Время, вперед! Гвардия будущего - Алексей Махров

Косарев вернулся из рейда только через три дня. По пути они уничтожили три ногайских становища и разогнали еще несколько. Ох, чуяло мое сердце, что в самое ближайшее время нам придется встречать гостей из степи с «ответным визитом». Хотя, в принципе, именно этого мы и добивались – заманить на минные поля и пулеметы большую часть взрослого мужского населения пашалыка.

Однако кроме радостных победных реляций Владислав привез и дурную весть: наследник крымского хана Корбан-Гирей выступил в поход со стотысячной ордой. К счастью для нас и к несчастью жителей центральных областей России, хан пошел на север. Мы срочно отбили радиограмму Скопин-Шуйскому, но он уже тоже выступил в поход, выполняя заранее составленный план. Однако реальность внесла в наш тщательно составленный сценарий свои коррективы – теперь вместо удалого рейда по тылам ему предстоял встречный бой.

Как только мы сообщили Владиславу об НЛО над Уралом, он сразу же попросил нас развернуть «окно», потом достал свой радиосканер и стал проверять эфир. Неожиданно Влад издал мычащий звук и начал судорожно жать сенсор настройки.

– Что случилось? – встревоженно спросил я.

– Универсальный пароль-запрос Атаманского полка! – почему-то шепотом, словно боясь спугнуть сигнал, ответил Влад. – Сейчас попробую ответить! Здесь есаул Косарев!

– Владка! Ты-то что здесь делаешь? – донесся из динамика мужской голос.

– Зюля?! – Косарев выглядел донельзя удивленным. – ты как тут очутился?

– Летел на «Память Меркурия» после выполнения задания, потом какая-то яркая вспышка, щелчок, и мы остались в одиночестве, – начал рассказывать невидимый «Зюля». – Прилетаем к точке рандеву, а там никого нет. Флот исчез! Мы туда-сюда, никого! Посылаем запросы – тишина! Ну, мы режим невидимости врубили и на север. Аж до самого Урала долетели! А здесь все чужое какое-то… Словно страну подменили. И эфир на наших частотах молчит. Хорошо хоть ты откликнулся!

– Еще один пробой реальности, – догадался я. – Дай ему наши координаты, пускай сюда летит! И этот свой «режим невидимости» не выключает! А то, не дай бог, какой-нибудь ретивый зенитчик попадется…

– Зюля, мы поняли, что с тобой случилось! – сказал Влад. – Давай дуй ко мне! Все объяснения после прилета! Скидываю свои координаты! Принимай!

– Понял, Владка! – ответил Зюля. – есть, координаты принял!

– Удачи! – сказал Косарев. – связь через каждые пять минут!

Влад переглянулся с Крюковым и негромко сказал:

– Кажется, нашего полку прибыло!

Потом Косарев с сомнением оглядел рамку «окна».

– Опасаешься, что этот ваш турболет не пролезет? – догадался я. – Вообще-то здесь «КамАЗ» с фурой со свистом пролетает!

– Вообще-то «Филин» длиннее фуры метров на пять да шире в полтора раза! – усмехнулся Влад.

– А размах консолей – десять метров! – с улыбкой добавил Крюков.

– Тогда мы можем воспользоваться «окном», через которое перегоняли сюда катера! – предложил я. – Надо только модулятор сигнала отсюда туда переставить. Время у нас есть? Сколько им сюда с Урала лететь?

– Если поднимутся в разреженные слои атмосферы и дадут максимальную тягу… – задумался Антон. – То… через час!

– Ни хрена себе скорость! – восхитился я. – Тогда нам надо поторопиться!

«Филин» пролетел через грузовое «окно» с изяществом бабочки. Только когда он сел на наскоро расчищенную площадку в порту, мы смогли оценить его габариты. Да… Машина откровенно впечатляла!

Внешне «Филин» напоминал увеличенный в размерах американский конвертоплан «Оспрей»[49]. Только вместо одной пары турбовинтовых двигателей турболет имел две пары разнесенных по длине корпуса реактивных. Впрочем, скорее не реактивных, а ракетных – двигатели были теми самыми «турбинами на холодной плазме», которыми в прошлом году хвастались Косарев и Крюков. Насколько я помню их объяснения, эти турбины работали на электричестве и потребляли в качестве «рабочего тела» дистиллированную воду.

Попавших в переплет бойцов оказалось три десятка. Это были здоровенные мужики в возрасте от двадцати пяти до сорока лет. Командовал ими хорунжий Игорь Зюлин – бывший сослуживец Косарева. Впрочем, старыми знакомыми Влада оказалось больше половины прилетевших, кроме самых молодых. Все-таки он прослужил в Атаманском полку больше десяти лет. Казаки, одетые в черные комбинезоны, похожие на шелковые трико, обступили Косарева. Кто-то радостно приветствовал его, хлопая по плечу, кто-то весело шутил. Ребята еще не поняли, во что их угораздило вляпаться…

Домой я вернулся почти в полночь. В спальне, перед горящим камином, на гигантской шкуре саблезубого тигра, припертой сюда из моей московской квартиры, лежала Маша, лениво пощелкивая клавишами раскрытого ноутбука. Приглядевшись, я увидел на дисплее схемы парусных кораблей. Машенька мудрила над чертежами корветов и фрегатов, из которых в будущем будет состоять наш флот.

– Ну и как тебе наши новые знакомые? – спросила Маша, не поворачиваясь.

– А чего, нормальные ребята! Песни поют душевные, – ответил я. Банкет по случаю прибытия гостей закончился два часа назад, казаков разместили в новой казарме, а офицеры расположились в коттедже, принадлежавшем Косареву и Крюкову.

– Еще бы им песни не петь, это после литра водки на рыло! – хмыкнула Мария. – Вы с Мишкой и Гариком тоже, как напьетесь, начинаете глотку драть. Я не про это… Куда нам их девать, вот вопрос? В двадцать первом веке их не легализуешь, такую ораву. Да и с тоски они там подохнут. Вон Крюков с Косаревым чуть с ума не сошли, пока ты им не предложил к нам присоединиться. А здесь три десятка солдат, которые, кроме убийства, ничего не умеют.

– Значит, оставим здесь. Нам хорошие бойцы нужны! – ответил я.

– Так-то хорошие, а вот куда пристроить эту суперкруть, я ума не приложу, – задумчиво сказала Маша, переворачиваясь на спину. – Пока ты с ними водку пил, я их потихоньку порасспрашивала о житье-бытье. Такое ощущение, что их там в каком-то питомнике растят. У всех одинаковые ответы на вопросы. Другой жизни, кроме войны, они себе не представляют. И учти: они еще не въехали полностью, куда попали. Что будет, когда они соображать начнут?