След оборотня - Конрад Левандовский

Мино вскочил.

– Тогда идем к Молино!

– Подожди. А если она тебя забыла?

– Нет! Я мало что знаю о чудовищах, но уверен, что самые глубокие и самые сильные чувства нетронутыми проходят через смерть и Превращение.

– Так было со мной… – Она задумалась.

– Значит, и с Ридой тоже! Я должен ее лишь разбудить, напомнить… Ведь она при жизни любила меня как никто другой!

– Суть в том, чтобы ты успел это сделать. Иначе кончишь, как те… – Она встала и бросила на стол мелкую монету. – Идем!

После четверти часа отчаянного стука в окованную железом дверь они уже начали было раздумывать над тем, каким образом можно было бы ее выставить, но тут изнутри большого, наглухо запертого здания из почерневшего камня донесся шорох.

– Ухо-ди, ухо-ди… я не виноват… я не хотел тебя убивать… – раздалось жалобное, писклявое бормотание, напоминавшее собачье поскуливание.

Мино и его спутница беспомощно переглянулись. Если бы Ириан сейчас заговорила, она могла бы своим женским голосом до смерти перепугать судью. Если же Мино назвал бы свое имя, то, хотя и по несколько иной причине, последствия могли бы быть теми же самыми.

– Я знаю, что ты не виноват! – внезапно решился он. – И потому пришел тебе помочь!

– Кто т-ты?

– Мино Дерго! Я пришел, потому что знаю – ты не хотел ее смерти! – поспешно добавил он.

Ответом был тихий нервный смех.

– Это п-правда… – послышалось мгновение спустя.

– Истинная правда! Мы пришли спасти тебя от нее!

– К-кто м-мы?

– Здесь, со мной, – знаменитая волшебница, – пояснил Мино, молясь в душе, чтобы старик не вспомнил случайно какую-нибудь историю об Ириан, в которой упоминалось бы о ее зеленой вуали. – Она тебя защитит!

Наступила глухая, тяжелая тишина. Наконец щелкнул засов.

– Это п-правда? – снова послышался голос.

– Правда, святая правда! – повторил Мино. – Клянусь!

Тяжелая дверь приоткрылась, и в темной щели заблестели бегающие глаза обезумевшего человека.

– Впусти нас. Она больше не станет тебя преследовать.

– Х-хорошо…

Едва они вошли, Молино отчаянным движением всего тела резко навалился на ручку и с дьявольским грохотом захлопнул дверь, словно перед носом у кого-то третьего. Заскрежетали быстро задвигаемые засовы.

– А? – Худое, покрытое щетиной лицо судьи появилось в мигающем свете сальной свечи.

– Веди! Будем ждать.

Не оглядываясь, он послушно двинулся вперед и исчез за поворотом коридора. Заскрипела деревянная лестница. В это мгновение Ириан неожиданно наклонилась, ловко скинула сандалии и молниеносно на цыпочках отбежала куда-то в сторону. Мино, не глядя на нее, пошел за судьей, стараясь производить как можно больше шума. Девушка вскоре вернулась и поравнялась с ними столь неожиданно и тихо, что он даже испугался.

– Я ослабила щеколду на ставнях… – прошептала она, на ходу застегивая ремешки сандалий.

Ждавший наверху Молино ни о чем не догадался. Он провел их в комнату без окон, в которой держали преступников перед началом процесса. Мино посмотрел наверх. Там, на втором этаже, находился зал, где был вынесен приговор.

Они сели на тянувшиеся вдоль стен лавки. Мино и Ириан – рядом друг с другом, а Молино – с другой стороны, точно напротив. Все сидели неподвижно, но огромные тени, вызванные к жизни пламенем свечи, покачивались и дрожали в ритме тишины, царившей в этом мрачном здании, втором по величине после ратуши в Карде, маленькой столицы большого Каладена – провинции Суминора, края, в котором люди и демоны в течение полутора десятка веков вели нескончаемую борьбу не на жизнь, а на смерть, лишь временами пытаясь жить друг с другом в согласии.

Они ждали.

Свеча постепенно превратилась в робко мерцающий огарок, а тот, в свою очередь, сменился светящимся в темноте красным пятнышком. Темнота, однако, не наступила. Сквозь щели в массивных ставнях коридора, а оттуда через открытую дверь в комнату начал проникать мягкий, словно паутина, свет. Полнолуние уже миновало, но блеска выщербленного лунного диска хватало для глаз, привыкших к многочасовому бодрствованию, и для существа, полного силы после недавнего Превращения.

– Есть! – шепнула Ириан на ухо Мино. – Я ее чую…

– Как? – тихий вопрос остался без ответа.

– Идет.

Он напряг слух до предела, но лишь некоторое время спустя услышал приглушенный стук где-то внизу…

– Не-е-е-ет!!! – Молино с пронзительным воплем сорвался с места и метнулся к выходу.

– За ним! – крикнула Ириан.

Они не успели. Темнота с грохотом обрушилась на них, в замке заскрежетал ключ. Мино в отчаянии ударил плечом в запертую дверь раз, другой… пока тошнотворная боль не охватила его внутренности.

– Не могу!

– Отойди! – оттолкнула она его.

Последовал громкий удар, а затем пронзительный треск разрываемого дерева. Волна бледного света, а в ней – скорчившаяся на пороге Ириан.

– Как ты?!

– Не спрашивай! – прошипела она странно изменившимся голосом. – Иди, иначе не успеешь. Быстрее!

Больше не оглядываясь, с одной лишь мыслью, бившейся в висках, он сломя голову помчался вперед. Прямо! Направо! Куда?! Туда! Теперь лестница! Бегом! Еще немного! Сюда, в эту узкую дверь!

Он ворвался в зал заседаний через боковой проход – для преступников. Рида возвращалась сюда через главный вход… Молино, уставившийся в густую тень за порогом, вообще не заметил присутствия Мино.

– За что? За что-о… не меня! Это они-и-и!!! – эхом разнеслись по залу его причитания.

Маленькая и худая, но словно состоящая из узлов мышц и связок, фигурка бесшумно выскользнула из мрака. Плавно и быстро, будто плывя над самым полом, она двинулась к судье.

– Рида!

Чудовище замерло, а его голова с короткой округлой мордой, искривленной в жуткой усмешке, повернулась в сторону Мино и застыла в позе, характерной для висельника со сломанным позвоночником. Неподвижные, синевато поблескивавшие глаза смотрели, однако, куда-то поверх плеча парня, на что-то за его спиной. Но он этого не заметил…

«Она меня узнала!» – мелькнула радостная мысль в ошеломленном ужасом и отвращением мозгу. Он сделал шаг вперед.

– Ты-ы-ы!!! Ты-ы-ы!!! – в безумном истерическом вопле Молино зазвучала ярость. Дрожа всем телом, он отступал в сторону двери за судейским столом, ведшей в совещательную комнату.

– Ты, пада-а-аль!!! – пронзительно взвыл он. – Я убью тебя! Убью-у-у!!! – Он бросился бежать.

Висельница, словно огромная черная летучая мышь, метнулась следом.