Господствуй, Разделяй... и Стеби! - Айнурр

— А много тех, кто может увидеть, что я проживаю уже вторую жизнь? — всё ещё находясь под впечатлением, спросил у него.

Фудзимота покачал головой.

— Это ещё одна разновидность потерянной магии.

— Да ты прям сундук с сокровищами, старик!

— Я не старый! — возмутился он. — Прекрати уже называть меня стариком и дедулей!

— Да обеих моих жизней недостаточно, чтобы сравниться хотя бы с третью годов, которые ты прожил!

Я только сейчас посчитал. Пусть выгляжу на шестнадцать лет, но на деле старше. В первой жизни умер в тринадцать. В Земном Краю появился в семьсот семидесятом году. Это значит, что мне в теории сейчас двадцать лет. Да я сам старик!

— Слушай, а ведь любые разновидности магии «Убийц» позволяют в какой-то степени приобрести иммунитет к волшебству тех, против кого они заточены… Ты обязан меня научить колдовству «Убийц Богов»!

— А ты много знаешь, парень, — поник и протяжно вздохнул Фудзимота.

Глава 39. Драконы

Х778 год.

— Смотрите, неудачники! — протянул Макс перед Макаровым и Гилдартсом флакон зелья. — Эта штука поможет мне стать полностью невидимым и без проблем пробраться в Холмы Феи!

После представления зелья парень вылил его на свою голову и тут же побежал в сторону женского общежития Хвоста Феи. Макаров и Гилдартс переглянулись.

— А может, стоило его предупредить, что невидимой стала только его одежда, а не он сам? — спросил рыжий волшебник.

— А помнишь, как он сдал нас Хильде?

— Я сказал «предупредить»? Забудь про это!

— И всё же… — Макаров покачал головой, прикрыв глаза. — Я очень разочарован тобой, Гилдартс. Ты испортил нашего Макса.

Рыжий волшебник несколько секунд ошарашенно смотрел на лидера своей гильдии.

— А правильно Макс говорил, что у некоторых стариков отсутствует совесть…

(***)

— А я говорю, что нас обучали самые настоящие драконы, Макао! — звонкий голос Нацу заставил меня проснуться.

— Да врёте вы оба!

В спор, похоже, вступил и Грей.

— Нацу, нам-то не заливай. Все в Хвосте Феи знают, что драконы давным-давно вымерли, — ответил розововолосому юнцу Макао. Судя по голосу, мужчина уже был на пределе и скоро вместо слов задействует кулаки. И ему совершенно плевать, что Нацу гораздо младше самого парня. Правда, шанс того, что Макао окажется сильнее розововолосого далеко не стопроцентный. Если они используют магию, то у владельца волшебства “Убийцы Драконов” окажется поразительное преимущество.

Разлепив глаза, увидел грязную барную стойку, на которой лежал. Рядом с моим лицом сиротливо стоял бокал для коньяка. На его дне вместо алкогольного напитка находилась только вода. Ранее она когда-то была кубиками льда.

Кагура каким-то образом поняла, что я проснулся. В следующую секунду она присела за соседний барный стул и с осуждением посмотрела на меня. Но при этом подала бутылку холодной воды и какую-то таблетку… Кстати, об осуждении. Как много я вчера выпил, что меня вырубило прямо в гильдейском здании?!

— Но Грандина… — произнесла Венди. По её голосу было понятно, что она готова уже вот-вот расплакаться.

Так как волшебники заткнулись, то, вероятно, они поняли, что практически довели маленькую девочку до слёз.

Резко отлипнув от барной стойки и сильно пожалев об этом следом, щурясь, произнёс:

— Мы живём в мире магии, олухи. Какой же магический мир может быть без драконов? Конечно они тут есть! Драконы существуют! Нацу и Венди обучили волшебству самые настоящие драконы!

— Макс всё ещё не отошёл от вчерашнего… — послышался шёпот магов. — Перепил и бредит.

— Ага. Он же вчера пил целыми бочонками.

— А чего так напиваться в последнее время стал?

— Может, девушка бросила?

— Для того, чтобы человека кто-то бросил, он должен начать с кем-то встречаться, ха-ха!

— Точно! Ха-ха-ха!

Посмотрев на группу волшебников, запомнил всех их. По побледневшим лицам некоторых стало ясно, что они осознали, что я буду мстить. Фыркнув, повернулся к Макао и Грею.

— Давайте так, друзья! — радостно сообщил я. А таблетка-то быстро начала действовать. — Поспорим на сто миллионов драгоценных, что драконы существуют!

Макао после моих слов быстро поверил в существование драконов. Мы с ним на деньги спорили уже больше десяти раз о вещах, касающихся магии или волшебных зверей. И все эти десять раз он проигрывал с треском. А нечего на такие темы играть с человеком, который прочитал несколько библиотек!

— Да ну… — а вот Грей мне не поверил. — Ты просто пытаешься подбодрить Вен…

Договорить волшебник не успел. Его сбил Нацу, чтобы встать прямо передо мной… А ещё и на спину Грея. Глаза парня сияли от возбуждения.

— Ты что-то знаешь об Игниле?

Я покачал головой.

— Только то, что ты сам рассказал всей нашей гильдии.

— Тогда… ты встречался с Грандиной? — робко спросила Венди, но в её взгляде я тоже видел затаённую надежду.

— С Небесным драконом я тоже незнаком.

— Тогда как ты можешь утверждать, что драконы существуют? — сказал Грей, сбросив с себя Нацу и отправив его пинком в недолгий полёт.

Остановив кулак розововолосого, который должен был попасть по скуле Грея, я взял Нацу на болевой захват и, не сводя взгляда с пользователя ледяной магии, протянул ему руку:

— Так мы будем спорить на сто миллионов драгоценных?

Грей оскалился, а затем хлопнул по моей протянутой ладони своей и крепко пожал её.

— Лёгкие деньги. Куплю себе на них дом. Нет, самый настоящий дворец, который заполню снегом!

— Вот дурак… — протянул Макао, хватаясь за свои волосы. Десяти проигрышей подряд ему хватило, чтобы осознать, что на деньги без гарантии на победу я не спорю. Знали об этом и другие волшебники Хвоста Феи, поэтому затихли и с интересом поглядывали на нас.

Кто-то уже начал сочувствовать Грею. И когда парень это осознал, он не мог не задаться вопросом:

— Вы чего? Он же ещё ничего не доказал!

А вот черноволосый волшебник, в отличие от своих товарищей, на чужих ошибках пока что учиться не хотел.

Я чуть сжал руку Грея, привлекая его внимание обратно к своей персоне.

— Если за сотню лет сто миллионов не выплатишь, то я тебя поставлю под грабительский процент. Каждый день буду докидывать ещё двадцать миллионов сверху.

— Да это грабёж! — возмутился парень.

— А я что сказал? — с недоумением спросил у него.

Наше неловкое молчание прервал Нацу, который просил его отпустить, ибо он больше не ощущал своей руки. Выполнив его просьбу, сел так, чтобы быть лицом к большей части гильдии.

— Если вы чего-то не видите, не значит, что этого не существует.