Победа на Янусе - Андрэ Нортон

Разведчик с осторожностью охотящейся кошки пересек приемную, шум снаружи заглушал звуки его движений. Но стражника, должно быть, предупредил какой-то инстинкт. Он повернул голову, увидел Ланти и, крикнув, попытался повернуться и направить на разведчика бластер.

Слишком поздно! Что именно сделал Ланти, Чарис не знала. Но удар он нанес явно не обычный. Охранник упал, бластер выпал из его руки и заскользил по полу. Чарис прыгнула, и пальцы ее сомкнулись на рукояти этого отвратительного оружия. Выпрямившись, она бросила его Ланти, и тот легко поймал.

Они увидели сцену дикого смятения, хотя их взору открылась только небольшая часть базы. Люди в желтой форме укрывались, полосуя воздух лучами бластеров. Очевидно, они пытались отразить какое-то нападение сверху. Справа от входа в купол лежали, мертвые или без сознания, два самца вайверна. Во всех направлениях валялись обожженные щелкуны.

— Сюда… — Ланти указал на купол, около которого лежали вайверны.

Но если попытаться добраться туда, они станут целью тех, кто бластерами отгоняет щелкунов. Шум нападения стихал; меньше тел падало на землю. Чарис видела, как Ланти сжал губы, лицо его стало мрачно. Она поняла, что он готовится к действиям.

— Беги! Я тебя прикрою.

Она на глаз измерила расстояние. Недалеко, но ей показалось, что открытое пространство тянется бесконечно. А что самцы вайверны? Те, которых она видит, неподвижны, но могут быть и другие.

Чарис прыгнула, выскочив на открытое место. Услышала крик и шипение бластера. Ей чуть обожгло руку. Она закричала, но удержалась на ногах и пробежала в дверь, споткнувшись о тело вайверна. Упала внутрь и тем самым спасла себе жизнь: над ней пролетело копье. Она перекатилась и остановилась у стены. Оттолкнулась от нее, чтобы посмотреть на нападающих.

Самцы вайверны, их трое, двое с копьями, один с садистской медлительностью поднимает оружие. Вайверн наслаждается ее страхом и тем, что сейчас он распоряжается ситуацией.

— Ррррррууггггх!

Вайверн, уже готовый к броску, повернулся к двери. На туземцев накинулся рычащий пушистый шар. Они завопили, отталкивая росомаху. Но животное, воспользовавшись внезапностью нападения, пронеслось мимо них и исчезло в соседнем помещении.

— Чарис! Как ты?

К ней подскочил Шенн. На уровне ребер его мундир дымился, и он бил по нему левой рукой.

— Поразительно плохой выстрел для человека компании, — заметил он.

— Может, им приказали не убивать. — Чарис пыталась вернуть самообладание. Но хоть она и встала спиной к стене, продолжала смотреть на самцов, пораженная, что они еще не пустили в ход копья. Должно быть, их потрясло появление росомахи.

Шенн пригрозил бластером троим самцам.

— Двигайтесь! — коротко приказал он. Выражение глаз туземцев показало, что они хорошо представляют себе, на что способно это оружие.

Они отступили из небольшой прихожей в главное помещение купола. Тут стоял большой коммуникатор, но один взгляд сказал Чарис, что они не смогут им воспользоваться: установка сожжена бластером, она почти расплавилась.

Но она не единственная в помещении. На импровизированном основании из упаковочных ящиков стоит сложная машина, на которой мигают огоньки. Рядом с ней шесть самцов вайвернов. Они словно греются от холода у костра. Они подняли копья, но увидели бластер в руке Шенна.

— Убьем! — Это слово, полное ненависти, проникло в сознание Чарис.

— И умрете сами! — ответила Чарис той же мысленной речью.

Головы, с заостренными мордами, увенчанные гребнями, качнулись. Удивление, тревога, страх — все это окружило самцов и мерцало, как огоньки на машине, которую они охраняли.

Ланти может сделать только одно: уничтожить машину вместе с самцами. Они защищают ее своими телами. По мнению Чарис, туземцы готовы умереть таким образом. Но единственная ли это возможность?

— Должна быть лучшая, — ответил на ее мысль Шенн.

— Убейте! — Это не самцы. Требование свирепое и четкое. Из-под обломков коммуникатора показался Тагги.

— Сюда! — Маленький черный клубок устремился к Чарис. Девушка наклонилась и подняла Тссту. Сидя у нее на руках, кудрявая кошка немигающим взглядом осмотрела самцов вайвернов.

— Мы умрем — вы умрете!

Четкое предупреждение. Но вайверн, который послал его, не поднял копье. Напротив, положил четырехпалую руку на установку.

— Это серьезно. — На этот раз Ланти воспользовался звуковой речью. — Там должна быть кнопка, которая все взрывает. Отойдите! — Он отдал мысленный приказ и взмахнул бластером.

Туземцы не пошевелились, их упрямая решимость ответила на приказ Ланти. Сколько будет длиться такая ничья? Рано или поздно появятся люди компании.

Чарис опустила Тссту и вернулась в прихожую. Однако хоть она смогла прикрыть наружную дверь, никакого замка у нее не оказалось. То место, куда прижимают ладонь, теперь превратилось в почерневшую дыру.

— Убей колдунью! С тобой мы договоримся.

Она отчетливо услышала эту мысль, возвращаясь в помещение связи.

— Ты как мы. Убей колдунью и будь свободен! — обратился самец к Ланти.

Тссту зашипела, прижав уши к круглой голове; попятившись, она прижалась к Чарис. Тагги зарычал со своего места рядом с Ланти, в его маленьких глазах горел боевой огонь.

Туземец взглянул на животных. Чарис уловила его нерешительность. Шенна вайверн мог понять; Чарис он ненавидит, потому что в его представлении она едина с колдуньями, всегда обладавшими Силой. Но связь с животными для него неожиданна, и он боится.

— Убей ведьму и тех, кто с ней. — Он принял решение, объединив незнакомое с Чарис. — Будь свободен, как мы.

— Вы свободны? — Откуда-то Чарис черпала слова. — За пределами этой комнаты, там, куда не достигает эта машина инопланетян, разве вы свободны?

В желтых глазах горячая ненависть, рычание отвело чешуйчатые губы от клыков.

— Свободны ли вы? — подхватил Шенн, и Чарис с готовностью уступила ему руководство. Для самцов вайвернов она символ того, что они ненавидят. Но Ланти мужчина, и для них он не враг.

— Еще нет. — Трудно признавать правду. — Но когда умрет колдунья, мы будем свободны.

— Но, может быть, не нужно убивать и умирать.

— О чем ты думаешь? — вслух спросила Чарис.

Ланти не взглянул на нее. Он напряженно смотрел на предводителя вайвернов, как будто удерживал туземца на месте одной силой воли.

— Мысль, — сказал он, — всего лишь мысль, которая может решить проблему. Иначе все кончится настоящей кровавой бойней. Ты думаешь, теперь, когда они узнали, что может сделать для них машина, эти самцы когда-нибудь перестанут быть потенциальными убийцами своего же рода? Мы можем уничтожить машину — и их, но это было бы поражением.