Никакой магии - Андрей Уланов

— Все… в порядке, — голос был слабый, но, хвала Лесу, вполне отчетливый. — Будет… очень большая шишка. Но… попытаться стоило.

— Стоило, — просипел из-за моей спины Кемминг, — я тоже подозревал, что мой маскарад раскроется, как только вы ступите на катер. Хотя форма настоящая…

— Обувь, — Аллан приподнявшись на локте, свободной рукой осторожно коснулся затылка, — я проходил практику на «Инверари», гардемарином. Никогда, даже будь он чистокровным кринанцем в тридесятом колене, корабельный пехотинец не наденет вместе с формой «скальные сандалии».

А ведь могла догадаться, с усталой обидой подумала я. Нет — должна, обязана была! От пары ряженых не пахло морем, кораблем… только гномским снадобьем от плесени, машинной смазкой, углем… и прелой землей. Так не бывает, кочегары после вахты, и те, опрокинув на себя пару ведер забортной воды, подхватывают солено-йодистую ноту. И новые духи командора — конечно же, они в самом деле не подходили к нему, к прежней маске!

— Досадная промашка, — Кемминг подтянул к себе трость, тяжело навалившись на нее, встал, глядя на лейтенанта сверху вниз, со спокойным торжеством победителя. — Но счет все равно в мою пользу. Моей целью было доставить вас в особняк — и вы туда попадете. Встретитесь, — он вдруг хихикнул, неприятно-визгливо, — кое с кем из старых знакомых.

— Что, — спросил Аллан, — сюрпризы на сегодня еще не кончились?

— Кончились? — с наигранным удивлением повторил командор и рассмеялся. — О нет! Они только начинаются, лейтенант. Сегодня — большой день сюрпризов!

* * *

Я почувствовала этот аромат еще в коридоре, за несколько шагов от двери. Тонкий и легкий, с нотами хвойных игл и кедра, с жасмином и лавандой в сердце. И второй раз я не поверила себе — просто потому, что поверить было невозможно.

Но дверь открылась — а запах не исчез.

— Вы… вы… вы…

— И снова я рад вас видеть, вэнда Раскрывательница Тайны, — мягко произнес высокий эльф с фиалковыми глазами. — Хотя в эту нашу встречу вряд ли чувство будет взаимным.

— Но… что вы здесь делаете? — пролепетала я.

Сложно придумать вопрос глупее. Арквен Керуан явно не был таким же, как и мы, пленником заговорщиков. Он держался с ними на равных… потому что являлся одним из них.

— Сижу на стуле. И, если вас интересует более общий аспект, в меру своих скромных сил помогаю осуществлению планов нашего друга, — эльф качнул головой в сторону вошедшего за нами командора. — В той их части, которая совпадает с моими.

— Довольно небольшой, не могу не заметить, — пойдя мимо нас, Кемминг упал в кресло. — Уф. Сэнди, — повысив голос, крикнул он в коридор, — нам бы чего со льдом!

— Вам бы, — поправил его эльф. — Я не собираюсь начинать пить ваш алкоголь, особенно — сегодня.

— Конечно-конечно, — командор закинул ногу на ногу и, упершись пальцем в щеку, искоса глянул на собеседника. — Так вот, возвращаясь к нашим овцам, то есть планам. Согласитесь, сэр Перворожденный — имеет место редчайший случай. Мои, человека, планы намного грандиозней по масштабу, а, главное, куда благороднее, чем ваши. За такое грех не выпить!

— Нет, — возразил эльф, — не соглашусь.

— Да как же! — от возбуждения Кемминг едва не подпрыгнул в кресле. — Ведь ваш план — банальнейшая месть.

— Месть? — тупо повторила я.

— Именно так, милочка, — развернулся в мою сторону командор. — Высокородным эльфом, как простым диким орком, да простит он мне это сравнение, движет простое и древнее как мир желание: перебить кучу вонючих аранийских дикарей, дабы утолить собственную кровавую жажду.

— Месть, — снова пробормотала я. — Но… кому? За что? Не понимаю…

И вдвойне не могу сообразить, зачем он затеял этот разговор — здесь и сейчас. Если Керуан его союзник, если нужен и важен ему… неужели Кемминг не понимает, как оскорбляет эльфа? Вряд ли… командор может быть кем угодно, но не дураком. Просто я чего-то понимаю.

— Вы слишком юны, чтобы понять, вэнда, — голос Керуана вдруг показался мне холоднее Вечного Льда. — А главное, вы родились и росли в благословенное время мира. Мое же взросление оказалось не столь благостным. Слишком рано мне пришлось окунуться в кровавый хаос войны. Слишком уж много павших от людских рук друзей мне пришлось провожать в последний путь. И слишком далеко…

Керуан превосходно владел собой, своими эмоциями. Не было паузы, не менялся голос… люди наверняка не заметили ничего. Лишь я сумела увидеть на лице эльфа тень гримасы, которую пытались вылепить из холодно-прекрасной маски подступившие эмоции.

— …я оказался в час, когда беда пришла в дом той единственной, что была мне ближе всех. Я отдал ей сердце — теперь там пламя. Не буду тяготить ваш слух подробностями, вэнда. Просто поверьте, мой огонь может погасить лишь кровь.

— Да вы, должно быть, гном, — насмешливо произнес Аллан. — У них в обычае подавать месть холодной, выждав, пока у обидчиков не сменится с полдюжины поколений.

Ответный взгляд эльфа мне весьма не понравился. Удостой он назойливого человечишку обычной дозы снисходительного презрения, вопрос был бы закрыт. Но Керуан смотрел оценивающе…

— Хочешь испить из той же чаши? — тихо произнес он. — Мне будет совсем не сложно устроить это, человек. Найти твоих родных, всех, кто тебе дорог… от дряхлого прадеда до щенка. У вашей расы убогая фантазия, поэтому я позабочусь, чтобы ты видел каждый миг, каждую смерть…

— Вот, значит, что у тебя на душонке, — процедил О#39;Шиннах. — Да… я ошибся. Жаль, руки у меня связаны, ох как жаль. Ты не гном, ты даже не орк… для такой мрази еще не придумано названия. Снаружи красавчик, а внутри гнил…

Аллан прыгнул на полуслове, словно высвободили мощную пружину. Меня бы он застал врасплох, и кровавая маска вместо лица стала бы наименьшей ценой. Но Страж Леса встретил его уже стоя на ногах. Легкое, почти незаметное касание — и мчащийся, словно пушечное ядро, лейтенант взвыл, тараня головой спинку стула. Треск ломающегося дерева и разрываемой ткани сообщил, что голова оказалась крепче. Продолжая полет, О#39;Шиннах опрокинул стул, запутался в обломках, ударился о стену, отлетел словно мячик, оставив на позолоченных обоях кровавый отпечаток — и остался лежать посреди комнаты, задыхаясь от дикой боли. Подойдя к лежащему, Керуан расчетливо-аккуратным движением наступил ему на щеку и качнулся вперед, перенося вес.

— Запомни, зверушка, — пропел он, — если бы у тебя не были связаны руки, я бы переломал в них каждую косточку.

Вместо ответа лейтенант извернулся, хватанул зубами воздух — и тут же вновь скорчился, когда отдернувший ногу эльф с размаху пнул его под ребра.

— Еще?

Ответный плевок лишь на дюйм-другой не достал сверкающую лаком туфлю-лодочку, бело-красным пятном размазавшись по янтарным прожилкам паркета.

Кемминг рассмеялся.