Последняя надежда - Сандрин Вольф

Внезапно кто-то постучал в стекло, отделявшее классный кабинет от коридора. Там стоял Мортимер МакГроу и жестами что-то показывал отцу. Парень со злой иронией поглядел на Оксу, по-прежнему подвешенную в воздухе двумя Лягвами. МакГроу подошел к стеклу.

— Есть, папа! Я все сделал, как ты велел, — сообщил Мортимер.

— Молодец, сын! А теперь уходи…

— Но, папа…

Он явно хотел что-то сказать еще. МакГроу обернулся, поглядел на Оксу и вышел в коридор.

И тут же юная пленница, в душе которой клокотала испепеляющая ярость, подстегиваемая гневом и Эксельсиором, воспользовалась промахом старого Изменника, призвав своих Кульбу-Горлана и Курбето-пуко. Она знала, что отец с Гюсом скоро будут здесь, но пока суд да дело, единственные, кто могли ей сейчас помочь, были эти два преданных существа, с которыми она не расставалась вот уже несколько недель.

— Помогите! — обратилась она к ним. — Не знаю, как, но очень прошу, помогите…

И тут же Кульбу-Горлан открыл изнутри «молнию» сумочки, вылез наружу, стремительно вскарабкался по левому боку Оксы ей на плечо и сильно царапнул зубами Лягву, которая, рыча, выпустила девочку.

Окса резко завалилась на бок, и освободившейся рукой выхватила из раскрытой сумки свой Гранокодуй.

С другой стороны Курбето-пуко слез с ее запястья и, быстро проползя к еще зажатому Лягвой локтю Юной Лучезарной, тоже весьма чувствительно укусил летучую лягушку. Та мгновенно отлетала в сторонку, громко жалуясь на недостатки его воспитания.

Операция «Освободим Оксу» заняла меньше пяти секунд! Юная Лучезарная, оказавшись на земле, была более чем готова к схватке с МакГроу. Чтобы не оставаться на открытом пространстве, она нырнула за парту.

— ОКСА! — гаркнул МакГроу, едва вернувшись в класс. — ОКСА! От меня не сбежишь, прятаться бесполезно!

Вместо ответа Окса глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и обвела взглядом помещение, разнося вдребезги все колбы и флаконы, стоящие на рабочих столах. Осколки ливнем посыпались к ногам взревевшего от ярости МакГроу. Химические реактивы, перемешиваясь при падении, образовывали едкий дым, а их брызги попадали на идеально начищенные ботинки учителя. Тот схватил первую попавшуюся тряпку и поспешно вытер дымящуюся обувь.

Окса же в это время чуть ли не по-пластунски сменила диспозицию, перескочив за другую парту.

— Я тебя слышу, маленькая дрянь! Слышу малейшее твое движение, слышу твое дыхание. Разве дорогой Леомидо — мой кровный брат — не сообщил тебе, что я владею даром Шепталки?

Окса, услышав эти слова, тут же метнула в краны, установленные на рабочих столах в середине класса, Магнито. Краны мгновенно открылись, и вода хлынула из них с такой силой, что ударила практически вертикально!

МакГроу, мокрый с головы до ног, тоже запустил Магнито, закрывая краны один за другим, но Окса их тут же снова открывала.

— Давай-давай, резвись, будет тебе сейчас!

МакГроу направился в глубину класса и опустил красный рычаг, перекрыв воду. Окса, мозги которой работали на полную катушку, на этот раз метнула Огнедуй — и прямиком в вешалку, на которой висели плащ и шляпа МакГроу.

— Довольна? Сожгла вещи любимого учителя? Неплохо! Вижу, Драгомира зря времени не теряла… Но это не бог весть что, по сравнению с тем, что тебя ждет, — бросил МакГроу с гнусным смешком. — А когда я, наконец, заполучу тебя, придет черед и этой старой мегеры…

И тут Окса выпрямилась, рискуя попасть под раздачу.

— Не смейте так говорить о моей бабушке!

И она дунула в Гранокодуй, нацелившись в МакГроу.

— Ах-ах-ах! Идиотка мелкая! Тебе еще учиться и учиться!

МакГроу уклонился от Торнадона, но полностью блокировать его воздействие не смог. Возникший из ниоткуда торнадо — маленький, но мощный, пронесся по лаборатории, сметая на своем пути оставшееся целым оборудование. Лежавшие на партах листочки веером разлетелись по классу, а лампы и выходившие в коридор стекла разлетелись вдребезги.

Окса, пораженная учиненным разгромом, нырнула под очередную парту, попутно разорвав форменные брюки о засыпавшие пол осколки колб. И сжалась в клубок, прикрыв голову руками. Увы, несколько запоздало…

Осколки стекла попали ей прямо в лицо! Девочка провела ладонью по лбу и щекам и, увидев на пальцах кровь, вскрикнула, больше от испуга, чем от боли. Испуг удвоился, когда она заметила над собой тень МакГроу…

— А, вот ты где! Говорил же, что я сильнее!

Он дунул в Гранокодуй, и Окса едва успела увернуться от летящего Гранока, пулей взмыв вверх. На сей раз она смогла вовремя остановиться и не «боднуть» потолок. Но МакГроу мгновенно ее догнал!

Они висели в воздухе в паре метров друг от друга, меряясь взглядами, как два готовых кинуться в драку хищника.

Окса, сердце которой грозило выскочить из груди, стойко держалась, стараясь изо все сил не отводить взгляда от мерзкого учителя. И ее усилия не пропали даром, когда она вдруг заметила, как из пылающих глаз заклятого врага вылетело нечто вроде молнии.

Девочка быстро крутанулась, чтобы избежать электрического разряда, с жутким треском влетевшего в стену позади нее. Изменник, по-прежнему вися в воздухе посреди комнаты, повторил попытку, и Окса спаслась лишь благодаря своей отчаянной гонке по стенам, по которым она мчалась и прыгала, уворачиваясь от молний. Сделав несколько полных кругов, девочка решила сменить тактику и сиганула прямо в центр кабинета.

И тут ее осенило: перед глазами Оксы предстала Малорана, пойманная в Хрустальной Колонне Осием и его приспешниками, какой девочка ее увидела через Оковид Драгомиры. Наверняка, это был эффект воздействия Эксельсиора…

Юная Лучезарная, широко расставив ноги и поднявшись на два метра над полом, с огромной скоростью начала вращаться вокруг собственной оси, превращаясь в настоящее оружие. Быстро почувствовав, как ее нога что-то задела, Окса, оставаясь в воздухе, прекратила вращение, чтобы полюбоваться результатом: МакГроу отлетел в дальний угол, снесенный Оксой-сан, грозной живой вертушкой!

Но триумф оказался недолгим… Непобедимый учитель резко открыл глаза и тут же поднес к губам Гранокодуй. Крошечная гранула понеслась как стрела.

Окса не сумела увернуться от Гранока, и, когда увидела свое колено, в ужасе вытаращила глаза, мгновенно поняв, что метнул в нее МакГроу: Быстрогниль! Она сгниет! Сраженная дикой болью, девочка грохнулась на пол, и под язвительной улыбкой МакГроу ползком спряталась за опрокинутой этажеркой.

Лабораторию теперь освещали только догорающий плащ МакГроу, свет из коридора и одна чудом уцелевшая моргающая лампа. Разлитые химические реактивы выделяли едкие удушающие пары, заполнившие все помещение, а в голову перепуганной Оксы начали закрадываться мрачные мысли.

Увидит ли она снова маму? Где Гюс? И где отец? Почему их еще нет? Может, Мортимер блокировал вход? Предстоит ли ей умереть? Да, она наверняка умрет тут, в этой разрушенной лаборатории, вдали от всех, кого любит… Через несколько минут все кончится, от нее останется лишь мерзкая куча гнили.