Ангел-стажёр - Ирина Буря

очередное официальное распоряжение по моему отряду. Отныне все встречи с темными — даже рабочие — проводятся только на нашей территории. Отдельным пунктом в документе стояло введение учета всех наших посещений земли. С указанием их цели, продолжительности, исполнителей и полученных результатов.

Вот оно, скрипнул я зубами — то, к чему должно было подготовить меня получение резервного канала связи.

Разговор с Максом был коротким. Но чрезвычайно информативным. Услышав о наших новшествах, он желваками заиграл.

— И на что только не идут наши белокрылые праведники, чтобы не допустить распространения в своих рядах слова падшего собрата, — процедил он сквозь зубы.

Я отметил эту фразу в памяти — с тем, чтобы при первом же возможном случае вновь вернуть его самооценку в рамки реальности.

Идея тайника родилась у него мгновенно. Этот фактик я тоже запомнил — с тем, чтобы учесть его в будущем, когда нам не рядом с темными, а против них выступать придется.

— А как ты своим передашь? — спросил я под конец разговора. — Вас-то уж наверняка слушают.

— Мы свою связь всегда кодируем, — бросил он мне надменно.

И этот момент я в память занес — с тем, чтобы взять его на вооружение. По крайней мере, в своем отряде.

Потом пришлось звонить Анатолию. Дальше откладывать было некуда, хоть и напрягало то, что после этого звонка он получит возможность дистанционно — а значит в любой момент — ронять мне на голову очередной обух.

Он решил не откладывать этот момент.

Больше всего мне понравилось его заявление, что они (!) решили меня не нагружать (!) — жизненно важной информацией. Прямо слеза прошибла. Благодарности.

С самого начала интрига вокруг мелких плетется. Приняты беспрецедентные решения. Введены немыслимые ранее меры. Ощущаются надвигающиеся тектонические сдвиги. Обнаружен поступивший по неизвестным каналам субъект, который оказывается древнейшим мелким — а меня не нужно этим нагружать!

Естественно, меня нужно будет нагружать, когда этот сыщик-самоучка вынюхивать вокруг да около начнет, а ему нос прищемят. Вот тогда они нагрузят меня по полной программе! А я еще думал, что мы с Тошей сработаемся. Как только Анатолий объявился, он снова в загипнотизированного удавом кролика превратился. Ну, сейчас я его разгипнотизирую!

— Почему не доложил? — без предисловий рявкнул я, когда Тоша трубку снял.

— Что? — спросил он озадаченно.

Я разъяснил. О сговоре, утаивании и пускании следствия по ложному следу. Тоша охнул и замямлил что-то вроде «Не хотели отвлекать» и «Хотели сами разобраться». Я добавил пункт о корыстных целях. Он забулькал нечто нечленораздельное.

— Решили, что ваши панегирики сдвинули чашу весов в пользу мелких? — продолжил давить я. — Что раз одного уже приняли, то и вашим дорожка протоптана?

— Да ничего мы не решили! — завопил Тоша. — Анатолий понаблюдать за ним хотел. Чтобы было, что докладывать, — добавил он, словно спохватившись.

— Только что придумал? — поинтересовался я. — Тебя его самодеятельность так ничему и не научила? Наблюдением за подозрительным объектом занимаются профессионалы. Мы с тобой никогда общих дел не вели? Твоя задача — информацию собирать. Этим и займешься.

— Какую информацию? — нервно спросил Тоша.

— Найдешь мне историю этого аксакала, — скомандовал ему я.

— Как? — снова завопил он.

— Через своих наблюдателей, — отрезал я. — Как хочешь.

По правде говоря, фразу о профессионалах я Тоше в воспитательных целях ввернул, но она вдруг тем самым предупреждающим звоном во мне отозвалась. Действительно, нужно самому на объект глянуть — в работе это мое наипервейшее правило всегда было. А этот аксакал, похоже, становится частью моей работы. Особенно, учитывая его разговоры, упомянутые Анатолием, о тоталитарном контроле. После чего у нас именно таковой и устанавливается.

Я мгновенно собрался и направился к выходу на уровне администраторов. Открыв дверь, я небрежно кивнул постовым и сделал шаг наружу. Они преградили мне путь.

— Пропуск, — произнес один из них.

— Какой пропуск? — Мне показалось, что я ослышался.

— Для выхода на внешнюю территорию, — браво отрапортовал он.

— С каких пор..? — вскипел я.

— Час назад, — ответил он, не дослушав меня. — И до особого распоряжения.

— Кто выдает? — прищурился я, уже подбирая в уме особо яркие выражения для разговора с главой внештатников.

— Руководители подразделений, — последовал ответ, прервавший мой творческий процесс.

Выпрямившись во весь рост, я подошел к старшему караула.

— Мне, что, представиться? — негромко спросил я, глядя на него в упор.

— Никак нет, — не дрогнул он. — Но пропускная система введена для всех без исключения.

— Что за бред? — не сдержавшись, снова повысил я голос. — Мне, что, самому себе пропуск выписывать?

— С указанием цели выхода и места назначения, — оттарабанил он явно заученный текст.

Пообещав вернуться, я ушел к себе. Чтобы подумать. Вернее, попытаться подумать. Поскольку пришлось оставаться связующим звеном между Анатолием и темными. Дожился. Их счастье, что ни до него, ни до них я добраться не мог. Я даже все звонки к односложным фразам свел, чтобы не сорваться на ком-то.

У меня случались неудачи. Не одна и не две. И разносы я за них получал не детские. И всегда принимал их, не вжимая голову в плечи. Потому что, если ответственность за свои действия я нес полную, то и в их свободе меня никто не ограничивал. До сих пор.

Сейчас же у меня крепло ощущение, что меня загоняют — перекрывая мне пути один за другим — на какую-то предписанную мне дорогу. Или, я бы даже сказал, в стойло, которым мне мой кабинет начал казаться. Я решил повременить с выходами наружу и на землю, чтобы не нарваться на прямой запрет покидать расположение своего отряда и оставить себе эту возможность для действительно важного случая.

Не нужно им было это делать, снова подумал я. Не нужно силовое ведомство силой давить. Не нужно требовать от него поддержания закона и порядка — и самим же их нарушать. Силовое ведомство может и ответить. Силовое ведомство призвано карать нарушителей, невзирая на их ранг. Силовое ведомство имеет большой опыт в изыскании способов для этого.

Вот так, впервые в жизни, мне пришлось ограничиться исключительно кабинетной работой. Или, скорее, штабной. По сбору информации.

Тоша раздобыл-таки историю аксакала. Составленную в типичном для наблюдателей стиле. Чрезмерно одаренный, слишком много о себе мнящий, конфликтный — одним словом, асоциальный тип. Выслушав ее от Тоши по телефону, я чуть не плюнул. А персональные данные где? Дата и место рождения, земное имя, а также таковые родителей, место проживания, профессия и занимаемая должность, семейное положение?

Я также велел Тоше выяснить, кто был наблюдателем аксакала — ради его допроса можно было и рискнуть на землю смотаться. И выяснился интересный