Тень темной королевы - Раймонд Фейст

Накор взмахнул рукой, бросая офицеру свою скатку и заплечный мешок.

Он давным-давно усвоил, что человек, который не хочет, чтобы к нему приставали мелкие чиновники, должен прежде всего держаться как можно увереннее. Офицер на дальнем конце причала, разумеется, не узнал Накора: рабы не люди, и никто не обращает на них внимания.

Но сейчас Накор уже не был похож на раба. Прошлой ночью он улизнул из барака до вечерней проверки, чтобы утром подсчет сошелся, и всю ночь как ни в чем не бывало ходил по лагерю от костра к костру, смеясь и болтая. Ближе к рассвету, достав из укромного места свои пожитки, Накор переоделся и вернулся к бараку. Вслед за рабами он вышел на мост. Охранник не успел раскрыть рта, как Накор дружески хлопнул его по плечу: «Доброе утро!» и швырнул офицеру на том берегу свои вещи: «Эй, лови!»

Офицер машинально поймал их и тут же брезгливо отбросил в сторону, словно они были заразными, а Накор тем временем перепрыгнул с недостроенного моста на северный берег и сразу заговорил:

— Не хотел рисковать этим узлом, приятель. В нем важные бумаги.

— Важные?.. — недоуменно спросил офицер, пока Накор подбирал мешок и скатку.

— Ну да. Тут назначение моему капитану.

Офицер заколебался, и это было его ошибкой, ибо Накор скользнул за проезжающих мимо кавалеристов, а когда они проехали, исчез, как сквозь землю провалился.

Офицер закрутил головой, но не обратил внимания, что в нескольких футах от него у потухшего костра, где спали шестеро наемников, появился седьмой.

Накор лежал, замотавшись в плащ, и даже, кажется, немного вздремнул. Приблизительно через час он услышал голоса и открыл глаза. Один из солдат проснулся и сидел рядом, позевывая. Убедившись, что одураченный офицер смотрит в другую сторону, Накор вскочил на ноги, бросил полусонному наемнику: «С добрым утром», и поспешил туда, где, по его расчетам, должен был быть лагерь Кэлиса.

* * *

Эрик сидел в нескольких футах от Кэлиса, де Лонгвиля и Фостера и чистил меч. Кэлис только что вернулся из офицерской палатки возле моста, но понять, доволен он разговором с командованием или нет, было нельзя: выражение его лица, как всегда, оставалось невозмутимым.

Но внезапно оно переменилось; вскочив, он в напряженном ожидании уставился куда-то и, проследив за его взглядом, Эрик увидел Накора.

Коротышка едва передвигал ноги, но на его губах играла обычная и, казалось, неистребимая ухмылка.

— Уф! — сказал он, тяжело опускаясь на землю рядом с Фостером. — Нелегко же вас отыскать! Уйма флагов с птичками, навалом палаток, и никто, — он махнул рукой в сторону соседних отрядов, — совершенно ничего не знает. Всем наплевать, кто с ними рядом.

Праджи, который лежал на спине и ковырял в зубах длинной щепкой, сказал:

— Им платят не за то, чтобы думать.

— Это уж точно.

— Что ты узнал? — нетерпеливо спросил Кэлис.

Накор наклонился вперед и понизил голос. Эрик напряг слух, как и его товарищи, бывшие рядом, — хотя все как один изо всех сил делали вид, что их это не интересует.

— Не думаю, что здесь подходящее место для таких разговоров, — сказал Накор. — И учтите — когда я расскажу вам о том, что увидел, вы пожалеете, что это узнали.

— Понятно, — сказал Кэлис.

Накор покачал головой:

— Мне-то понятно, но вы поймете, только когда услышите. Пока скажу лишь, что, если у вас есть план, как отсюда выбраться, сегодняшний вечер — самое подходящее время, чтобы его осуществить. У нас больше нет причин оставаться.

— Теперь мы знаем, где брод, и можем попробовать проскользнуть на ту сторону, сказав, что нас опять отправляют в патруль, — предложил Кэлис.

Накор снял с плеча мешок и вытащил украденные пропуски:

— Может быть, это поможет?

У Фостера и де Лонгвиля вытянулись лица, и Эрик едва удержался от смеха. Документы пошли по кругу, и наконец де Лонгвиль сказал:

— Не очень-то разбираюсь в этой тарабарщине, но выглядят они как настоящие.

— Они и есть настоящие, — сказал Накор. — Я свистнул их из шатра лорда Фэйдавы.