Волчьи тропы - Андрей Фролов

— Мы победили?

— Да, конунг, — Рёрик заботливо укрыл его своим медвежьим плащом, шерсть которого была заляпана кровью самого северянина и убитых им врагов, — молчи, не разговаривай. Ты, конечно, поправишься, но дай вакцине спокойно делать ее дело, хорошо?

— Заряды, Эйвинд…

— Да, да, — Рёрик нахмурился, — молчи, Торбранд, не обижай своих героев, делая из них идиотов. Мы и сами разберемся, что к чему…

— Да… Вы герои, — ломая пересохшие губы, прошептал Торбранд, — таких как вы давно не носила земля Мидгарда… Одноглазый улыбается, поднимая за нас всех "полную чашу… — И вожак замолчал, наконец-то провалившись в спасительное небытие.

— Хорошо, — вздохнул Рёрик, вставая на ноги, — Атли, обеспечь охрану периметра! Хельги, займись уцелевшими машинами, собери все возможные трофеи, найди пояс с инструментами, что оставил нам Оттар, и возьми несколько проб тканей. Например, с Сурта… Ивальд поможет тебе. Орм, подлатай наших и осмотри пленников, может, кто-то из них еще немного похож на человека… Эйвинд! Ирландец! Не спать! Давай сюда, нужно быстро установить заряды…

Раумы засуетились в завоеванном зале, с трудом передвигая каменеющие ноги. Собирались винтовки из арсенала базы, патроны, съемные диски с компьютеров, пробы крови и тканей. Орм, пользуясь навыками сапожника, нехитрыми стежками затягивал свежие шрамы раненных в битве раумов. Эйвинд и Рёрик, снуя между остатками ракет и станками, крепили детонаторы и заряды. Тишина, главный житель подземелья, законно наполнила «Исток».

И вдруг вновь ударил гонг. Точнее, даже не гонг, а нечто на него очень похожее, беззвучно сотрясая стены и потолок зала, а из проходов, где на страже стояли Атли, Хлёдвиг и Арнольв, неожиданно ударило едким запахом серы. Заключенные, среди которых Орм так и не нашел даже проблеска человеческого сознания, беспокойно зашевелились в своем углу, бросаясь на прутья клеток.

Ивальд, учуявший поток подземного ветра даже через добрую половину зала, неожиданно вскочил на ноги, роняя наполненную великанской кровью пробирку. Не успела, осесть в пыль тишины докатившаяся до людей вибрация, как дверг уже был возле Рёрика, от волнения ломая в пальцах тяжелую пряжку ремня.

— Нужно уходить, и как можно скорее, ярл!

— Спокойно, — Рёрик обернулся, передавая ирландцу заряд, — что случилось?

— Этот запах, этот звук. — Кузнец повертел головой, осматривая выходящие в зал коридоры.

— Что-то серьезное? — Рёрик уже поднимался из-за мертвого разборочного станка, перешагивая через убитого оператора, вживленного прямо в механизм.

Ивальд уверенно затряс головой.

— Это Червь… Огненный Червь… и он движется…

— Сюда? — Рёрик встревожено обернулся.

— Ну а куда же еще?!

— Раумы! Быстро всем сворачиваться! Хальвдан, Хельги, Арнольв, ко мне, мы несем конунга. Атли, прикрываешь с остальными отход. Ивальд, быстро ищи коридор, будешь выводить нас отсюда!

Северяне вновь сошлись у дальней стены, а вибрация, сотрясавшая стены, стала гораздо более отчетливой и постоянной. Расстелив на окровавленном полу несколько плащей, раумы осторожно перенесли на получившиеся носилки тело Торбранда. В этот момент конунг неожиданно открыл глаза.

— Что происходит, Атли? Арнольв?

— Червь, — ответил первый, — вероятно, идет на зов Сурта. Ивальд услышал его, и мы собираемся уходить…

— Червь? — переспросил Торбранд, затем нахмурился, со стоном приподнялся на локтях и осмотрел усеянный трупами зал. — У нас есть убитые?

— Нет. Кроме Торкеля…

— На какой срок установлены взрыватели?

Эйвинд немного помялся перед ответом, но тут же подсчитал:

— Уже меньше, чем через два часа.

Не обращая внимания на разговор конунга с ирландцем, викинги осторожно, но торопливо начали поднимать скрепленные плащи.

— А ну, стойте! — скомандовал Торбранд, хотя его уже никто не слушал. — Я сказал, стойте! — громче рявкнул он, едва удержав стон.

Носильщики замерли.

— Нужно спешить… — негромко пробормотал Ивальд, уже не находящий себе места.

Столетний страх подземников перед Червями пробивал кузнеца даже через личину бесстрашного северянина. Запах серы стал значительно сильнее.

Конунг махнул рукой.

— А ну, опускайте меня обратно!

— Чего?! — Хальвдан повернулся к вождю так резко, что затрещали швы плащей.

— Я сказал, опускайте обратно! Повторить?!

— Что ты задумал, Торбранд?! — На лбу Рёрика появились морщины, он приблизился, тяжело дыша. — Мы не можем медлить, ведь ты не хуже любого из нас знаешь, что такое…

— Я не хуже любого из вас знаю, что любой альв, даже в возрасте зародыша, может легко разгадать ментальный след ирландца и через полчаса уже отключить установленные нами взрыватели!

Раумы окаменели, разглядывая конунга словно в первый раз.

— Значит, — Рёрик посмотрел Торбранду в глаза, — ты и не собирался?

— Я принял это решение, когда сразился с Суртом, — спокойно ответил тот и продолжил, обводя взглядом всех: — Сейчас вы уйдете. Уложите меня вон там, оставите патронов, перенесете ко мне тело Торкеля и уйдете. Шумно, так, чтобы отвлечь Червя, а когда молодняк турсов явится сюда, чтобы разминировать боеголовки, я остановлю их…

— Мы не можем бросить тебя!

— Только давайте вот без этого! — Торбранд то ли поморщился от боли, то ли просто состроил гримасу. — Я пока еще жив и пока еще ваш конунг, а посему это мой приказ! Вы все поняли? Это приказ!

— Я останусь с тобой… — Все повернулись, уставившись на Арнольва, а тот лишь пожал плечами: — Я останусь с тобой, чтобы на всякий случай подстраховать… Вдруг Червь явится именно сюда?

— А почему ты один? — В голосе Хлёдвига слышалось возмущение. — Тогда я тоже останусь! Вдруг…

— А ну молчать! — Голос конунга был слаб, но все еще резок. — Я сказал, что уйдут все, кроме меня! Хотите обидеть меня, воспользовавшись моей беспомощностью?!

— Потом хоть всех по очереди на хольмгангах, — горя глазами, гнул свое Хлёдвиг, — а сейчас мы тебя вынесем. А у взрывателей останусь я!

— Молчи, Хлёди, не позволь более своим устам оскорбить меня и мой род. Я сказал свое слово, и так же, как следовали вы ему многие зимы, поступите и сейчас. Унесете меня — покину длинный дом, прокляв на прощание тех, кто лишил меня чести отправиться к Одину… Арнольв, спасибо тебе, преданный друг, но уходи и ты, я справлюсь…

Хлёдвиг, сраженный речью вождя, опустил глаза, а конунг закашлялся, сплевывая вязкую кровь.

— Ивальд выведет вас к лестницам. Правда, кузнец, тебе ведь можно доверять? А потом «Слейпнир» и дорога домой… Мы славно потрудились, делая свою работу… Рёрик, возьмешь на себя переговоры с Любимом… Расскажешь ему, что тут творилось на самом деле.