Бастион Одесса - Игорь Смит

– Ультиматум! – отреагировал я.

– Что пробой, что уль-ти-ма-тум? – еле выговорил растерянный О’Тил.

– Это они новые жезлы так назвали, – с улыбкой пояснил Хранитель.

– А я?.. – обиженно протянул О’Тил.

– А ты некромантский жезл назовёшь, – злорадно ухмыльнувшись, ответил я.

Все опять рассмеялись.

– Ладно, Рост, – согласился О’Тил. – Но объясни, что такое ультиматум.

– Это предложение, от которого невозможно отказаться, – начал пояснять я. – Например, встречаются две армии, одна из них намного, в десятки раз превосходит силами и вооружением другую. Командующий первой армией говорит своему противнику, мол, сдавайтесь или вам через пару минут наступит полный капец! Вот это и есть ультиматум…

Отстреляв новые жезлы, мы отправились отдыхать. Десяток курсантов, которые поедут с нами, утром прибудут из комплекса Хранителя через портал, О’Нос об этом обещал позаботиться. Возьмём один тяжёлый Мародёр с големами, а курсантам и нам хватит лёгкой бронемашины. Правда, кому-то придётся постоянно сидеть на месте оператора Штурма и стрелка из двух других амулетов, потому что посадочных мест в лёгком Мародёре рассчитано не более чем на один десяток человек. Ничего, курсанты будут сменяться, а О’Тил поведёт Мародёр с Чёрными Ликторами. Там же, в отделении управления Мародера-Т, и Рон разместится…

Утро началось без суматохи, Стражи и остающиеся курсанты постарались дать отъезжающим хорошо отдохнуть и всё подготовили самостоятельно.

Позавтракав, мы собрались возле бронетехники на плацу, где Лесоруб и Пучок выстроили свободных от дежурства курсантов и десяток боевых големов.

– С этого дня, – торжественно сказал Хранитель, – в бастионе Одесса вводится новая традиция. Встречать и провожать наших боевых товарищей песней…

«Ну вот, а я только вчера раздумывал ввести традицию общего построения и подъёма флага на рассвете… Ничего, вернёмся – обязательно введём…» – пронеслось в голове.

По команде Лесоруба все курсанты вытянулись, и он поднял перед собой клинок из менского железа, салютуя отряду, покидающему бастион.

А потом все мысли потерялись… Потому что на плацу зазвучала лёгкая музыка и раздался такой знакомый голос Утёсова:

Есть город, который я вижу во сне.

О, если б вы знали, как дорог

У Чёрного моря явившийся мне

В цветущих акациях город,

В цветущих акациях город, —

У Чёрного моря.

Я неверяще покрутил головой. Звук шёл из множества рупоров, появившихся и размещённых на укреплениях бастиона явно за сегодняшнюю ночь. Вчера их точно не было. Да, Хранитель… Кто бы мог подумать, что ты на такое способен…

А в чужом мире над бастионом с неизвестным здесь названием Одесса продолжали звучать слова моего любимого певца…

Есть море, в котором я плыл и тонул

И на берег вытащен, к счастью,

Есть воздух, который я в детстве вдохнул

И вдоволь не мог надышаться,

И вдоволь не мог надышаться, —

У Чёрного моря.

Вовек не забуду бульвар и маяк,

Огни пароходов живые,

Скамейку, где мы, дорогая моя,

В глаза посмотрели впервые,

В глаза посмотрели впервые, —

У Чёрного моря.

Наверное, Рона эти слова тоже заставили о ком-то вспомнить, потому что его лицо погрустнело, а сам он напрягся. А песня продолжала литься над плацем…

Родная земля, где мой друг-одессит

Лежал, обжигаемый боем.

Недаром венок ему свит золотой

И назван мой город героем,

И назван мой город героем —

У Чёрного моря.

А жизнь остаётся прекрасной всегда,

Состарился ты или молод,

Но каждой весною так тянет – туда,

В Одессу, в мой солнечный город,

В Одессу, в мой солнечный город

У Чёрного моря.

Несмотря на то что укрепления бастиона уже давно скрылись из вида, слова, пронзившие моё сердце, всё ещё продолжали звучать где-то внутри. На сиденье рядом с креслом пилота появился Хранитель.

– О’Нос, я тронут, действительно тронут, – расчувствовавшись, с трудом выговорил я, – спасибо…

Хранитель ничего не ответил, просто дружески улыбнулся в ответ…

Наша дорога к комплексу големов почти ничем не отличалась от похода к Источнику. Везёт нам, что ли? Мы всё так же огибали потенциально опасные места, тщательно сканируя местность и предпочитая двигаться по выжженной пустыне, не приближаясь к редким оазисам и скоплениям скал, иногда попадавшихся на пути.

И наутро третьего дня мы были на месте.

Мародёры, плавно сбавив ход, остановились прямо перед обрывом. Я активировал открытие десантных люков и выскочил из бронемашины через дверцу пилота. Курсанты тоже резво покинули экипаж и, разминая затёкшие конечности, весело переговаривались, поправляли друг другу снаряжение.

Из Мародёра-Т выбралась последняя двойка Чёрных Ликторов и сразу присоединилась к остальным боевым големам, уже распределившимся вокруг машин и создавшим зону безопасности. Из отделения управления тяжёлой бронемашины вылезли О’Тил с Роном и направились ко мне.

Горизонт уже пронзили яркие лучи встающего солнца, и на Мародёрах, моргнув, погасли мощные осветители. Лёгкий ветерок пошевелил клубы тумана, закрывающего огромный провал каньона, начинающегося прямо перед нами.

– Мы с местом не ошиблись? – спросил Рон, подойдя к самому обрыву и удивлённо посмотрев вниз.

– Сорваться не боишься? – вместо ответа, спросил О’Тил.

– Разбиться мне не грозит, – хмыкнул Рон.

– Всё верно, – сообщил Хранитель, как всегда внезапно появившийся рядом с нами, – именно в этом каньоне и расположен комплекс големов. Где-то слева должен быть спуск, големы-помощники уже ищут его. Мародёры придётся оставить здесь, а Чёрные Ликторы должны там пройти.

– А как же раньше, когда комплекс работал, големы доставлялись наверх? – удивился я.

– Порталы, Рост, порталы, – ответил Хранитель, подойдя к Рону и заглянув вниз, – но сейчас они, как и комплекс, дезактивированы. Спуск, которым мы пойдём, является резервным, он использовался при строительстве этой базы. Он хорошо скрыт, и противник не должен был его обнаружить. Странно, – нахмурился О’Нос, протянув вперёд руку, которая тут же скрылась в серой, медленно движущейся мгле, – откуда здесь взялся такой густой туман? Его вроде быть не должно… – Хранитель вдруг резко развернулся к нам: – Всё, спуск обнаружен. Рон, давай организуй курсантов, оставим с Мародёрами только двух Ликторов, для охраны машин их хватит с головой.

Страж кивнул и направился к будущим магам.

Зашелестели сочленениями боевые големы, меняющие позицию и выдвигающиеся вперёд и по сторонам от нашей формирующейся колонны из десятка курсантов, двух магов и одного вампира-роевика.