Земляника для короля - Оксана Владимирова

Я оглянулась и увидела, что моя охрана скрутила сена Интрика. Он был сам на себя не похож. Возбужден, растрепан, глаза горят, и нет той самой фирменной улыбочки.

Никогда этот человек не вызывал у меня доверия. После представления проектов во мне еще играла обида за нечестную игру, ведь было понятно по чьей подсказке Аканэ переставила акценты в своей презентации.

Охранники снова попытались подтолкнуть меня к двери. Я остановила их.

— Хорошо, я выслушаю вас. Но сначала просмотрю ваши намерения. Как полагаю, на вас нет осканита? — спросила я. Зачем отказывать дорогому гостю?

Сен Интрик трепыхался в руках охраны. Я ментально приказала отпустить его, но при этом не спускать с него глаз. Сен Интрик встал встряхнулся, как петух после драки и воскликнул:

— Нет! Я не разрешаю проверять меня. Я хочу сказать одно, — сен Минара стал медленно подходить ко мне и доставать что-то из кармана. — Мы с моей дочерью и всей командой заботимся об Архоне. Мы не заблуждаемся, готовя свои реформы и опираясь не на низшее сословие, которое недостойно такой заботы. Техническая революция поможет Архону возвыситься. Поэтому я не позволю вам, сенара Екатерина, стать очередной бесполезной королевой.

Сен Интрик подошел совсем близко и вдруг резко кинулся к моей руке, но охранники не дремали, одним движением они отодвинули Интрика, и заломили руки ему за спину. Что-то звякнуло, выпав из руки Минара и по тротуару покатился браслет с розовыми камнями.

Меня обдало волной гнева. Ненавижу осканит и ненавижу розовый цвет! Мы стояли и зло смотрели в глаза друг другу. Вдруг меня пронзила догадка! Взгляд был очень знаком. Не поднимая щитов почувствовала, что он — сен Интрик смотрел мне в спину и планировал меня уничтожить. “Злой взгляд” принадлежал ему!

Понимая, что я на взводе и сейчас просто наломаю дров, решила все рассказать Дэвиду, но у него была встреча с Роредриком. Важная встреча, где ему понадобятся все дипломатические способности. Поэтому решила отпустить Минару. Никуда он не денется, только прошипела:

— Уходите, пока я добрая и больше ко мне не приближайтесь.

— Мало из-за тебя людей подохло? Значит и еще умрут.

Задерживать благородного господина мы не имели права. Зеваки, проходящие мимо стали останавливаться и смотреть на то, что происходило. Я кивнула охранникам, чтобы они отпустили Интрика. Как только сен Минара стал свободным, он зло развернулся и зашагал прочь по мостовой.

Я была на взводе, и только потом поняла, что значили его последние слова. Неужели сен Интрик причастен к смертям наших пациентов? Сена Минару просто необходимо арестовать и выслать из страны, только за то, что он отравил Ренейт.

Мои телохранители сразу же о происшествии сообщили деду и сену Савиту. Овид тут же примчался к школе. Дед приехал позже, он доложил мне последние новости.

Как оказалось встреча Дэвида с Роредриком закончилась и тот вроде как согласился познакомиться с Аканэ поближе. Дед не стал церемониться, боясь потревожить короля. Он, как только получил от меня известие, поехал во дворец и доложил о покушении и браслете монарху.

Я связалась с Дэвидом. Он попросил меня подождать, так как искал сена Минару. Я расстроилась, что отпустила его. Король успокоил меня, сказав, что от него никто не скроется. А если бы он находился рядом со мной — это бы представляло наибольшую опасность.

Весь день я была, как на иголках. К вечеру, нам сообщили, что Интрика поймали и посадили под домашний арест.

На этот раз Дэвид сам пришел ко мне ментально. В это время я сидела в своем кабинете и пыталась приготовиться к лекции, которая должна была пройти на следующий день. Дэвид поведал, что сен Минара заключил договор с Роредриком. Лавтиец поставлял ему артефакты, которые меняли ментальное поле вокруг Минара, поэтому никто не мог вычислить "злой взгляд". Аканэ была не в курсе злодейств сена Интрика, поэтому Дэвид не планировал ее наказывать. Но стать королевой Архона теперь никто ей не позволит.

Я почувствовала себя спокойней. Наконец, я избавилась от своего самого главного и загадочного врага. Мы тепло попрощались с Дэвидом, договорившись встретиться во сне.

В кабинет постучалась Пелагея, которая позвала меня домой. Я согласилась, так как заниматься работой была не в состоянии. Мы быстро собрались, и вместе вышли на крыльцо. Мои охранники гордо нас сопровождали, не отступая ни на шаг от меня с подругой.

Вдруг, недалеко от школы, мы увидели, что на мостовой сидит тот самый мальчик, который пел нам песни про цессу Екатерину и горько плачет. Переглянувшись с Пелагеей, мы направились к малышу. Как можно оставить в беде такого очаровательного ребенка, да и вообще как можно оставить ребенка в беде? Охранники от нас не отставали.

— Ты чего ревешь? — спросила Пелагея.

— Мама заболела. Наверное, скоро умрет, — ответил мальчишка, шмыгая носом.

— Почему ты так решил? — не отставала от него с вопросами подруга.

— Она не может дойти до вашей больницы, а у меня нет сил отнести ее. — И мальчишка заплакал пуще прежнего.

— А ты не думал, что врач может прийти к тебе домой? — спросила Пелагея.

— А разве так бывает? У меня ведь денег нет. Мне нечем заплатить за визит и лекарства.

— Как это не чем?! — воскликнула я. — Ты же совсем недавно принес нам столько новостей! А как чудесно ты поешь! Не придумывай, это мы должны заплатить тебе за развлечение.

— Правда? — спросил мальчик с надеждой и поднял на нас заплаканные глаза.

— Конечно правда, — согласилась Пелагея. Пойдем, проводишь нас к своей маме, я посмотрю, что с ней случилось.

— Далеко идти? Может поехать на повозке? — поинтересовалась я.

— Идти недалеко, — сообщил вставая с земли малыш. — Здесь за углом. Только у нас улочка узкая, повозка не проедет.

Мальчик показал рукой на переулок, там действительно было узковато. Я рассудила, что сейчас, когда сен Минара был рассекречен, никто на меня покушаться не станет, к тому же со мной была охрана. Просканировав переулок, я решила помочь мальчику, так как там никого не было.

— Хорошо, — сказала я. — Веди нас.

— Спасибо сены, спасибо, спасибо! Пусть богиня благословит вас! — закричал обрадованный мальчуган.

— Как тебя зовут? — засмеявшись, спросила Пелагея.

— Мякош. А маму сена Ена.

Мы двинулись к переулку. Мякош весело бежал впереди, охрана окружала нас с Пелагеей. Мы шли минут десять сворачивая то в одну сторону, то в другую. Я начала сбиваться с ориентира, когда вдруг мы пришли к берегу Великого океана.

Оказавшись на открытом пространстве, нам не было нужды идти друг за другом. Я оглянулась и увидела, что охраны с нами нет. Остался только один телохранитель. Он подбежал ко мне, схватил за руку и потащил обратно в переулок, но тут от океана поднялась огромная волна, которая, как мы не пытались убежать, настигла нас.