Король Терний - Марк Лоуренс

— Была попытка, — признался Фекслер.

— И что остановило? — спросил я.

— Ты одержим смертью, юноша.

— Ты не ответил на мой вопрос, — сказал я.

— Мне не позволено отвечать на этот вопрос.

— Мудрено! — я отступил назад и сел на нижнюю ступеньку. — Итак, что ты можешь сделать для меня?

— Я могу ответить на три вопроса.

— Как джин из лампы.

— Да, но только он исполнял желания. У тебя осталось два вопроса.

— Это было утверждение, а не вопрос! — возмутился я и закусил губу. — Ты можешь поклясться, что дашь честный ответ?

— Нет. У тебя осталось два вопроса.

Черт.

— Расскажи мне об огнестрельном оружии, — попросил я.

— Нет. У тебя остался один вопрос.

— Покажи мне, какая в этой комнате самая полезная и компактная магическая вещь, изобретенная Зодчими, — попросил я.

Фекслер пожал плечами и показал на нечто, что можно было бы назвать клапаном на почерневшей машине. Я подошел и принялся внимательно изучать клапан. Нет, не клапан. Нечто иное. Вдавленное кольцо.

— Трудно назвать компактным.

— Покрути его, — сказал Фекслер.

Я вытер кольцо рукавом. Серебряное кольцо около трех дюймов в диаметре поверх усеченного цилиндра. Неглубокий желобок по краю обеспечивал возможность движения. Я повернул. Кольцо оказалось таким тугим, что пришлось приложить немало усилий.

Ничего не произошло.

Я еще повернул. На этот раз кольцо поддалось легче. И еще. Так я повернул кольцо несколько раз, пока оно не оказалось у меня в руке.

— Красивое, — сказал я.

— Посмотри в кольцо, — сказал Фекслер.

В первую секунду я ничего не видел, но затем закружился голубой круг, заполненный белыми рисунками, замысловатыми, с четкими деталями. Он напомнил мне снежный шар Аларика.

— Чудесно. Что это? — спросил я.

— Твой мир. Так он выглядит, если смотреть на него с высоты двадцати тысяч миль над землей.

— Не дай Бог упасть с такой высоты. А что такое белое вращается?

— Погода формируется.

— Погода? — Казалось невероятным, что я могу смотреть на облака сверху, и не просто смотреть, а видеть полный цикл их образования. — Погода на какой день? На один из твоего далекого прошлого?

— Сегодняшний день.

— А это не нарисованная картинка?

— Ты видишь твой мир. Таким, какой он есть, — сказал Фекслер.

Я повернул кольцо и полетел — по крайней мере, такое у меня сложилось ощущение. Вначале вниз, потом налево, как орел летает. Конец завитка огромного облака закрыл обзор, а потом я далеко внизу увидел землю, поблескивавшая нить вилась по просторам зеленого и коричневого. Меня сильно качнуло, но я сумел удержаться на ногах.

— Я вижу реку! — Древний инстинкт включился. Сомнения заставили отнять кольцо от глаз, и видение исчезло. — Почему?

— Что «почему»? — спросил Фекслер.

Я крутил в руке кольцо.

— Остерегайся подарков, которые дарят призраки. Так говорят.

— Для тебя это темный лес, но в основе всего звук. — Фекслер нахмурился. — В тебе есть что-то, что меня интересует. Похоже, ты глубже, чем кажешься. Не каждый день сюда по ступенькам спускается поле битвы.

— Поле битвы?

— Ты — соединение двух противоположных форм энергии, юноша, одна сторона у тебя светлая, другая — темная. У этих энергий есть свои термины, но понятий «темный» и «светлый» сейчас вполне достаточно. Пройдет какое-то время, и эти энергии разорвут тебя на части. Вполне реально разорвут. Это экспоненциальный процесс, и конец будет неожиданный и бурный.

— И ты знаешь причину? — Я внимательно рассматривал кольцо.

— Это урок жизни, Йорг. То, во что ты вглядываешься, вглядывается в тебя. Кольцо сканировало твой мозг мгновенно и детально.

При этих словах я стиснул зубы. Кому понравится, что его измеряют и классифицируют.

— Но ты обнаружил это неожиданно, случайно, ты ведь не искал этого?

— Ты знаешь, что я искал. — Фекслер улыбнулся. — Возможно, ты ради меня взял в руки это кольцо.

Я достал свою медную шкатулку. Вдруг показалось, что она задрожала у меня в руках. Кольцо звякнуло, прилепившись к шкатулке, словно у меня в руках было два магнита. На мгновение тело Фекслера запульсировало ярче и интенсивнее.

— Интересно, — сказал он. — Примитивно и грубо, но умно. Даже замечательно.

Кольцо и шкатулка разлепились, удовлетворенные друг другом. Фекслер уставился на меня внимательным взглядом.

— Я могу помочь тебе, юноша. Огонь и смерть глубоко засели в тебе. Назовем это магией. На самом деле это не магия, но процесс пойдет легче, если мы это так назовем. Твои душевные раны зацепили два магических воздействия, каждое из них тянет тебя в свою сторону, к тому источнику, из которого оно возникло. Со временем каждое из них утянет тебя, превратит в нечто, на тебя совершенно не похожее, в то, что уже не будет человеком. Ты меня понимаешь?

Я кивнул. Ферракайнд и Мертвый Король ждут меня, каждый в своем аду.

Взгляд Фекслера остановился на шкатулке, которую я крепко сжимал в руке.

— Тебя спасает только то, что эти магические воздействия находятся в оппозиции друг к другу. Хотя довольно скоро это противодействие разорвет тебя.

Он ждал, что я заговорю, начну умолять его помочь мне. Но я хранил молчание и наблюдал за ним.

— Я могу помочь тебе, — повторил Фекслер.

— Как?

На его лице вспыхнула нервная усмешка.

— Уже сделано. Обе силы я упаковал в эту интересную маленькую коробочку. Она значительно сильнее тебя. Она может удерживать эти силы бесконечно долго. И пока она их держит, процесс остановлен, ни одна из сил не сможет ухватиться за тебя покрепче или утянуть к своему источнику.

— И что ты хочешь за этот… подарок? — спросил я.

Фекслер отмахнулся от моего вопроса, как от навязчивой мухи.

— Просто помни об этом, Йорг Анкрат. Не открывай эту коробку. Откроешь, и моя работа насмарку. Откроешь, и тебе конец.

Шкатулка вспыхивала и сверкала у меня в руке.

— У Пандоры был подобный ларец.

Я поднял глаза, ища Фекслера, надеясь, что он разделит со мной шутку, но он исчез. Я молча стоял несколько минут. Один. Держал в руках шкатулку и кольцо. От призрака я получил ответы не на три вопроса — больше, и теперь мне хотелось задать ему тысячу вопросов.

— Вернись. — Это прозвучало глупо.

Призрак не вернулся.