Война в раю - Стивен Рэй Лоухед

Повороты теперь случались все чаще. Наверное, мы приближались к центру лабиринта. Звук падающей воды тоже стал громче. Что ждет нас впереди?

Шум воды, темнота, холод, твердость камня — у меня возникло ощущение, какое, должно быть, возникает у адепта, ждущего посвящения. «Здесь начинается память», — сказал Тегид. Память начинается с рождения. Значило ли это, что я был рожден для чего-то? Или что-то рождалось во мне? Уверенности не было, но ожидание нарастало с каждым шагом.

Повороты становились еще круче, мы пошли быстрее. Пульс участился, и меня охватило предвкушение. Вода, огонь, темнота, камень — меня окружал мир стихийной простоты. В костях и крови копилось непонятное напряжение. Разум уловил древний призыв к жизни, вырвавший человека из царства стихий.

За последний поворотом нас ждал большой круглый зал. Пустой, если не считать дыры в полу, где исчезал ледяной поток, сопровождавший нас на изгибах лабиринта. Судя по звуку, вода падала куда-то очень глубоко, и там разбивалась о камни.

— Мы в Сердце Душ, — коротко объяснил Тегид. — Здесь память гаснет.

«Память гаснет, когда человек умирает, — размышлял я. — Но умереть для одного мира — означает родиться в другом. Жизнь перестает течь в этом мире, но продолжает свой путь в другом».

Волосы у меня на затылке встали дыбом. «В другом…» Фантарх спит.

Стоя в ледяной воде, прислушиваясь к звуку падающей воды, я вновь испытал ужас той ночи на священном кургане. Я снова увидел надвигающуюся пасть Цитраула и почувствовал, как рука Оллатира крепко сжимает мое плечо, и слышал его свистящий шепот. Те странные слова, которые Главный Бард завещал мне с последним вздохом.

— Domhain Dorcha, — произнес я. — Место за пределами.

Глаза Тегида расширились.

— Где ты услышал эти слова?

— Оллатир говорил, — ответил я и рассказал ему то, что помнил. — Тогда я не понимал, зато теперь знаю. Фантарх спит там, в месте за пределами. Вот что сказал Оллатир. — Я указал на отверстие, через которое утекала вода. — Там мы найдём Фантарха.

— Ты готов? — тихо спросил Тегид.

— Готов.

Дрожа от волнения, я подошел к отверстию в полу и попытался разглядеть хоть что-нибудь. Однако за краем дыры мы ничего не видели. Вода шумела в невидимых глубинах внизу. Я попытался прикинуть, как далеко до дна. Тегид бросил свой факел вниз. Он падал, неторопливо поворачиваясь, и освещал все те же полированные стены, а потом достиг дна и погас. Бард поднял голову, и наши взгляды встретились.

— Что скажешь, брат?

— Другого пути нет, — ответил я.

— Очень может быть, что и пути назад нет, — с сомнением промолвил он.

Да уж! У нас с собой не было веревки, и вообще ничего, что помогло бы спуститься. Мы должны решать, не зная, к чему это приведет. Если мы потерпим неудачу, второго шанса не будет, и спасения не будет. Нам предстояло рискнуть всем, довериться слову умирающего барда.

— Если бы Оллатир был сейчас с нами и сказал тебе спуститься в эту дыру, — спросил я, — ты бы это сделал?

— Конечно, — без колебаний ответил Тегид. Его вера в своего учителя была простой и не знающей сомнений.

Этого мне хватило. Я всмотрелся в темноту. Передо мной была тьма, чернее забвения. Вполне возможно, что внизу нас ждет гибель.

— Кто пойдет первым?

— Я, — решительно ответил бард. — Когда я крикну, брось свой факел. Я постараюсь поймать его. — Затем он просто шагнул в дыру. Я услышал плеск, когда он ударился о воду, и некоторое время ничего не происходило. Потом я услышал кашель и фырканье.

— Тегид! Ты в порядке? — Я лег на живот и опустил факел как можно ниже.

— Холодно! — прокричал он, и эхо раскатилось где-то внизу. Я слышал, как он барахтается в воде, а затем бард крикнул:

— Бросай факел. Я прямо под тобой.

Я опустил факел насколько возможно и выпустил его из руки.

— Держи!

Я видел, как факел переворачивается в воздухе и был уверен, что сейчас огонь погаснет. Но нет, незадолго до того, как факел коснулся воды, из темноты вынырнула рука и ловко схватила факел. Тут же Тегид взмахнул им и крикнул:

— Есть! Я поймал!

Теперь я видел его улыбающееся лицо.

— Твоя очередь.

Он отодвинулся в сторону, а я сел на край отверстия, свесив ноги в пустоту. Тьма ощутимо давила на глаза, легким, как будто не хватало воздуха. По мне текла холодная вода. Еще немного, и я тут замерзну. Я оттолкнулся от края и полетел вниз. Ощущение полета в абсолютной темноте оказалось неприятнее, чем ожидалось. Мне казалось, что я падаю уже очень долго, и буду падать так вечность. Я как раз начал задавать себе вопрос, достигну ли я когда-нибудь дна, и в этот момент ударился о поверхность воды. Она сомкнулась у меня над головой, и я продолжал погружаться во влажный, темный, очень холодный водоем. Быстрее, чем ожидал, я почувствовал под собой каменное дно. Оттолкнувшись ногами, я взлетел вверх, и тут же попал под струю воды, льющейся сверху. Тегид стоял на краю бассейна и высоко держал факел. Я подплыл к нему; он подал руку и выволок меня из воды.

Что-то несомненно изменилось вокруг, словно мы действительно перешли из одного мира в другой. Тегид повернулся и при движении факела я заметил мимолетный отблеск на стене, словно искра мелькнула.

— И что теперь? — спросил я. Эхо заметалось по залу.

— Надо понять, где мы оказались, — ответил Тегид.

Мы обследовали помещение. Оно было круглым и явно неестественного происхождения. Напротив нас виднелся узкий туннель. Других вариантов не оказалось, и мы вошли в очередной проход. В стенах сверкали друзы серебристых кристаллов. Довольно долго мы спускались куда-то. Дважды по пути мне мерещились какие-то звуки, и я останавливал Тегида.

— Подожди! Слушай!

Мне казалось, что я слышу низкое ритмичное не то жужжание, не то гудение, похожее на мурлыканье большой кошки или храп животного. Через минуту у меня не осталось сомнений. Впереди что-то было. Я представил, как выпадаю из туннеля прямо в логово спящего пещерного медведя.

Туннель спускался все ниже, свет факела вспыхивал