Командор навсегда - Алексей Снегирёв

– Как ты это сделал? – Норс недоумевал. – Так не может даже император.

– Это может любой игрок, – возразил я, – просто вы уже давно живых посланников Вавилона не видели и забыли, как это работает.

– Свяжись с Аресом, его люди сейчас проводят разведку в Рире. Сразу после нашей победы нужно штурмом взять и вашу провинцию. Нельзя допустить, чтобы проигравший враг нанес ей урон, – это удар по будущему. Важно защитить мастеров и хранителей знаний о прошлом. Я знаю, что несколько ключевых производств для развития империи остались именно в Рире.

– Я помогу, – кивнул Александр, – вместе с рирцами пойдут войска Норсов.

– Ну вот и хорошо.

Мы проговорили до самой ночи, но больше о делах не было сказано ни слова. Мы обсуждали добычу янтаря, урожай кедрача, я рассказывал им сказки из будущего, Саша – про детство Аделаиды, Майоран – про пещеру, в которой он заблудился в детстве… В общем, обо всем на свете – видимо, нам троим именно это и надо было. Ну а то, что три бутылки выпили, так это как-то само получилось. Еще Саша курил свои сигары с запахом вишни. И мы надышались дымом, вкупе с алкоголем это подействовало наповал. Опять уснули в командном центре, на старых картах.

Добрался я до своих апартаментов в гильдейском дворце только утром. И чуть заикой не стал, когда неожиданно мне под ноги с рычанием выскочил котенок.

– Каранг! – от неожиданности вырвалось у меня. Котенок был раза в два крупнее обычных своих собратьев: мощные лапы с острыми когтями, совсем не детские клыки, длинный хвост, шумно лупящий по каменному полу. Он шипел, рычал, щерился, пока я не пришел в себя и не заявил:

– Свои! Барсик, не рычать на папу!

Из-за дивана вылезла его мать – здоровенная, ростом по пояс человеку. Она, чуть прихрамывая, подошла и шикнула на котенка. Мы встретились с ней взглядами, я ожидал ментального обмена как с Яром, но ничего не почувствовал. Она была просто диким животным, которое вынужденно жить среди людей. Большая кошка научилась подавлять свои инстинкты и природную агрессию. Она явно чувствовала во мне хозяина этого дома и приветствовала, как умела.

– А где Яр? – спросил я кошек, но они только с интересом меня разглядывали: ни понять, ни ответить не могли. «Ну хоть что-то в этом мире самое обычное», –обрадовался я.

Потом я пошел к Майкидоре искать сову, но она не знала, где птица. Уже несколько недель Соню никто не видел. Меня это тревожило, но лишь слегка, так как в интерфейсе было видно, что она жива и здорова. Её иконка была неактивной и чуть притушенной, и я предположил, что мой пернатый спутник находится далеко.

Дальше мы с Мирским обсудили подготовку к военному походу. Калькадосская армия перешла на нашу сторону, генерал Рокс отправил в тюрьму форта нескольких офицеров, которые выразили несогласие со сменой флага. Лармийские части сдались без боя, когда им представили принцессу Аулику. Ополченцы Семиречья попытались качать права, но Рокс арестовал их штабистов, а без офицеров бойцы быстро перешли под наши знамена.

Лилит Волорт производила на жителей бывших провинций Античной империи неизгладимое впечатление. Она неподвижно, немой статуей восседала на породистом боевом коне, в своих доспехах из антийского алюминиевого сплава, в красном плаще с вензелем V и оскалившимся волком, и молчаливо взирала, пока Мирский вел переговоры. Лишь когда дипломатия упиралась в страх перебежчиков перед файцами, она подключалась и тактично объясняла ситуацию: гарантированно умрете сейчас в бою с нашими войсками или потом вступите в бой с файцами и, возможно, уцелеете. Вот такой простой выбор. И провинциалы выбирали шанс выжить. Эта участь им нравилась больше.

Секретчики, которые двигались в нашем обозе, сделали фильтрацию на верность империи и забраковали примерно двадцать процентов бойцов провинций. До конца войны их отправили в лагерь для военнопленных у топей Серых гор.

Наша армия выросла на двенадцать тысяч бойцов. Все приняли Клятву Командора и после этого стали врагами Файской империи, обратного пути у них не было. Я немного удивился, что вражеские войска сдались так легко, но Лилит пояснила мне, что все эти переученные в бойцов крестьяне совсем не хотят воевать, нет в них боевого духа. Тем более, что они еще помнят, что при Античной империи жилось лучше, сытнее, безопаснее, да и прав было больше. Многие и сейчас считали её своей родиной.

Мы собрались двигаться дальше на следующий день, чтобы сохранить быстрый темп наступления. Свои «козыри» для встречи с Маррелом я успел изготовить за время нахождения в форте. Был позыв пообщаться с аватарами антов, но я всё-таки отказался. Мне сейчас не нужны сомнения, а они наверняка стали бы отговаривать от генерального сражения. Не знаю почему, но я верил в свою удачу. Заполненный разными «сюрпризами» инвентарь грел душу и требовал боя. Появился азарт. Как там у нас говорят: «Пан или пропал!».

Я оправился в этот поход с легким сердцем, на всякий случай попрощавшись с безмолвной Аделаидой, которая все также пребывала в своем вечном сне. Я еще раз убедился, что она выглядит как живая и здоровая, а значит, есть способ её разбудить. Поездка в Сиртос на состоянии Ади никак не отразилась. Когда её доставили обратно в Приморский форт, лекари Веселой Даши осмотрели и констатировали: состояние стабильное. Вероятно, нанороботы прижились и включились в поддержание жизнедеятельности организма…

Яр вернулся с ночной охоты, и я объявил ему о предстоящей битве. Было видно, что ему не хотелось бросать Карангов. Пока меня не было, он действительно взял над ними шефство – приносил еду и какие-то травки для лечения. Майкидора клятвенно пообещала заботиться о них. Думаю, что кошки будут этому только рады, так как волка, несмотря на всю его заботу, они сильно боялись. Яр передал мне, что старшую зовут Марра, а котенка – Карра. Их привезли с юга, чтобы устраивать бои с огромными собаками. Такое развлечение было популярно на одном из островов Северного архипелага, и они очень рады, что мы спасли их от этой участи. На мой вопрос, что полезного кошки могут делать для нас, Яр не ответил. Да и Майкидора тоже ничего вразумительного сказать