Кровавая Роза - Николас Имс

– Это не имеет значения, – ответила Роза. – Если бы ты не улетел, то погиб бы сам. А Хокшо так или иначе устроил бы засаду и убил бы отца.

– А где Вольное Облако? – спросила Кьюра – не столько из любопытства, сколько стремясь поскорее сменить тему разговора.

– Он остался с Зарянкой.

Озабоченно переглянувшись с Брюном, Чернильная чародейка мудро решила воздержаться от дальнейших расспросов.

Однако же Родерик был деликатен, как таран в пах:

– Как – остался? Насовсем? А почему? Разве он…

– Ох, да сколько можно поминать твою богомерзкую королеву! – взревел Пузочес на всю таверну и обеими руками хлопнул по столу; стаканы повалились как пьяные, изрыгая виски, вино и пиво на дубовую столешницу. – Лилит здесь нет, Локан. Здесь только ты. Тебе и решать.

– А я уже все решил, – заявил смазливый носатый северянин; его роскошные доспехи и надменный вид говорили о том, что это военачальник агрийской армии. – Поэтому увожу своих бойцов в Брайклиф. Если королева прикажет нам вернуться и помочь осажденному городу, так тому и быть, но я не намерен рисковать жизнями десяти тысяч солдат…

– Никакой осады не будет! – гаркнул Пузочес. – Это тебе не Кастия. Здесь нет зачарованных крепостных стен и башен, мечущих молнии. Если мы не остановим орду, то она раскатает все в… – Он умолк, подыскивая сравнение. – Муг, помоги мне, пожалуйста.

– Фиолетово! – выкрикнул волшебник. – Нет, погоди. В котлету. Или в блин.

– Ты отвлекся, – укоризненно заметил Клэй.

– Ага, отвлекся, – сказал Муг. – Извини.

– Плевать я хотел на Агрию, – заявил картеец с татуированными вороньими крыльями на широкой груди. – А вот королеву оттрахал бы с удовольствием. Хан не желает идти в бой рядом с этими трусливыми мудаками.

Агрийский военачальник обнажил меч:

– Попробуй только еще раз оскорбить мою повелительницу, ты, любитель дрючить лошадей!

– Всего-то один раз было, – обиженно фыркнул картеец. – Кстати, откуда ты знаешь? Тебе Назрет сказал? – Он укоризненно поглядел на соплеменника, который сразу же замотал головой.

Наступило неловкое молчание. Роза со скрипом придвинула к столу табурет и уселась.

Северянин вложил меч в ножны и надменно поглядел на нее:

– А ты кто такая?

– Сам знаешь, – спокойно и холодно ответила Роза, будто вонзила клинок в сугроб, и обвела невозмутимым взглядом присутствующих. – А вы кто?

Будущие защитники Контова начали представляться по очереди, начиная с заносчивого агрийского военачальника Локана и Керина, телохранителя картейского хана и Первого Пера Вороновой Стражи.

С десяток банд отрядили за стол своих представителей, старых знакомых Розы. Некоторых Тэм признала. Мерзавка Мэки возглавляла «Петарду», банду, промышлявшую охотой за призраками, умертвиями, привидениями и прочими злобными духами. Был здесь и Джерамин Кейн, лидер «Орущих орлов», которого Тэм заметила еще на постоялом дворе Пузочеса.

Были здесь и славные сыны Каскара: Гарланд из банды «Гарланд и Летучие мыши» и Алкейн Тор, глава «Грозы великанов», который за свою долгую и славную карьеру убил сотни монстров, но лишился глаза в схватке с курицей на ардбургской арене.

Затем назвали свои имена контовские бароны-разбойники. Тейн Старквуд, барон Трущоб, был огромен, как Брюн, только у Брюна была шея, а у Тейна приток крови к голове перекрывали бугры мышц. Вдобавок ему недоставало половины зубов и кончиков пальцев на левой руке.

Арахнид К’туо, барон Рыцарской Пристани, говорил только по-нармерийски – и через переводчика предложил Розе руку и сердце.

– Нет, спасибо, – ответила она и повернулась к его соседу, толстому фантрийцу в шелках, которых хватило бы на шатры для целой армии щеголеватых вельмож.

– Табано, барон Солевого Котла, – представился толстяк, произнося слова почти как Доши, и помахал рукой, распространив вокруг удушающе приторный аромат. – Мои подручные уже имели честь встретиться с вами у городских ворот.

Тэм с улыбкой вспомнила, как Роза отлупила стражника его же шлемом.

Баронессы-близнецы, Иос и Алектра, судя по всему, ненавидели друг друга. Иос, в черном кожаном доспехе, заправляла округом Сплетня, а Алектра, в наряде придворной дамы, властвовала над Бумажным Престолом. Алектра пообещала отправить пятьсот мечников на защиту города, а Иос заявила, что пришлет пятьдесят убийц, которые вдвое лучше бойцов сестры.

Муг представил всем парочку своих приятелей, странных типов из Прорвы. Чародея в ярком одеянии звали Руга, и под мышкой у него была круглая розовая статуэтка.

– Это что, свинка? – шепотом спросила Тэм.

– Нет, это слон, – ответила Кьюра. – И вообще, не приставай ко мне. Это приятели Муга. Таких в Прорве прорва.

Вторая «приятельница», бритоголовая Калиакса Кер, с суровым, не особо привлекательным лицом, изуродованным страшными шрамами, облачилась в доспех из обгорелых деревянных плашек, перемежавшихся с металлическими пластинами. К спине было приторочено кольцо приливного двигателя, соединенное медными проводами с копьем, на которое она опиралась, как на посох.

– Что это с ней? – не удержалась Тэм.

– Да она психованная, – фыркнула Кьюра.

А еще на совете, созванном Пузочесом, присутствовала, по мнению Тэм, первая красавица на свете. Представлять ее не было необходимости.

У Живокости, самой знаменитой охотницы за головами, были длинные черные волосы, глаза – будто ночные озера, в которых отражались звезды, и четко очерченные пухлые губы, словно бы застывшие в презрительном оскале. Она, одетая в черный стальной доспех и когтистые латные рукавицы, крепко сжимала зловещую белую косу, а за спиной вздымалась пара черных крыльев.

Рядом с ней стоял мальчик, года на два старше Зарянки и очень высокий для своих лет. Миндалевидные глаза, ровный нос и перманентный оскал свидетельствовали, что это сын Живокости, но он был намного смуглее, а значит, отец его наверняка был южанином.

«К тому же прекрасно сложенным», – подумала Тэм, оценивающе разглядывая широкие плечи мальчика.

Присутствие Живокости внушало надежду на шансы Контова выстоять в решающем сражении, но тут охотница за головами объявила:

– Я тоже ухожу.

Пузочес огорченно сник:

– Зачем это? Куда?

– Ты знаешь зачем. Если вы не остановите Астру…

– Мы ее остановим. Иначе нельзя. А ты все равно не успеешь вернуться.

– Знаю. Но если Контов падет, то… Ты же понимаешь, Клэй, он очень нужен миру. Особенно сейчас.

– Кто – он? – прошептала Тэм.

Кьюра помотала головой.

Пузочес и Живокость долго смотрели друг на друга.

– Удачи вам, – наконец сказал Клэй.