Мой друг Тролль - Анна Гурова

– Кому же им еще поклоняться? – удивился беловолосый.– Мы ведь и есть Ши.

Катя остановилась и сердито посмотрела в лицо спутника.

– Это не модельное шоу! – прошипела она.– Вы меня обманули! Отпустите меня немедленно! Я не желаю в этом…

Беловолосый с такой силой сжал Катину руку, что она вскрикнула.

– Замолчи,– негромко произнес он, глядя на Катю страшными белесыми глазами. Катя испугалась. Она вдруг поняла, что этот человек способен сделать с ней все что угодно, даже убить.

– Сюда, сюда,– сбоку возник Селгарин.– Проходите здесь… между огнями… чтобы на девушку не падала ничья тень…

Беловолосый вывел Катю на середину зала. Несмотря на разъедающий глаза дым, теперь можно было разглядеть и жаровни с тлеющими углями, и хрупкую, оплетенную плющом арку, и чашу из красноватого металла на полу перед зелеными воротами. За воротами Катя разглядела некое подобие зимнего сада. Оттуда доносилось журчание. Фонтан?

Селгарин махнул рукой, и музыка смолкла. Тишина нарушалась только потрескиванием углей в жаровнях, плеском воды и взволнованным дыханием публики.

– Дети мои! – заговорил Селгарин звучным высоким голосом.– Сегодня для всех нас знаменательный день – единственный день в году, когда мы взываем к силам, доступным только Ши, и совершаем великий, страшный и таинственный обряд Обновления… Нет на свете ничего более прекрасного и потрясающего, чем прикосновение к корням бытия, истокам миров…

Искоса взглянув на беловолосого, Катя увидела, что его рот кривит презрительная усмешка.

– Кто такие Ши? – прошептала она.

– Я, он,– последовал лаконичный ответ.

– Духи природы, что ли?

Беловолосый хмыкнул:

– Мы – истинные Туат'ха'Данаанн. Но людям дозволено именовать нас… – Он произнес шипяще-свистящее слово, прозвучавшее примерно как «сидхи».

Слово показалось Кате знакомым.

– Это значит – народ холмов,– перевел беловолосый с надменным смешком.

– Сиды? – переспросила она.

Значит, вот кого искал Карлссон!

– У тебя скверное произношение,– проворчал беловолосый.

Катя замолчала. Она обдумывала новость, а Селгарин тем временем вещал. Боже, а она ему так доверяла!

– … И повернуть время вспять! – звенел его голос.– Вам, присутствующим здесь, выпала честь стать свидетелями… Еще ни один смертный…

– Вы – эльфы? – спросила она через несколько минут.

– Так нас тоже называли.

«Эльфы! С ума сойти! Настоящие эльфы! Если только он не врет…»

Катя с жадным любопытством уставилась в лицо, выискивая в его чертах нечто нечеловеческое. Беловолосый одарил ее волчьей улыбкой, снова вогнавшей Катю в дрожь.

«Какой он все-таки жуткий… – подумала Катя.– Жалко, что Карлссон до него не добрался». Но Карлссона убили. А эльф нашел ее…

– Сегодня обряд Обновления впервые совершается в присутствии преданных! – вещал Селгарин.– И хотя большая часть этого таинства останется для вас незримой, ибо оно совершается вне этого мира, но вам дозволено будет лицезреть уход Ши и его Источника в Долину Тумана, и позже – возвращение обновленного Ши.

– Уход куда? – прошептала Катя. Ей было страшно и любопытно одновременно.

– Увидишь,– проронил беловолосый эльф.

Селгарин закончил свое выступление. Снова заиграла музыка. Селгарин, перейдя на незнакомый язык, произносил какие-то фразы – вероятно, заклинания. Беловолосый эльф потянул Катю за локоть.

– Пошли,– тихо сказал он.– Начинаем.

Катя не осмелилась противиться. Кроме того, ей было очень интересно, что случится дальше.

Рука об руку они прошли между двумя жаровнями. Катю обволокло пахучим можжевеловым дымом, и у нее закружилась голова – впрочем, голова и раньше слегка кружилась – от голода.

Селгарин протянул Кате металлическую посудину – не чашу, которая так и стояла на полу, а нечто вроде бронзового тазика с водой. В тазике плавали листья.

– Умойся,– мягко сказал он.

– Я макияж попорчу,– возразила Катя.

Беловолосый что-то сердито пробурчал под нос, зачерпнул воды, нагнул Катину голову к тазику и быстро умыл ее. А пока Катя отплевывалась и протирала глаза, умылся сам.

– Тихо! – Селгарин коснулся пальцами губ Кати, которая собиралась громко возмутиться.– Так надо.

Он снял с ее щеки прилипший лист и ласково ей улыбнулся.

И Катя замолчала – все-таки какие-то остатки доверия к Селгарину в ней еще жили.

– Зачем? – прошептала она.

– Это очищение,– пояснил Селгарин.– Священным огнем и священной водой. Неочищенный дух не войдет в Долину Тумана,– и, отвернувшись, снова заговорил на чужом языке.

– Теперь вы оба готовы! – через некоторое время объявил он по-русски.

Кто-то из тумана подал Селгарину еще одну чашу, которую тот принял и поднес Кате и беловолосому.

В чаше плескалось нечто зеленоватое и пахучее. Катя с отвращением опознала вчерашний супчик.

– Готовы ли вы пройти врата Долины? – торжественно спросил Селгарин, поднимая чашу.

– Давно готов,– буркнул беловолосый.

– Это обязательно? – с сомнением спросила Катя, не притрагиваясь к чаше.

В глазах Селгарина промелькнула растерянность.

– Тебе не нравится?

– Нравится? Эта отрава?

Беловолосый уставился на Катю, как голодная акула на дайвера.

– Она сейчас все выпьет,– угрожающе сказал он.– И добавки попросит.

– Поить ее насильно было бы крайне нежелательно,– возразил Селгарин.– Элемент принуждения, ты же знаешь…

– Кто сказал «насильно»? – удивился эльф.– Девица, посмотри влево.

Катя посмотрела, и у нее перехватило горло.

У двери, чуть в стороне от прочей публики, под присмотром мордоворотов в форме секьюрити стояли Лейка и Дима. Лица у обоих были мрачные и растерянные. Лейка, увидев, что Катя смотрит на них, слабо улыбнулась, Дима смотрел сердито и беспомощно.

– Как они тут оказались? – прошипела Катя.

– Сами пришли,– сказал Селгарин.– Тебя искали. Кто ищет, тот найдет. Особенно если ему помогут…

– Время! – напомнил беловолосый.– Пей, если хочешь, чтобы они сумели отсюда уйти!

Катя посмотрела еще раз и увидела, что мордовороты крепко держат Диму за локти. Лейку не держали, но все равно…

Катя вздохнула… и выпила зеленый бульон. Несколько секунд – зал поплыл у нее перед глазами, колени подогнулись… Последнее, что видела Катя,– как беловолосый допивает остатки зелья…