Печать льда - Сергей Малицкий

И Рин, который судорожно сжимал пальцами распоротый живот Орлика, увидел, что осыпаются пеплом все – и защитники Айсы, и скамы, и снова вышедшие по Дровяной улице к башне тарсы. А потом осыпаться пеплом, рушиться стал сам город.

Дома опускались в собственные подземелья друг за другом, будто кто-то толкнул крайний, и все остальные стали сыпаться туда, откуда они и выросли. Накренился и с грохотом рухнул в разверзшуюся землю Храм. Покосился и вновь обратился в развалины магистрат. Загрохотали осыпью подземные галереи Водяной башни. Опала погасшая свеча Кривой часовни. А потом вокруг стеной встало пламя.

– Я смогла, – раз за разом повторяла Айра.

Всего лишь нужно было выжечь ту связь, которая все еще оставалась внутри и которая соединяла эту Погань с той, что осталась там, откуда пришла Айра. Всего лишь выжечь, жаль только, что погасшая часовня не помешала разгореться поганому пламени, раскинувшемуся во все стороны. Жаль только, что Айсы больше нет.

– Будешь как новый, – сказал взмокший и усталый Рин Орлику, который тяжело дышал у ступеней Водяной башни.

– Да, – согласился вельт. – Ты становишься хорошим лекарем. Уже перестал брыкаться в обморок от каждого вылеченного пореза. Ты только точно скажи мне, уверен, что я не смогу пообедать сегодня?

– Скоро ужин, – вздохнул Рин и вытащил из мешка пояс Фейра. – Я понимаю, что это не заменит тебе обед, но уж больно хороший меч ты мне подарил! Вот тебе ответный дар.

– Да уж, – хмыкнул Арбис. – Ты и сам не знаешь, что за меч тебе купил вельт! Это ж ноготь демона! Да не такого, – колдун махнул рукой на неутихающее пламя, – а пострашнее! Редкая вещица! Даже меч Фейра, выкованный не на земле и не из стали, и тот не так дорог! Этим же можно и демона развоплотить! Беда только в том, что к демону невозможно подобраться!

– Для меня дар Рина Олфейна будет дороже любого меча, – уверил колдуна Орлик. – Хотя ты и загнул, конечно, насчет земли и неметалла! Я как-то служил у одного колдуна, так вот он тоже чуть что – сила небес, сила воды, а потом… Эх! Да и нечего подбираться к демонам, от них надо держаться подальше! Да ты, Рин, с поясом меч давай, с поясом. А это возьми. Забыл, что ли?

Орлик распустил ленту на рукояти меча и осторожно протянул Рину заколку. Из желтого камня торчали две тонкие иглы.

– Похоже на морской камень, – заметил Орлик.

Арбис посмотрел через плечо Олфейна и сердито поджал губы:

– Воину не к лицу распускать нюни.

– Что ты делаешь? – спросил Айру Рин. – Вспоминаешь? И кем ты была там, откуда пришла?

– Много кем, – прошептала опекунша. – И колдуньей, и рыночной воровкой, и матерью, и уборщицей трупов, и воительницей. Но сейчас я не вспоминаю, я готовлюсь. Еще не все сделано.

Она вышла из восточных дверей покосившейся Водяной башни через пару минут после внезапного удара колокола.

– Джейса! – закричал Рин, но девушка оделась языками пламени, и перед четверкой предстала совсем другая женщина.

– Гная! – завопил Арбис и юркнул в арку двери. Язык пламени почти догнал колдуна, но Айра остановила огонь. Она выставила вперед ладони, и в воздухе закружились снежинки, зашипели в языках огня и, падая на камень, начали обращаться в лед.

– Отдайте мне мальчишку, – произнесла женщина.

– Не верьте ей! – выкрикнул из убежища Арбис.

– Отдай Джейсу! – потребовал Рин.

Гная поправила рыжие волосы и рассмеялась:

– Ее уже нет. – Она вытянула ладони, и на камень посыпался пепел. – Двоим нам не было места. Осталось только это. Возьми.

– Зачем тебе все это? – провел рукой вокруг себя Рин.

– Мне все это, – она со смехом повторила его движение, – не нужно. Поэтому оно такое, что не нужно. И будет таким от горизонта до горизонта, куда бы ты ни пошел. Но тебя я буду беречь.

– Нет, – стиснул зубы Рин.

– Почему же? – Она сделала шаг вперед. – Поверь мне, стать отцом демона почетнее, чем последним отпрыском дома Олфейнов, который когда-то основал грязный и похотливый раб. Или тебе больше по нраву вот она? Так она не любит тебя! Да и у нее есть уже ребенок. Правда, она до него никогда не доберется. Но ведь так будет честно? Она разлучила меня с моим ребенком. Я разлучу ее ребенка с нею. Правда, я милосерднее, я не буду резать по живому.

Рин оглянулся. Айра сидела, стиснув зубы, и из глаз ее лились слезы. Орлик поддерживал ее за плечи, но силы оставляли внучку Сурры, заледеневший камень мостовой шипел и взрывался осколками при каждом шаге Хозяйки Погани, которая была красива, очень красива.

– Нет, – повторил Рин. – Мне больше по нраву Айра, даже если она ни разу не взглянет на меня больше!

– Тогда мне придется взять тебя силой, – улыбнулась Хозяйка Погани.

И тут время остановилось.