Дай мне руку - Остин Марс

— Так снимать или не надо?

Вероника закрыла глаза и кивнула, обошла его, помогла снять футболку и аккуратно сложила её, глядя на небоскрёбы и неон как на фентези-картинку с эльфами.

«Всё, никакого неона. Это другой мир, министр туда не помещается… а на мне очень хреново сидят вещи его мира. Мы слишком разные, как бы ни пытались, это нельзя подогнать по фигуре, надо просто бросать и искать что-то другое…»

— Вера? — Она с усилием вынырнула из неоновых мыслей и на секунду подняла глаза, увидела неожиданно серьёзный взгляд министра и отвернулась, он сказал: — Выберите вещи, которые хотите оставить себе, я куплю их на аукционе через посредников, чтобы все думали, что у вас не осталось ничего из вашего мира, и не пытались подослать воров проверить. Светить их на публике будет нельзя, зато можно будет ходить дома.

— Не надо, — она сложила футболку ещё раз, картинкой внутрь, качнула головой, пытаясь справиться с охрипшим голосом: — Ничего не надо оставлять, оно будет мне напоминать о моём мире и расстраивать, лучше избавиться от всего сразу и не травить душу. — Бросила футболку на стул и взяла рубашку министра: — Одевайтесь, Док заждался уже.

Он надел рукава, стал застёгивать пуговицы, а Вера всё стояла над ним, пытаясь прогнать из головы странные видения министра Шена в её мире, в любимых кафешках, на лавочках парков, на колесе обозрения… он не подходил, как плохо прифотошопленный, такой странный, с другими тенями, лишней резкостью.

«Я в его мире выгляжу точно так же. Пришелец. Хоть во что меня одень, хоть как меня назови — внешность обманчива, внутри я всё равно чужая, лишняя, неподходящая…»

— Вера, — он обернулся через плечо, заглянул в глаза, — всё в порядке?

— Да.

«Дзынь.»

Она опустила глаза, он встал и мягко положил руку ей на плечо, наклонился ближе:

— У вас будет всё, гораздо лучше, чем было в том мире. Не прямо сейчас, но обязательно будет. Вы мне верите?

— Да.

«Дзынь.»

— Зря. Я заставлю вас передумать, очень скоро. Идёмте.

Она кивнула, не поднимая глаз, прошла за ним к порталу, сцепила зубы от боли, когда он поднял её, глубоко вдохнула углекислый воздух ж/д вокзала, осмотрелась, с непривычной нежностью вбирая взглядом синие крыши автобусных остановок, яркие троллейбусы, золотой купол церкви, скрытой пышными деревьями, бесконечно-синее небо без единого облачка, от края до края, белую маршрутку, медленно подъезжающую ближе, недовольных людей в джинсах и синтетике, неоновые цифры номера маршрута…

— Вера!

Голова дёрнулась от удара, она крепко зажмурилась, потёрла сухие глаза:

— Я в порядке.

— Чёрт, я был уверен, что мы нашли способ, — с досадой прошипел министр, Вероника качнула головой:

— Нашли, всё нормально. Она меня не сбила, просто это длится долго. Не больно, просто долго. — Она подняла голову, попыталась изобразить успокаивающую улыбку, но он, похоже, не поверил, сжал губы и молча взял её за плечо, повёл к кабинету Доктора.

Док улыбнулся и кивнул им обоим, довольно сказал:

— Двейн идёт на поправку, спасибо за благословение. Как у вас дела?

Министр молча снял рубашку и безрукавку, сел на стол, Док ловко размотал бинт, провёл рукой над большим куском ткани и тот соскользнул на стол, отклеившись сам, Вера с завистью поджала губы, заставив Дока рассмеяться. Он внимательно изучил швы и довольно крякнул, скосив глаза на Веру:

— Даже не знаю, Шен, что тебе сказать. Кто-то тебя явно любит.

— Кое-кто очень криворукий, — с сарказмом фыркнула Вера, показывая свою истыканную ушком иглы ладонь. Док сочувственно поморщился, изобразил вялый жест в её сторону, от чего у неё дико зачесались царапины и почти сразу облезли коркой. Доктор вернулся к спине министра Шена и стал водить над ней руками, что-то бурча под нос. Вере стало неуютно, сразу подумалось, что она сделала всё плохо и сейчас он будет переделывать. Док улыбнулся, не поворачиваясь, сказал:

— Хорошая работа, не переживай.

Вере сразу же стало стыдно и она подумала, что лучше бы он молчал. Док быстро закончил осмотр, намазал министра какой-то пахучей мазью и заново забинтовал, так умело, что Вера точно не смогла бы повторить, хотя смотрела внимательно.

— Всё, кушать и отдыхать. Тебе тоже, — он с шутливой грозностью указал пальцем на Веру, она улыбнулась и, немного помолчав, решилась:

— Кто такой «сенс»?

Док бросил вопросительный взгляд на министра Шена, тот отвернулся и буркнул:

— Говори.

— Это маг без магии, Вера, — смущённо ответил доктор. — Так бывает очень редко, когда маг рождается с каким-то отклонением или болезнью, из-за которой у него есть магическое виденье, но нет магической силы. Или когда нормальный маг лишается силы из-за травмы или по другой причине.

— Что значит «магическое виденье»?

— Умение видеть ауры, аномальные места, чужие чувства и эмоции. У тебя виденье слабо выражено, на уровне интуиции, зато эмпатия очень сильная, потому ты так нравишься людям и умеешь втереться в доверие. Отличный шпион из тебя получился бы, — он ненатурально улыбнулся, отвернулся, Вера внимательно посмотрела на министра Шена:

— И давно вы об этом знаете?

— Мне Барт сегодня сказал, — вздохнул Док, — когда болванку для амулета просил, я бы сам нипочём не разглядел, уровень не тот.

Министр смотрел в стену, Вера смотрела на министра:

— Ясно.

— Ладно, отдыхайте, — Док пошёл мыть руки, отмахиваясь от них обоих, министр встал со стола и жестом пригласил Веру на выход, она осталась на месте. Он неохотно поднял голову и посмотрел ей в глаза, виновато и непреклонно, как обычно.

«Это для вашего же блага, госпожа Вероника» — мысленно собезьянничала Вера и отвернулась, выходя в коридор. Министр догнал её и пошёл рядом, у портала взял за плечо, молча поднял и шагнул вперёд, её бросило на асфальт, горячий и шершавый, пахнущий смолой, резиной и пылью, рифлёные колёса накатывались угрожающе медленно, Вера видела, как из-под шины выстрелил в бок маленький камешек, вращаясь в воздухе…

— Вера…

Она медленно кивнула и закрыла глаза, открыла, попыталась улыбнуться встревоженному министру, он не поверил.

— Ложитесь и отдыхайте, лучше даже поспите, если получится, я разбужу вас вечером. — Она посмотрела на заваленный стол, он качнул головой: — Не убирайте, я Барта пришлю, он займётся. Ложитесь.

— Хорошо, — она устало кивнула и осталась стоять с опущенной головой, он погладил её плечо, ещё немного постоял молча и сказал:

— До вечера, — кивнул и ушёл. Она посмотрела на гору его окровавленной одежды, оружие, бутылку на столе… взяла со стула смятую футболку и пошла в постель.