Цена звёздной пыли - NBRAINH

пронзительным, как и в самом начале их беседы, а голос и его тональность — нисколько не отличались от тех, с которыми он и заключал эту сделку. — Но я никогда не говорил, что заинтересован в вашей победе. Я — Торговец. И меня интересует только то, что я могу получить из той, или иной, ситуации. Твоей армии нужно было более эффективное оружие, и я его предоставил, за что получил пусть и сомнительное, но всё же прибыльное, предприятие. Остальное — на твоей собственной совести. Мне плевать на республику и её победу. Точно так же, как плевать на судьбу Нивы, её населения и… Тебя. Лично. Я бизнесмен.

— То есть, ты хочешь сказать мне, что если я вдруг решу поделиться с республикой информацией о таинственном поставщике оружия с Земли, её это не заинтересует? — Тайрус Маггри ехидно ухмыльнулся и присел за стол, где его уже ждала очередная порция алкоголя — он явно не хотел уступать в этом какому-то пройдохе. — Ведь именно это произойдёт, если ты сейчас же не возьмёшь свою распухшую, жирную задницу, в руки, и не принесёшь мне столько патронов, сколько хватит, чтобы похоронить весь республиканский легион!

— Да пожалуйста, — Ричард даже не повёл бровью. В конце концов, он так и не представился адмиралу своим настоящим именем, а на ящиках со старых поставок, красовалась вовсе не эмблема корпорации «Эстернал». Все прелести незаконных сделок. Ни о каких письменных договорах и документах, не могло быть и речи, ведь по сути своей, сделка и без того была нарушением всех законов республики. Для жителей Нивы, Ричард Макдональд — был Тони Шозано из компании «Три Кита», его прямого конкурента.

— Чёрт возьми! — Тайрус в гневе бросил свой стакан в стену и не дожидаясь того, как его осколки коснутся пола, быстро налил себе следующий. — Тебе совершенно плевать на это? Тебя же казнят, чёртов безумец!

— Меня? — торговец рассмеялся и опрокинул очередную порцию горячительного. Если подумать, с каждым разом оно становилась на вкус лишь приятнее. Скорее всего, это отмирают вкусовые рецепторы — подумал было Ричард. — Это вряд ли, друг мой. Уже через час, я покину эту дрянную планету, и более никогда здесь не появлюсь. А вот тебя — действительно ждёт виселица. Конечно, только если ты не предпримешь каких-нибудь адекватных действий, в ближайшее время.

— Что ты имеешь в виду?

— Твои люди пошли за тобой с целью отбросить республику и получить свою заслуженную, свободу. Они свято верили в твои слова и действия. Но, как мы знаем… Ты действительно не понимаешь, зачем они собрались на площади, вместо того, чтобы сражаться с врагом из последних сил, не так ли?

Адмирал Тайрус Маггри выпрямился во весь свой рост, и гордо подняв свой подбородок, шагнул к окну. С той стороны на него глазели тысячи воинов, которым он пообещал славное будущее. Те, кого он растил в строгости только для того, чтобы однажды дать отпор наглым захватчикам. Он был старше их всех, и едва ли уступал в возрасте и самому Ричарду, и в то же время… Он проиграл ему на поприще интеллектуальном. Будучи на добрую голову выше, и с более крепким телосложением, он оказался наименее подготовленным к реальной, военной «игре», нежели обычный торговец. Маггри прекрасно знал, зачем они собрались у ворот его замка. Он тяжело вздохнул и опустил свой взгляд. — Знаю… Так чего ты хочешь? Ещё денег?

— Увы, но я всё равно уже не смогу ничего изменить, — Ричард развёл руки и позволил Тайрусу убедиться в том, что у него нет тяжёлых ящиков с желанными патронами за пазухой. — Я просто не успею доставить патроны в срок. Да и если бы успел… Всё уже решено.

— Тогда какого чёрта ты явился сюда? Вздумал посмеяться надо мной в последние минуты? — адмирал быстро собрался с силами и вернул былое пламя ярости. — Ты ведь с самого начала знал, что я не выпущу тебя отсюда живым, ведь так?

— Я не смогу помочь тебе выиграть войну. Однако, вполне способен спасти твою жизнь, — Ричард налил себе ещё. Вообще, он предпочитал не пить слишком много на важных переговорах… Но это ведь было бесплатно! А что может быть лучше, чем бесплатная, пусть и ужасная, выпивка? В последнем, кстати, он уже начинал сомневаться, в угоду подступающего, эффекта. — Вот как всё будет. Мы выйдем отсюда вместе. Ты пообещаешь своим людям привезти всё необходимое и сядешь со мной на корабль, который отвезёт нас… Скажем, на Зару. Ты ведь любишь песок… Пыль и всю прочую хрень, которую обычные смертные обычно не переносят, не так ли? Ну, я склонен так полагать. Построишь там себе небольшой, новый замок, наймёшь служанок, и будешь тискать их каждый раз, как они вздумают попасться на глаза. Я даже согласен проспонсировать это всё. Ну, а я… Я попрошу взамен лишь полные и бессрочные права на ВСЕ залежи вольфрама, которые уже были, и будут обнаружены, на Ниве. Ты ведь всё ещё правитель, а значит, вполне можешь это устроить. Кроме того, там они тебе уже не понадобятся, да и как только республика подвесит тебя за яйца, у тебя уже не будет никаких прав вообще ни на что. Ты даже узнаешь моё настоящее имя, когда будешь подписывать необходимые документы. Разве не здорово?

— Значит… Ты хочешь, чтобы я буквально отдал в твои руки самое ценное, что есть в этом мире? Практически вручил права на планету, которую поклялся защищать, и сделать независимой? — Маггри завёл руки за спину и скрестил ладони в раздумьях. В его груди всё ещё назревала буря. Он ощущал лёгкое жжение в пальцах и желал лишь расправы. Можно было догадаться о ненастоящем имени с самого начала. Как же он был глуп. Однако, пусть его и прозвали «Истинным зверем», за привычки разрывать своих противников на части, он не был простым дуболомом, и вполне был способен на рациональное мышление. Всё же, он лидер великой нации! Но Ричард Тарталл Макдональд поимел его. Он уничтожил смысл его жизни, и прямо сейчас пришёл за тем, что ещё осталось. Этот Дьявол хотел отнять у него всё… И в то же время, он предлагал нечто иное. Может быть, ему и правда стоит согласиться? — Я…

* * *

Адмирал Маггри едва успел открыть рот, чтобы дать свой ответ, когда дверь в его приёмную внезапно распахнулась. То был один из тех офицеров, которых он выгнал из помещения. Подобно школьникам, подслушивающим за диалогом родителей с учителями, они прислонились