Приключения наемницы - Елена Звездная

— Естественно, нет, но не буду же я говорить об этом при твоих, иначе они опять за тобой припрутся!

Хелл тяжело вздохнула, смысла ругаться и кричать не было, браслет связи он ей все равно не отдаст, да и не возникало у нее желания подвергать опасности боевую четверку.

— И куда ты меня собираешься запихнуть?

Кайл улыбнулся, весело подмигнул ей:

— Тебе понравится, тебя ждет Конкурс невест!

— На Тшхессе? — Хелл застонала: теперь она поняла, на кого стала похожа. — Кайл, это безумие, я не пройду по Конкурсу!

— Насчет этого не переживай, мне просто нужно, чтобы ты отследила того, кто отчаянно убивает невест каждые три тшхессерских года. Кстати, операцию я готовил два года, и твоя невинность сейчас наш главный козырь. И Хелл, не приплетай своих сюда, их знают.

Девушка простонала громче и повнимательнее пригляделась к доспехам. На ней была изысканная паутинка из белого золота, украшенная бриллиантиками и жемчужинками — все в бело-серебристой гамме, совсем как волосы. Паутинка из металла сплеталась в изысканном узоре, приподнимая ее грудь и полуприкрывая ее, причем по сравнению с этим корсетом кружевное белье казалось грубым. Кайл словно понял, о чем она думает:

— Не переживай, я все уже подобрал.

— Надеюсь, игра стоит свеч? — грустно спросила Хелл.

— На кону восемь тысяч золотых. — (Хелл присвистнула.) Кайл продолжил: — И плюс договор о защите на двенадцать тшхесских лет.

Хелл мысленно просчитала, что это в три раза больше, чем земные годы.

— Так, все, я снимаю. — Галар подошел к ней и начал расстегивать свое творение. — Следи внимательно, мелкая, второй раз показывать не буду.

Она проследила — две жемчужинки сверху, золотистый цветочек внизу, в самом низу, и камешек бриллианта в композиции «цветочек с двумя листочками».

— Слушайте, — Хелл вдруг поняла одну очень важную вещь, — а походы по естественным надобностям в этом корсете предусмотрены?

Мужики переглянулись, почему-то они даже не рассмеялись и сальных шуточек не было.

— Видишь ли, Хелли, есть такая трубочка… — начал Галар.

— Кайл! Катись к чертям!!!

— Так вот, когда уйдешь из моего поля зрения, я тебе ее дам, по маленькому сходить сможешь. — У нее челюсть банально отвисла, а Кайл продолжил: — Так надо, Хелл.

— Что значит — так надо? Ты издеваешься?

— Он не издевается, — Галар аккуратно снял с нее конструкцию, — мы это специально сделали, чтобы тебя защитить… от излишне активных.

Хелл даже забыла увернуться от традиционного шлепка, которым Галар ее неизменно награждал после каждой примерки, находя в этом какое-то своеобразное удовольствие, за которое наемница уже мечтала оторвать ему руки.

— Это получается, что меня насиловать будут? — возмущенно спросила наемница.

Они оба промолчали.

— Так, ладно, сделаю вид, что я вам поверила и таки тоже опасаюсь за свою невинность, а сзади-то зачем закрыли?

— Эм, понимаешь, буренка моя… — смущенно начал Кайл.

— Туда тоже… насилуют. — Галар в отличие от приятеля смущения не испытывал.

— Так… это… только мужиков ведь… — Хелл покраснела.

Галар как-то странно посмотрел на Кайла:

— Она же наемница, вроде искусство соблазнения, или как там это называется, проходила.

— У нее даже один из высших баллов, — Кайл пожал плечами, — вот такой вот она уникум.

— Послушай, деточка, — Галар повернулся к девушке, — а ты вообще какие виды интимных отношений знаешь?

Хелл побледнела, потом поджала губы:

— Вообще-то я больше внимания уделяла искусству Черных Убийц, могу продемонстрировать!

Мужики синхронно вздохнули. Кайл швырнул ей одежду, и, пока наемница приводила себя в порядок, Галар с Кайлом, совершенно позабыв о ней, вдохновенно торговались. Одновременно с этим Кайл держал доспехи, пока мастер что-то еще паял. И кто из них уникум? Хелл прислушалась к «торговым переговорам».

Кайл: Триста! Ранин тебе в глотку, и больше я за это дерьмо не дам. Вот тут вот, еще этот цветочек поправь, чтобы не отвалился, да-а-а-а, красота.

Галар: Триста семьдесят, я на него столько времени убил, а материалы чего стоят. Я сказал триста семьдесят, и ни золотым меньше, иначе я его на твоих глазах на кусочки расплавлю. Кайл, ты же не шлюха после перепоя, держи ровнее, иначе я рисунок испорчу.

Кайл: Триста двадцать — крайняя цена. Или берешь, или я в твой дерьмовый притон ни ногой и девочку свою не пущу. Кстати, потом нужно будет, чтобы ты для нее еще двенадцать метательных кинжалов сделал, ну как ты умеешь, с идеальной балансировкой.

Галар: Кайл, засунь свои триста двадцать, я сказал, триста тридцать и ни монетой меньше. Кинжалы сделаю, через семь дней будут готовы, как раз для ее ручки с тонкими пальчиками.

Кайл: Пасть дерсенга тебе… твоя мать была… и бабку твою!.. По рукам, триста двадцать пять и разбежались.

И так у них всегда, в итоге оба сходятся на той цене, которую с самого начала и обговаривали, но как ей однажды сказал Кайл: «Ты ничего не понимаешь в торговле». С тех пор она всегда терпеливо ждала, пока они закончат, и никогда не мешала им поливать друг друга и родственников друг друга грязью.

Когда они вышли из мастерской Галара, мастер подхватил наемницу на руки.

— Кайл, — умел Галар говорить так, словно ее тут и не было, — как ты ее к наемникам отпустил? До сих пор понять не могу. Работали бы в паре, и меньше бы переживал за нее.

— Тахешесс! Тебе бы только с железяками возиться, а обучение наемников не твое дело, это процесс сложный.

— Сложный не сложный, умыкнут твое сокровище, будешь мне опять пьяные слезы по морде размазывать.

— Я те по морде дерьмо размажу, — весело пообещал Кайл.

Хелл не выдержала и попыталась вырваться из рук Галара, но мастер, несмотря на сопротивление, легко ее удержал, а затем вполне серьезно спросил:

— Хелли, ну чего ты? Мы тебя достали, да, мелкая? Ты уж прости стариков, иногда и перебросить пару матерных слов не с кем, а тут старый друг, ну как удержаться?

Наемница вздохнула, перестала вырываться, но все же пробурчала в ответ:

— Хороши старички — самые любимые клиенты всех публичных домов в округе.

До алгара они так и устраивали дружный ржач над ее словами, но едва Галар усадил девушку в кабину и закрыл двери, они начали говорить о чем-то серьезном, и лица были такими, что Хелл сразу поняла: Галар с чем-то сильно не согласен и спорит до хрипоты.

Кайл сел в кабину, настроение у него было ниже плинтуса, поэтому Хелл даже спрашивать побоялась. Они так в молчании и доехали до дома ниасе, и, когда он внес ее в гостиную на руках, его домработница тревожно заохала, начала хлопотать, но Кайл одним взглядом заставил ее испариться.