Путь в Беловодье - Роман Буревой

– Что ты делаешь?! – В голосе ее был гнев. Ни намека на вину или растерянность. – Ты что, не видишь?!..

Ого! Она еще выдвигает претензии! Это даже забавно. Псина пытается играть роль львицы. А ведь он любил ее… Надя вскочила и шагнула к столу.

– Не видишь? Или ты спишь? Так раскрой глаза и смотри.

Она уперлась руками в стол, нагнулась так, что ее шея, похожая на стебель цветка, оказалась на уровне его глаз. Ее кожа. Запах духов…

– Смотри же!

И он увидел. Наконец увидел. На шее у нее не было ожерелья. Лишь тонкий белый след на коже там, где прежде была плетенка. След походил на шрам, на заживший порез от ножа.

– Кто? – только и выдохнул он. – Кто снял?.. Гамаюнов?..

– Сама! – объявила она с торжеством. И отступила. Вызывающе усмехнулась.

Он рванулся к ней.

– Не подходи! – Она предостерегающе вскинула руку. – Если ты еще раз ударишь, убью.

– Клянусь, никогда…

Она вытащила из сумочки платок и зеркало, стала стирать кровь с лица и пальцев.

– Клянусь, никогда… – повторил он.

– Не верю клятвам. Тем более твоим.

Ну вот, она еще заставит извиняться за то, что пыталась его убить. Но в когтях львицы можно извиниться за все на свете.

– Хорошо, не буду клясться. Но, помнится, убить ты меня уже пыталась. Так что считай, мы квиты.

Если он думал, что она смутится, то ошибся.

– Я действовала по чужому приказу. Но так больше не будет. Я срезала водную нить.

– Ты сама? Так не бывает! Ну, допустим, перерезать водным лезвием водную нить ты можешь. Но кто-то должен принять разрезанное ожерелье.

– Разумеется.

– Так кто принял? Гамаюнов? Она покачала головой:

– А ты угадай. – В ее ореховых глазах вновь плясали торжествующие искорки. Неужели он посмел ее ударить?! О, Вода-царица! – Подсказать?

– Подскажи, – согласился он покорно.

– Нет, и не надейся. – Она рассмеялась. – Пусть это тебя мучит.

– Значит, ты кому-то отдала власть над собой?

– Ну да. Баз убедился, что ты остался жив, и мы улетели. Я должна была освободиться…

– Так это Баз?

– Нет.

– Но я бы мог снять с тебя ожерелье!

– Ты?! – Надя опять рассмеялась. – Нет, Роман, не выйдет. Мне не нужен такой повелитель.

– Но, клянусь водой, я…

– Гамаюнов тоже клялся, что забудет о своей власти. Но как раз это и невозможно. И потом, не желаю тебя искушать лишний раз. Вдруг ты не выдержишь испытания? Это меня очень разочарует. Как сегодня.

– Прости.

– Ты считаешь, что этого фальшивого словечка достаточно?

– Что еще?

– А ты подумай.

Он привлек ее к себе, впился губами в ее ярко накрашенные губы. От резкого запаха ее духов кружилась голова.

– Если ты еще раз меня ударишь, я тебя убью, – вновь пообещала Надя.

– Никогда больше. Обещаю. Но с одним условием.

– Каким же?

– Ты не будешь больше душиться.

– Что?! Тебе не нравятся мои духи?

– Мне вообще не нравятся духи. Или ты забыла, что у меня обостренное обоняние?

– Какой кошмар! Никаких духов. Может быть, компромисс? Чуть-чуть духов, самую малость?

– Но тогда я сам буду их выбирать, – предупредил Роман.