Еще один человек - Алексей Штейн

М-да. Печально было бы сдохнуть от рук полоумной бабки с берданкой, рассекающей по всему городу на автокране… Сюрреализм полный. Только одно приходит в голову: «Какая нелепая смерть!»

– А еще вот он сегодня как раз и навел на этих выживших. – Иван все нахваливает меня, прям как будто сплошь его заслуги, забавно…

– Ну? Молодец! Карабин тебе завтра привезут. А сегодня есть задание. Сколько тебе надо времени для готовности?

– Минут десять. Вот, – указываю за спину, – чаек, бутики употреблю, оправлюсь – и готов. Ну… патронов разве подкинете…

– Патроны будут. И не только. И одежку тебе примерно по размеру прикинули, привезут, и еще. И поесть сейчас, и кроме чая организуем. Полчаса до приезда, там подробнее расскажу. А пока, в общем, все слушайте, чтоб дважды глотку не драть…

И пока я заглатываю чай с бутербродами и какой-то кашей, поданной мне в крышке от котелка, майор рассказывает об обстановке. Обстановка грустная. Выживших все меньше. Сроки подходят, когда еще можно продержаться. Плюс хищников все больше. Ну или, может, и не больше, но они умнеют и становятся все активнее. Эвакуация заканчивается, по расчетам: кто выжил, обозначил себя так или иначе, казусы вроде сегодняшней старушки, которую, со всем ее обществом живых и мертвых, уже увез автобусик, – редкое исключение. Так что – это он уже больше мне – сегодняшнее задание, похоже, последнее.

Утвердительно-одобрительно хрюкаю, поглощая гречку с тушенкой: мол, что за вопрос! А майор продолжает рассказывать, как кто устроился, где сколько народу – и выходит так, что по-за кольцом и в Кронике собралось прилично народу. Прилично, конечно, по нынешним меркам. Но все же. И в городе в Петропавловке несколько тысяч. Услышав про Петропавловку, невольно мрачнею. Старательно загоняемое внутрь, трамбуемое ежедневным – поперло наружу как тесто на дрожжах. Чтобы отвлечься, благо потребление пищи завершил, вклиниваюсь с вопросом о сегодняшней поездке, но майор говорит «подожди». Ладно, подожду.

Минут через пятнадцать от кольцевой показывается машина. Уазик… нет, газик старенький, шестьдесят девятый, открытый и гламурный до беспредела. Черный, с хромом, весь при всем…

– О, летит… пархатая бестия, – усмехается майор. – Такого кадра вы, поди, еще не встречали. Изенька-шобь-ты-сдох. Ща начнется.

Газик приближается и лихо, со скрипом, тормозит. Из-за руля картинно, не открывая дверцы, выпрыгивает фигура… Да, это точно, такого вживую я еще не видел. Мелкопятнистый камуфляж, ремни-подсумки-портупеи, кобура на поясе, за спиной ранец, на голове кепи, в перчатках, в руке автомат. Чисто эсэсовец-разведчик или там парашютист какой из кино. И морда типично киношная – лицо эдакое «хищное», нос орлиный… Немец какой, что ли?

– Прошу любить и жаловать – Израиль Соломонович Зондерюден, собственной персоной, – изрекает майор. – Отдельный еврей особого назначения, по совместительству недобитый фашист.

– Таки Виктор Григорович! Я за прошлый раз помню, но таки поверьте, в иной раз можете и не успеть на прием поймать! Изя, сцуко, злопамятный, как слон.

– Как истинно семитский слон! – смеется майор. – Давай к делу. Вот тот, с кем ты поедешь…

Опа, вот так новость. Ну да ладно… Ща разберемся…

– Это? А шо, оно таки могет? Оно хоть команды-то знает? Ну там сидеть, лежать, фас, профиль… А то иначе как?

От падла. Ну погоди. Будешь тут выделываться, я себе цену теперь знаю – лишнего не возьму, но и своего не отдам.

– Знаю, эсэсман хренов, команды и тебя, блин, так и быть, научу. Только «дай лапу» не стану учить – кому твои фошиздские грабки нужны? Обойдемся.

На секунду повисла тишина, а побелевший Изя, брякнув автомат на капот газика, с ходу рванулся ко мне, весьма сноровисто. Ага, щаз. Комплекции он моей примерно, так что прокатит. Делаю старый трюк – поймав момент, изворачиваюсь и сгибаюсь, нанося «удар копчиком». Изя такого не ожидал – и летит натурально чуть ли не кубарем. Вскакивает, бросается вновь… а я стою, сложив лапки на груди. И вокруг – веселый ржач. Поневоле ему приходится остановиться.

– Ну как мне им командовать, товарищ майор? Он же на ногах не стоит!

– Да я тебя сейчас, сволочь…

– А-атставить! Изя, ушел в обратно. – Это включился майор.

– Да он, тварюка, ща у меня…

– Я сказал – отставить. Старшим идет он. Ты на подмоге. Все ясно?

– А таки с чего это, а?!

– А с того это. Что ты ни разу без брони в там не был, а он уже не первый раз едет в туда, и что характерно – постоянно и в обратно, понял? И ездил все один.

Задор Изи как-то угас. Проворчав что-то насчет «сочтемся», отходит к машине. Впрочем, мы с майором и Иваном подходим туда же… и, как ни странно, спустя полминуты общаемся вполне нормально. Как, смеясь, изрек майор – «ритуальный танец исполнен, можно хлопать». Изя вполне нормально общается и, по ходу, даже рад, что не он старший. А я только сейчас соображаю, что оно мне тоже бы на фиг и не надо. Ничего хорошего быть старшим. Естественно, потрепавшись в общем, все же уцепил Изин автомат. Самый настоящий «шмайсер», гляди-ка! И патроны самые настоящие в магазине. И пистолет – ну, естественно, парабеллум. Тоже вполне боевой. Откуда еврей в Питере взял нулевые по виду и вполне рабочие «шмайсер», парабеллум и патроны к ним – спрашивать бесполезно. Во-первых, и так ясно, а во-вторых, все равно не скажет. Да, понтовый пацанчик, нечего сказать…

В машине оказывается и кое-что для меня. Одежда, правда, на размер побольше – та самая «горка», – ну, сойдет. Вдогонку к ней – хорошие кожаные краги. И шлем.

Шлем фашистско-натовского вида, но пластиковый и очень легкий. Майор говорит, что это противоударный, по форме как настоящий, но от пуль не спасет. Но от всякого остального – запросто, и весит вдвое почти меньше, всего восемьсот граммов.

Ну, в общем, то, что надо. Споро переодеваюсь – и теперь выгляжу очень и очень «по-настоящему». Хотя закралась мысль, что отчасти уже и стал настоящим, немножко.

Еще в машине были менее безопасные гостинцы. Сначала попроще – целая коробка фальшфейеров – ну эт я еще знаю. Хорошая придумка, ясно все.

А потом – четыре штуки гранат. Такие консервные банки с трубочкой. Майор сказал, что это со склада, эргэ-сорок два, старые, но хорошие.

И уже с запалами. Под снисходительным взглядом Изи майор объяснил мне, где чего прижать-дернуть и как кидать. Ясно, не тупой, разберусь. Советует использовать против плотных групп зомби, например в коридорах, но не забывать укрыться самому. Ладно… посмотрим. По две гранаты на человека и по паре фальшфейеров – их Изя сунул просто под ремень, а я под резинку рукава куртки. Вроде нормально. Однако такие приготовления не радуют – и еще меньше радует щедрость, с которой меня одаривают патронами: десять кубиков пистолетных, десять автоматных. Изя ворчит что-то, но, похоже, ему патроны за свой счет. Впрочем, и у него немало. Самое время прояснить, что за радость ждет впереди. А то как-то нехорошо уже знобит… и вообще стоять тут на сквозняке холодно.