вперил в меня узкие щелки глаз. — Очень странно. Вот эти кольца, откуда они? Из гробницы?

- Ты же сам там был, — я пожал плечами, — лично видел, что у мертвеца не было перстней. Они достались мне по наследству от родителей.

- А это? — шаман брезгливо катнул ручку по столу. — Почему ты носишь в кармане только ручку? Где твой бумажник, документы, оружие? Ты же нукер молодой госпожи!

- Мне не нужно оружие. Бумажник и документы в гостинице. Что еще ты хочешь узнать?

Рахдай что-то рыкнул и стал метаться от окна до старого продавленного кресла в глубине комнаты. Тапочки то и дело слетали с его ног. Шаман останавливался, цеплял их обратно, сквозь зубы ругался и снова начинал изображать маятник.

- Здесь что-то не то! — наконец, вынес он свое решение. — Демон врет! Нельзя расстаться с «поющим смерть»! Пахом, нужно поехать в гостиницу и обыскать его комнату!

- Кто меня туда пустит? — засмеялся бывший сотник, а ныне заместитель главы службы безопасности и охраны князя Демидова. — Там всех жильцов наизусть знают!

- Я дам тебе амулет сна, тебе только останется раздавить его, чтобы все уснули!

- Не пойду! — заупрямился Пахом. — Артефакт завязан на крови Колояра. А я еще жить хочу! Ты же сам знаешь, что такие вещи не даются в чужие руки! Можем вместе с ним съездить, взять нож и вернуться.

Рахдай снова начал метаться по комнате. Я готов был поклясться, что заметил вырастающие у него за спиной черные крылья, рассыпающиеся на мелкие клочки дымков, как только шаман разворачивался. Знакомая картина. Именно таким способом он ушел от погони, когда мы заманили его отряд в ловушку.

- Я ему не доверяю! — вдруг выпалил шаман. — Если мы дадим ему возможность дотянуться до «поющего смерть», он всех перебьет! Я знаю, что это за нож!

Ого, а ты не так глуп, Рахдай. Правильно опасаешься. Отдать мне в руки Ясни — подписать себе смертный приговор. Вы же не знаете, каких успехов я достиг в манипуляциях с артефактным оружием. Ну и что теперь будете делать?

Шаман сердито засопел носом и неожиданно сгреб перстни в ладонь. Я напрягся. Еще не хватало, чтобы он забрал их с собой. Черт! Почему молчит Ясни?

- Пахом, вы зря связались с колдуном, — попробовал я надавить на бывшего сотника. — Он всегда кидает напарников. Не верь ему. Если Рахдай получит в руки кинжал — он всех положит и скроется в своей норе. И Демидова кинет.