Танцуют все! - Яна Алексеева

Причем последнее – очень маловероятно, судя по серьезным лицам воинов, окруживших ребят.

– Да как же вы с княжной разговариваете? – вкрадчиво спросила Лина, выступая вперед. – Дворянского достоинства у нее не отбирали.

– Это не имеет значения, некромантам не место на землях Светлого княжества, – выдал полусотник, и его слова подтвердил кивком стоящий в отдалении служитель.

– Вот как? – протянула Лина. – И то, что господин сотник разрешил нам остаться здесь, для вас – не аргумент?

– Именно! Вы не гости, вы гнусные вредители, смущающие разумы и души! Но что же молчит ваша княжна?

«Как по-писаному говорит», – насмешливо улыбнувшись, подумала ведьмочка, делая еще один шаг вперед и упирая палец в кольчугу воина. Задрав голову, посмотрела прямо в серые глаза:

– Я – ее голос сейчас. Ибо моей страной взята забота об обучении и воспитании сей отрочицы. И моя страна служит ей домом, – спокойно и даже чуточку равнодушно произнесла девушка.

Милава невольно сложила руки в атакующем жесте. Тилан все так же неподвижно и отрешенно смотрел на небо.

– А вы, конечно же, не дорожите помощью, оказанной нами… – продолжила Лина.

Полусотник качнул головой.

– …предпочитая полагаться на помощь и милость Бога, чей служитель столь усердно молился сегодня о вашем спасении, что только сейчас нашел время выйти к людям своим? – Девушка посмотрела на сытую физиономию служителя Бога.

Еще один кивок, но сопровождающийся легкой тенью сомнения на лице.

– Пожалуйста, воля ваша. Но вы очень, очень невежливо обратились к студентке магической школы, более того, к моей подруге. А это, – она на миг замолчала, – наказуемо. Я бы попросила вас принести подобающие извинения, но не ваша в том вина, что мир несправедлив. Я бы прокляла сие место, но город ваш не заслуживает подобного, ибо искренен и великодушен в отличие от его жителей. И потому, – она резко отступила назад, хватая за руку Тилана, – мы уходим!

Развернувшись, она двинулась прямо на стражников, буравя их глазами. Тилан механически переставлял ноги, Мила развела руки, прочертив в воздухе, залитом розовеющими лучами солнца, зеленоватый круг, плюющийся мелкими искрами. Люди расступились.

И, кажется, магия потихоньку приходит в норму. Но недостаточно быстро.

– Вы… уходите? – не поверив, бросил им вслед полусотник.

– О да. У нас еще дела есть, – продолжая целеустремленное движение к воротам, ответила Лина, – там, в лесу.

Пыль клубилась под ногами маленькими разноцветными вихрями. Обогнув ложе катапульты, ребята замерли перед строем готовых к вылазке воинов. Те привычно сохраняли равнодушные выражения лиц. Над баррикадой, перегораживающей одну из ближайших улиц, показалась знакомая голова. Лис энергично взмахнув руками, вскочил на самое высокое бревно, качнулся и съехал вниз по крутому откосу отполированной сотнями прикосновений лесенки. Споткнулся о брошенные кем-то и невидимые в густой тени завала грабли, взмахнул руками и едва не упал. Тряхнул головой, убирая с лица волосы, и негодующе вскричал:

– Куда без меня?!

– Догоняй, – бросила Лина, наблюдая за приближающимся сотником. Тот благосклонно кивнул и отдал приказ выдвигаться, не обращая внимания на служителя Единого, принявшегося нашептывать что-то уже ему. Только брови густые русые хмурил да головой качал.

Решетки со скрипом полезли вверх, двое ратников-добровольцев с хеканьем приняли на плечи запор, и ворота распахнулись. В узкую щель тут же хлынули воины, перекрывая линию возможной атаки, а за ними под одобрительным взглядом сотника просочились ребята. Скользя и спотыкаясь об ошметки изрубленных, сожженных и придавленных тел, они спустились вниз.

Наблюдая уже оттуда за тем, как воины пядь за пядью обследуют территорию и собирают в кучи останки, Лина улыбнулась.

Снова вперед.

– Не переживай, – пробормотала она, обращаясь к городу, с материнской озабоченностью кутающему своих обитателей и временных гостей в туманное покрывало спокойствия, – мы справимся. Нам не привыкать… И, повернувшись к Тилану, так и не разомкнувшему губ, приказала: – Веди!

Единственное, о чем жалела Лина, покидая приграничную весь, так это о том, что не успела позавтракать. Живот девушки, продирающейся через подлесок, был возмутительно пуст и время от времени давал о себе знать протяжным бурчанием. Она подозревала, что у Милы та же проблема. Замыкавший цепочку Лис вряд ли страдал от голода, а Тилан явно был не в состоянии думать ни о чем, кроме брата.

Сзади раздалось шуршание, хлесткий удар и злое шипение. Кажется, княжна в очередной раз не успела придержать ветку, и мощная разветвленная еловая лапа задела квартерона по лицу.

Как действовать, когда Рилана удастся найти, девушка просто не представляла. А потому просто шла, настороженно прислушиваясь и оглядываясь. Их никто не преследовал, утренний лес медленно приходил в себя после нашествия тварей, все забившиеся в норы животные и попрятавшиеся по дуплам птицы опасливо вылезали из ухоронок и тихо и нервно приветствовали рассвет. Потому их внезапное молчание стало неожиданностью, неприятной неожиданностью. Лучи света сплетались с тенями в изящном узоре, мгновенно переставшим быть мирным.

А Тилан как-то странно всхлипнул и рванулся вперед прямо через заросли каких-то колючих кустов. Он и раньше не особенно выбирал дорогу, а уж теперь…

– С-стой! Куда?!

Лина прыгнула следом, вцепилась в подол мантии, валя парня на влажную землю. Вминая его лицо в прелую подстилку, прошептала:

– Очнись! Что происходит?

– Ему плохо… Он меня зовет! – выдавил Тилан, пытаясь вывернуться из Лининого захвата и отплеваться. Девушка ослабила хватку.

– Н-да? – А это может быть ловушкой… – Где?

– Рядом уже… чхи!

– Тише! – хором шикнули на некроманта девушки и Лис.

– Так, я первая пойду, – решила ведьмочка. – И не спорь! – дернула она квартерона, с сопением полезшего было через кусты дальше. – Поднима-аемся…

И она плавно выпрямилась и шагнула вперед, мимоходом наступив на спину парня. Тот только сдавленно охнул. Его ловко подхватили под руки Милава с Лисом, подняли и, слегка отряхнув, поволокли следом.

Несколько мгновений прошли в тишине, нарушаемой только сопением ребят и тихим шорохом сучьев под ногами. Лина вытащила клинки из ножен. Прикосновение к рукоятям успокаивало, а вот странное колыхание магических течений так и подзуживало ускорить шаги.

Отведя в сторону несколько колючих еловых веток, девушка кинула взгляд на поляну, на миг удивленно замерла и бесшумно скользнула вперед, с места набирая невообразимую скорость. Над поляной клубилась магия из потоков, притянутых сюда с помощью сложного двойного рисунка, вырезанного на расчищенной от дерна земле. Сосредоточенный на ритуале маг в черном одеянии даже не успел обернуться, когда клинки, разрушающие магию, взрезали его Щиты, как бумагу. Несколько искр проскочили по лезвиям, обжигая руки. Девушка всем телом прижалась к спине творящего чары человека, укрываясь от магической бури, хлестнувшей ветряной плетью по деревьям.